Питер Дарман – Ярость орла (страница 49)

– Подготовка людей благородного сословия в Парфии очень суровая. С младенчества и до пяти лет я оставался с матерью и прочими женщинами двора, вдали от отца. Но после этого меня учили бегу и плаванью, уходу за лошадьми, охоте верхом и пешим порядком, учили владеть мечом, метать копье и дротик и, прежде всего, искусству стрелять из лука. Я учился стрелять на скаку каждый день в течение пятнадцати лет. Потом, в возрасте двадцати лет, я вступил в войско в качестве одного из телохранителей отца. Так что после всех этих трудов, я надеюсь, я стал сведущим в военных делах.

– У римлян есть такие заведения, где они разводят рабов, – сказала она. – Там хозяева следят за тем, чтобы спаривались только специально подобранные ими мужчины и женщины, а на аренах цирков римляне любуются тем, как специально подобранные пары бойцов режут и убивают друг друга – для их развлечения. Это отвратительно!

– Да, это так, – сказал я.

Она повернулась лицом ко мне, в ее глазах светилась решимость:

– Я никогда больше не буду рабыней! Обещай, что если случится самое худшее, ты убьешь меня и не дашь снова захватить.

– Что?! – в ужасе спросил я.

На ее лице была написана железная решимость.

– Обещай!

– Обещаю, – ответил я, хотя тут же пообещал сам себе, что, скорее всего, убью себя сразу же после этого. Я последую за ней повсюду, куда бы она ни пошла. Она легко поцеловала меня в щеку.

– Спасибо.

Дав такое торжественное обещание, я должен был лечь в постель с тяжелым сердцем, но мог думать только об этом поцелуе.

На следующий день я рано утром заседлал Рема и стал дожидаться Спартака. Он явился через час после восхода в сопровождении человека, которого я не знал, и Спартак сказал, что это местный, проводник, который хорошо знает окрестности. Я взял с собой мех с водой и какую-то провизию, засунул все это в седельную сумку, захватил меч, кинжал, лук и полный стрел колчан. Также я взял с собой Нергала и двадцать конников: неизвестно, на кого мы могли наткнуться.

Спартак был в отличном настроении. Наши кони поднимались в гору по извилистым узким тропинкам. Нижние склоны были покрыты кустарником, но по мере подъема он уступил место каштанам и земляничным деревьям. А их, в свою очередь, сменили великолепные буки с покрытыми лишайником стволами. Я никогда не встречал столь обильной растительности, это так отличалось от выжженных солнцем пустынь Парфии! Огромные серые валуны выступали из зеленой и желтой листвы, а сквозь кроны деревьев я мог заметить ястребов, паривших в небе, и услышать перестук клюва дятла. У нас ушло два часа на то, чтобы пробраться через заросшие лесом овраги и расщелины, переправиться через пенящиеся горные ручьи, прежде чем мы достигли вершины и выбрались на каменистую террасу, с которой открывался прекрасный вид на широкую зеленую долину внизу, простиравшуюся вдаль насколько хватало глаз.

Это было широкое зеленое плато, окруженное горами, на котором белыми точками выделялись виллы, разбросанные по всей его протяженности. Под нами, устроившись на другом плато в нескольких милях от той горы, на которой мы стояли, располагался окруженный стенами город. Мы отлично видели его планировку – равного размера квадратные кварталы зданий, разделенные прямыми улицами. Как обычно, в городе было четверо ворот, а главная дорога проходила через весь город и далее через плато, после чего исчезала вдали. Нижние склоны горы оказались покрыты лесом, а на самом плато росло несколько оливковых рощ. И в самом деле, это была богатая, плодородная местность.

– Красиво, не правда ли? – вздохнул Спартак.

– Да, господин.

– Этот город, как говорит проводник, называется Форум Аннии. Через пару дней Крикс со своими галлами возьмет его.

Я пришел в ужас:

– Они же тут все сожгут до основания!

– К сожалению, ты прав, но он уже давно жаждет крови, и его люди тоже. А я бы предпочел, чтобы они убивали римлян, а не друг друга или кого-то еще из нашего войска, – он выразительно посмотрел на меня. – Дело в том, Пакор, что твоя очень своевременная победа действует Криксу на нервы, вот я и дам ему то, чего он добивается, – шанс убивать римлян.

– Этот галл – сущее животное! – резко бросил я.

Спартак засмеялся.

– Такое же, как и я, по крайней мере, с точки зрения римлян; да и ты тоже, друг мой, – первый раз он назвал меня своим другом, и я в этот момент испытал невообразимую гордость. Каким бы ни был Спартак, он отлично умел завоевывать расположение людей. – Дело в том, что он бездельничает и злится, а у него шесть тысяч ничем не занятых галлов. Кроме того, римское войско скоро окажется здесь, так что некоторый боевой опыт им только пригодится.

Немного отдохнув и перекусив, мы отправились обратно в лагерь, где Спартак собрал военный совет. На нем присутствовали я, Спартак, Нергал, Буребиста, Каст, Ганник, Акмон, Крикс, Эномай и Думнорикс. Крикс демонстративно игнорировал меня, но был очень рад, когда Спартак обнародовал свои планы на будущее.

– Нам необходимо уйти подальше от Рима, а это означает, что мы должны двигаться дальше на юг, к Тарентскому заливу. Там мы сможем собрать и подготовить войско к походу на север следующей весной. Хотя Пакору удалось задержать римское войско, – тут он кивнул в мою сторону, – нет сомнений, что они скоро снова пойдут на нас. Поэтому нам сейчас нужно подняться в горы, выйти на плато наверху и затем идти на юг. Но прежде чем мы начнем движение, следует взять этот римский город, Форум Аннии, что стоит у нас на пути. Крикс, я хочу, чтобы его взяли твои люди.

Это было первый раз, когда я увидел улыбку на лице галла, широкую ухмылку и глаза, выпученные в предвкушении грабежа.

– Ты можешь на нас положиться, – заявил он, а другие галлы стали хлопать его по плечам, поздравляя.

– Только помните, – продолжал Спартак, обращаясь ко всем нам, – что дорога, по которой мы пришли сюда от Везувия, огибает гору и ведет к узкому проходу, по которому можно добраться до плато наверху. Нам потребуется два или три дня, чтобы войско и обоз туда поднялись; у Крикса и его людей на это уйдет всего несколько часов.

– Какой гарнизон в этом городе? – спросил Каст.

– Какая разница, какой там гарнизон? – воскликнул Крикс прежде, чем Спартак успел ответить. – Они все сдохнут вместе с жителями!

Я посмотрел на Спартака, но его лицо оставалось бесстрастным.

– Теперь вот что, – сказал Спартак Криксу. – Тебе понадобятся штурмовые лестницы и, возможно, стенобитный таран. На склонах полно деревьев, используй их и готовь своих людей. Вы должны штурмовать Форум Аннии послезавтра. Вопросы есть?

Вопросов не было.

На следующий день Крикс и его товарищи с энтузиазмом занялись рубкой леса, несомненно тренируясь на деревьях, отрабатывая удары, которыми будут потом рубить римлян. Галлы, следует отдать им должное, и впрямь были полны энтузиазма и боевого задора, но их грубый язык и неопрятная внешность вызывали у меня только отвращение. Утром я отправился навестить Каста, а Годарз и Нергал тем временем разослали по окрестностям конные патрули и занялись распределением новобранцев по сотням. Число моих конников увеличилось еще на сотню человек, но не осталось времени их готовить и тренировать, учить тактике и обращению с луком, так что им раздали копья и велели слушаться своих командиров. В бою от них будет мало толку, но если они вынесут переход к морю, их можно будет превратить в настоящих конников.

Каст, как обычно, пребывал в хорошем настроении, особенно в свете того, что его отряд значительно пополнился на пути через Кампанию.

– У меня теперь четыре тысячи германцев, Пакор, – гордо сообщил он мне. – Однако только у половины имеется приличное вооружение. У остальных лишь дубинки и деревянные копья. Но это только начало.

– И в самом деле, – сказал я, радуясь за него. Он был отличный малый, а его люди казались более дисциплинированными, нежели галлы Крикса.

– В нашем лагере уже более тридцати тысяч, – сказал он. – Тебе это известно?

– Да, я слышал.

– Южная Италия – это одни сельскохозяйственные поместья и стада животных. А кто работает в полях и ухаживает за животными? Рабы.

– И гладиаторы, – добавил я.

Он улыбнулся:

– Да, они тоже.

Во второй половине дня я вместе с Годарзом, Гафарном, Галлией и Дианой поехал к реке Силарус. У меня почему-то было мрачное настроение, и хотелось оказаться в приятном обществе. Воды в этой реке были черные, течение быстрое, а небо затянули темные тучи. Но тепло еще не совсем ушло, хотя дневная жара пропала, а ночи становились все прохладнее.

Галлы скверно справились с разрушением моста (а чему тут было удивляться?), и хотя перила были сломаны и сброшены в воду, только два из пяти арочных пролетов оказались уничтожены полностью.

– Римлянам не потребуется много времени, чтобы это восстановить, – заметил Годарз, словно читая мои мысли.

– Сколько у нас есть времени, как ты думаешь? – спросил я.

Он пожал плечами:

– Пара дней, не больше.

Я спешился и подошел к группе воинов, охранявших мост. Их было десять человек в кольчугах, шлемах и с римскими щитами, копьями и мечами. Фракийцы, как я понял по их длинным черным волосам и отсутствию враждебности по отношению ко мне.

– Что-нибудь заметно на том берегу? – спросил я у их командира.

– До сего момента ничего, – ответил он, указывая копьем мне за спину. Я обернулся и увидел группу всадников, галопом мчащихся по дороге к мосту. Их зеленые щиты свидетельствовали о том, что мы с ними уже встречались.