Питер Бретт – Война с демонами. Мертвые демоны (страница 22)

– Я всего-навсего подмастерье. Гильдия все равно не даст мне места.

– Фи! – пренебрежительно отмахнулась она. – Мы можем устроить все росчерком пера, и вы это знаете. Если говорите правду, мы перед вами в неоплатном долгу.

Арлен кивнул:

– Я высоко ценю вашу заботу, сударыня, но хочу повидать мир до того, как осяду на постоянной должности.

Баронесса поцокала языком:

– Вы, молодежь, всегда в бегах, но настанет день, когда вам покажется, что постоянная работа на знакомом маршруте не так уж плоха.

Покончив с завтраком, барон и баронесса встали. Арлен вскочил на ноги, то же сделала Стэси, по-прежнему смотревшая в пол.

– Прошу простить, но нас ждут дела, – извинился Тэлор. – Стэси проследит, чтобы вас разместили в гостинице, и скажет мальчикам собрать провизию на обратный путь. С дарами от графа Брайна, разумеется.

Шурша дорогими мехами, они ушли, и Стэси чуть присела в реверансе.

– Дочь Стэси, к вашим услугам, – пробормотала она.

– Звучит как смертный приговор, – сказал Арлен.

Баронская дочка наконец посмотрела ему в глаза:

– Прошу прощения, вестник, но за него сойдет и письмо, которые вы доставили от графа. – Ее голос был кроток, как у тех, кто уже выплакал все слезы.

– У меня еще ноги гудят от подъема. – Арлен указал на стол. – Не посидите со мной немного?

Стэси кивнула и позволила Арлену отодвинуть ей стул.

– Как вам угодно.

Усевшись напротив, Арлен перегнулся через стол и заговорил тише:

– Говорят, доверить тайну вестнику надежнее, чем рачителю. Ее не снимет с его уст ни человек, ни все демоны Недр – только тот, кому она предназначена.

– И это утверждает человек, который битый час кормил моих родителей сплетнями, – заметила Стэси.

Арлен улыбнулся:

– Как только слухи достигают главного зала гильдии вестников, они перестают быть тайнами, но с вами я поделюсь настоящей.

– Мм? – выгнула Стэси бровь.

– Дерек продолжает считать, что нет на свете женщины прекраснее, чем Стэси Тэлор, и молится, чтобы у вас не началось кровотечение, – сообщил Арлен. – Так и велел передать.

Стэси ахнула и схватилась за сердце. Бледные щеки ярко вспыхнули, и она виновато оглянулась, но никто не смотрел. Тогда она жадно уставилась ему в глаза.

– Ясно, не началось, – ответила она, рассеянно теребя тесемки лифа. – Но это ничего не меняет. Он мне не пара.

– Это ваши слова или отцовские? – спросил Арлен.

– Какая разница? – пожала плечами Стэси. – Отец хоть и убрал из имени букву «й», когда женился на благородной кузине графа Брайна после кончины моей матери, но продолжает ощущать себя торгашом среди аристократов, потому что вхож в высшие круги только благодаря своим брачным обетам. Он желает мне добра, а значит, я должна рожать детей достойному ноблю и посещать Школу Матерей.

Он подавил желание сплюнуть. Когда Арлену исполнилось одиннадцать, отец тоже хотел навязать ему договорной брак, и он отлично помнил свои тогдашние чувства.

– На моей родине никто не называет себя аристократом, – ответил он. – Пожалуй, оно и к лучшему.

– Честное слово, – печально согласилась Стэси.

– Как же твой отец выкрутится, коль скоро твое положение известно?

Стэси безрадостно рассмеялась:

– Скорее всего – никак, потому и снаряжает «караван», чтобы доставить меня ко двору графа Брайна, где я тайком рожу ребенка среди слуг, после чего графиня-мать Кера представит меня, как будто я только что прибыла в город, и устроит мне «правильный» брак. Дерек даже не узнает, что стал отцом.

– Тебе придется миновать полустанок, – напомнил Арлен.

– Не важно. С нами поедет смотритель-сменщик, и Дерек отправится домой еще до того, как проведает, что в экипаже заперта я.

Она огляделась, не смотрит ли кто, и сжала его руку. Он прочел в ее глазах страсть и жажду приключений.

– Но если Дерек узнает о предстоящем и заготовит припасы, он сможет пойти не в гору, а с горы. Даже если отец вышлет погоню, как только он скроется, у нас будет в запасе неделя. Более чем достаточно, чтобы найти друг друга, продать мои украшения и раствориться в городе.

Стэси взглянула на него горящими глазами:

– Если ты передашь ему это, вестник, ни слова не сказав никому и не занеся в журнал, я заплачу тебе чем угодно.

Арлен почувствовал себя старшим братом, опекуном. Он передаст ее послание даром, но нельзя отрицать, что кое-что ему все-таки нужно. То, что под силу устроить баронской дочери.

– Мне нужна петарда, – сказал он тихо.

– И все? – фыркнула Стэси. – Я упакую с провизией полдюжины.

Арлен задохнулся, потрясенный тем, как легко все вышло, но быстро расплылся в улыбке.

– Зачем тебе петарда? – спросила Стэси.

– Хочу убить скального демона, который меня преследует.

Стэси склонила голову, изучая его так, как бывает при желании выяснить, шутит собеседник или просто рехнулся. В конце концов чуть повела плечами и встретилась с ним взглядом.

– Только пообещай, что сначала доставишь письмо.

Арлен взял на отдых два лишних дня, пока золотники составляли ответные письма. Он все еще быстро уставал в разреженном горном воздухе, но тот с каждым днем беспокоил его меньше. Он проводил время с умом, наблюдая, как рудокопы прилаживают шашки. Всем хотелось отличиться перед новым вестником, и горняки охотно отвечали на вопросы.

Увидев, как внушительная скала в мгновение ока превратилась в гору щебня, Арлен понял, что разрушительная сила петард не преувеличена. Если что-нибудь и пробьет толстый панцирь Однорукого, то только они.

Наконец все уладилось, и на третий день он снова надел тяжелые доспехи и направился в конюшни. Седельные сумки уже наполнили припасами, среди которых Арлен нашел ящичек с шашками, переложенными соломой, и запечатанный конверт с именем Дерека, написанным летящим почерком.

Барон не обманул – спускаться и правда намного легче. Он быстро добрался до первой стоянки, поднажал и еще засветло достиг полустанка. Дерек вышел навстречу.

– У меня для тебя письмо, – сообщил Арлен, вручая конверт.

Глаза смотрителя вспыхнули, он поднес нераспечатанное послание к солнцу.

– Создатель, – взмолился он, – пусть она не кровит!

Он возбужденно вскрыл письмо, но по мере чтения его улыбка увяла, а лицо медленно побелело как снег, лежавший вокруг. Смотритель в ужасе взглянул на Арлена.

– Ночь, – выдавил он. – Недра, она свихнулась. Неужели думает, что я сбегу в Милн?

– Почему бы и нет? – спросил Арлен. – Ты же только что молился об этом Создателю.

– Конечно, потому что я рассчитывал сделаться зятем барона, а не остаться на неделю наедине с подземниками.

– И что с того? Стоянок полно, а ты отличный метчик.

– Знаешь, вестник, что самое неприятное в работе смотрителя? – спросил Дерек.

– Одиночество?

Дерек помотал головой:

– Ночевка по дороге домой. Спуститься-то по склону на пост можно и за день, но при подъеме обратно обязательно заночуешь у проклятого меченого столба. – Он содрогнулся. – Сидишь и смотришь, как рыщут подземники, а между вами нет ничего, кроме магии. Не понимаю, как вы это выносите. Я всегда возвращаюсь домой обмочившийся, в примерзших штанах. Да и один никогда не бываю! Когда меня сменяют, папаша и братья всегда выходят навстречу, и мы караулим по очереди, вчетвером.

– Народ же постоянно там ходит, – заметил Арлен.

– И ежегодно гибнет как минимум полдюжины. Иногда и больше.