Питер Абрахамс – Чужая вина (страница 64)

Нелл нажала «отбой».

Дюк стоял перед ней в темно-синем шелковом халате, расшитом полумесяцами. Он недоуменно почесал макушку:

— Нелл?

— Я ищу Клэя.

— Он на работе.

Нелл вперилась в фасад дома. Пикапа нигде не видно, да и время такое, что Клэю пора быть на рабочем месте. Почему же тогда ее одолевают сомнения? А вот почему: потому что ее семья рушится у нее на глазах.

— Но ты можешь зайти. Вернее, я буду очень рад, если ты зайдешь… — Дюк широко распахнул дверь. Нелл вошла. — Кофе? Или позавтракаешь?

— Спасибо, кофе не помешает.

Они проследовали в кухню. У плиты стояла служанка в униформе.

— Тина, два кофе в гостевую, пожалуйста. И, может, несколько оладий.

— Сию минуту, — отозвалась Тина.

— И немного фруктов, если можно.

— Разумеется, сэр.

Нелл улыбнулась служанке, но та, кажется, не заметила. В самой идее прислуживать людям Нелл виделось что-то глубоко неправильное, хотя некоторые ее знакомые держали слуг. Увидев на столе миску с фруктами, она едва сдержалась, чтобы не отнести ее в комнату самой.

Гостевая комната находилась в конце короткого коридора, ведущего прямо из кухни. По пути Нелл успела спросить:

— Как… — в последний момент она предпочла не вспоминать Вики, — … как у тебя дела?

— Жаловаться не приходится, — ответил Дюк.

Они сели за стол из розового мрамора, в центре которого стояла ваза с двумя, а то и тремя дюжинами орхидей.

— Красивые цветы.

Дюк мотнул подбородком в сторону окна, выходившего на теннисный корт. Там играли две женщины.

— Минди любит орхидеи, — пояснил он.

— А которая из них Минди?

Дюк рассмеялся.

— Конечно, та, что покрасивее.

Какая из них красивее, Нелл понять не могла: обе были хороши — высокие блондинки с превосходной фигурой.

Дюк пришел ей на помощь.

— Минди в голубом. А вторая — тренер.

Сколько это ей, получается, лет? Двадцать шесть? Двадцать семь?

— Сколько лет Минди? — спросила Нелл.

Дюк снова рассмеялся, но отвечать не стал. Тина принесла им кофе, оладьи, фрукты и йогурт.

— С сахаром, мэм? С молоком?

— Нет, спасибо, просто черный.

Дюк же от души насыпал в свою чашку сахара и щедро плеснул молока. Размешал, не сводя глаз с корта. Когда Тина вышла, он сказал:

— Сейчас крепкие браки — большая редкость в этих краях. Поэтому нам так тяжело. Не только потому, что мы вас обоих давно знаем, но и потому, что вы как бы подавали нам пример.

Свой брак Нелл не намерена была обсуждать ни с Дюком, ни с кем-либо другим, кроме Клэя. Она отхлебнула кофе, глядя на Дюка поверх чашечки.

— Он очень переживает, Нелл. Я никогда не видел его в таком состоянии. Чем я могу помочь?

— Ничем, Дюк. Какое ты вообще имеешь к этому отношение?

Взгляд Дюка уперся в ее лицо, затем переметнулся обратно на корт.

— Если честно, обидно такое слышать.

— Извини, конечно, но почему? — Тренер тем временем ударила по мячу, тот задел край сетки и перескочил через выжидающе поднятую ракетку Минди. Обе девушки расхохотались, как будто ничего смешнее им видеть не доводилось. Нелл задумалась, сможет ли она хоть когда-нибудь быть столь же беспечной. Ну, по крайней мере, по своим меркам беспечности…

— Во-первых, — сказал Дюк, — мне всегда казалось, что у нас с тобой сложились добрые отношения. — Он улыбнулся. — По большому счету, ты единственная женщина — единственная привлекательная женщина, — с которой я могу нормально поговорить. Потому что к тебе у меня… так скажем, нет доступа. Ты понимаешь, о чем я? — Он потуже затянул пояс на халате.

— Боже. Нелегко же тебе приходится.

— Ты хочешь сказать, из-за того, что гормоны играют? Да нет. Еще нет. Устану ли я рано или поздно? Кто знает. Возможно, это неизбежно. — Он взял с тарелки клубнику, откусил хвостик и задумчиво уставился на ягоду. — Клэй не такой. Впрочем, ты и сама знаешь.

— Знаю что?

— Что он однолюб. — Дюк съел клубнику. — Даже в школе — ну, он встречался с девчонками, они к нему сами липли, футбольный герой и все такое. Но в глубине души Клэй всегда мечтал об одной-единственной, неповторимой женщине. И ею оказалась ты. Поэтому то, что сейчас происходит, ужасно волнует меня. Я хочу как-то исправить это. Но как, Нелл?

— Спасибо, — сказала она. — Мне очень приятно это слышать. Но ты ничем не можешь помочь.

— Я, если честно, удивлен.

— Почему?

— Не думал, что ты так легко сдашься.

Это уже начинало действовать ей на нервы.

— А кто говорит, что я сдалась? Зачем, по-твоему, я сюда приехала? Чтобы поговорить с ним.

Дюк никак не отреагировал на перемену тона — возможно, не обратил внимания.

— Резонное замечание. — Он потянулся за второй ягодой. — Просто меня удивляет, что ты не используешь ресурсы на полную мощность. Скорее так.

— Какие еще ресурсы?

— Меня. Мы же с Клэем как братья.

— Тебе разве своих проблем недостаточно? К тому же у тебя есть настоящий брат.

На этот раз Дюк отреагировал: его лоб, все еще шелушившийся от багамского солнца, прорезали морщины.

— Что ты хотела этим сказать?

Нелл и сама точно не знала. Она не успела подумать, прежде чем произнесла это.

— Я имела в виду Кирка, вот и все.

— А что Кирк?

— Ничего. Он твой брат. Твой настоящий брат, по крови. — «Тогда зачем тебе мой муж в этом качестве?» Может быть, она хотела задать этот вопрос?

Дюк долго смотрел на нее, не произнося ни слова.

— Родство первого порядка — это родство между мужем и женой, я понял. — Умный все-таки мужчина. Как будто залез к ней в голову. За окном, на теннисном корте, появилась Тина: принесла Минди и ее тренерше прохладительные напитки на серебряном подносе. Минди подняла глаза и, заметив Дюка, весело, словно маленькая девочка, помахала ему рукой. Насколько помнила Нелл, точно так же махала Вики. — У меня есть предложение, — сказал Дюк, махая ей в ответ. — Для вас обоих.

— Какое же?