Пирс Энтони – Заклинание для Хамелеона (страница 67)
— Нет! Трент пытается спасти ее! Он не…
Брови Хамфри нахмурились.
— Ты утверждаешь, что Злой Волшебник тебе помог? — удивился он. — В это трудно поверить, Бинк.
Бинк быстро и, насколько это было возможно, связно попытался объяснить перемену, происшедшую с Трентом.
— Хорошо, — уступил Хамфри, — я поверю тебе на слово, что он действовал в твоих интересах в данном случае. Но я подозреваю, что ты несколько наивен, и теперь я не знаю, кто будет платить мне гонорар. Злой Волшебник, по всей вероятности, скроется, пока мы туда доберемся. Но мы должны постараться поймать его для справедливого суда. Он нарушил закон Ксанфа и должен немедленно понести наказание. Нет выгоды спасать Хамелеона, оставив в опасности Ксанф. В опасности завоевания честолюбивым и властолюбивым Волшебником-завоевателем.
Оставалось еще многое, что Бинку хотелось бы объяснить, но Хамфри не дал ему такой возможности. И, конечно, он был наивен: когда у Злого Волшебника появится возможность подумать, он, возможно, вернется к прежнему образу мыслей. Он представлял серьезную угрозу Ксанфу. Хотя Бинк хорошо понимал, что дуэль выиграл Трент, и потому Бинк, как проигравший, не имел права вмешиваться в его дела. Таково было странное убеждение Бинка. Он надеялся, что Тренту удастся исчезнуть.
Хамфри повел повел его а подвал, где налил какой-то жидкости из бочки. Он капнул ею на крыло Бинка и то зажило мгновенно. Остальное он закупорил а небольшую бутылочку, которую засунул за пояс.
Затем Добрый Волшебник направился в чулан и вытащил оттуда пышный ковер. Он развернул его и уселся посредине со скрещенными ногами.
— Ну, вперед, птичьи мозги! — резко приказал он. — Сам ты здесь заблудишься, особенно с Ирис, что вмешивается в погодную кухню.
Озадаченный, Бинк встал на ковер и посмотрел на Волшебника. Ковер взмыл в воздух. Испуганный Бинк расправил крылья и покрепче вцепился когтями в материал ковра, стараясь удержать равновесие. Это был ковер-самолет.
Ковер аккуратно выскользнул через окно наружу и устремился высоко в небо. Там он выравнялся и начал набирать скорость. Бинк был вынужден свернуть крылья и чуть не проткнуть ткань ковра когтями, чтобы не дать ветру скинуть себя. Он увидел, как замок стремительно уменьшается в размерах.
— Этот ковер много лет назад я принял в качестве гонорара, — светским тоном пояснил Хамфри. — Пользовался им мало, он только пыль собирал. Но сейчас, я полагаю, случай срочный, — он взглянул на Бинка, в сомнении качая головой. — Ты утверждаешь, что Злой Волшебник трансформировал тебя, чтобы ты мог добраться до меня как можно быстрей? Кивни один раз вместо «да» или дважды вместо «нет».
Бинк кивнул один раз.
— Но он ранил Хамелеона.
Еще один кивок. Но история была неполной.
— На самом деле он не хотел ее ранить? Потому что пытался убить тебя, а она попалась под руку?
Бинку опять пришлось кивнуть. Что за двусмысленное положение.
Хамфри покачал головой.
— Легко сожалеть, когда совершена ошибка. И все-таки, когда я знал его до ссылки, он был человеком не без достоинств. Но я сомневаюсь, что он может оставить свою цель и пока он жив и находится в Ксанфе, мы не можем в нем быть уверенным. Это трудный случай. Придется тщательно разобраться в фактах.
Подобное разбирательство означало бы гибель Трента. Старый Король будет решителен, чтобы устранить угрозу своей закатывающейся власти.
— И Трент знает, что может с ним случиться, когда старейшины прибудут сюда и схватят его?
Трент наверняка знал. Бинк снова кивнул.
— А ты… ты хочешь его смерти?
Бинк энергично кивнул дважды «нет».
— Или нового изгнания?
Бинку пришлось несколько задуматься. Потом он снова кивнул дважды.
— Конечно, тебе он нужен, чтобы трансформировать тебя в человека. Это, возможно, даст ему шанс на сделку. Но после этого ему, вероятно, грозит ссылка… или слепота.
Слепота! Но потом Бинк понял эту жуткую логику. Слепой Трент не мог бы никогда никого трансформировать. Но это была ужасная участь.
— Я вижу, это тебе не нравится тоже. Но требуется взвесить суровые обстоятельства, — Хамфри задумался. — Будет достаточно спасти твою жизнь, потому что ты тоже нелегальный эмигрант. Но, возможно, мое мнение учтут, — он нахмурился. — Мне действительно жаль видеть, как Трент попал в эту переделку. Он по-настоящему сильный Волшебник и мы с ним всегда ладили, не вмешиваясь в дела друг друга. Но благополучие Ксанфа превыше всего, — он коротко улыбнулся. — После моего гонорара, конечно.
Особого юмора Бинк в этом не видел.
— Ладно, скоро, так или иначе, все кончится. Что будет, то будет.
После этих слов он замолчал. Бинк наблюдал за облаками, на этот раз настоящими: они становились все выше и темнее по мере того, как ковер летел к северу. Сейчас ковер пролетал над Провалом, вызывающим у Бинка чувство меньшей безопасности, несмотря на его крылья. Слишком большая глубина! Но Хамфри ни на что не обращал внимания, сидя в глубокой задумчивости с закрытыми глазами.
Погода ухудшилась. Ковер, не обладая разумом, летел прямо к заданной цели, не пытаясь обогнуть облака, которые собирались в огромные горы с поразительно глубокими долинами. Ветер становился сильнее. Надвигающаяся буря не была иллюзией, хотя ей не хватало красок и впечатляющих вихрей фальшивых облаков Ирис. Но в своей мрачной простоте они были даже более угрожающими.
Затем ковер опустился прямо сквозь туман и они очутились прямо над Северной Деревней.
Окна королевского дворца были затянуты черной тканью.
— Кажется, это случилось, — заметил Хамфри, когда они приземлились перед дворцовыми воротами.
Навстречу им вышел деревенский Старейшина.
— Волшебник! — вскричал он. — Мы хотели послать за тобой. Король умер.
— Что ж, нам лучше тогда выбрать наследника, — ядовито ответил Хамфри.
— Никого нет… кроме тебя.
— Тупица! это не рекомендация, — отрезал Хамфри. — Зачем мне трон? Это долгая скучная работа, которая помешает моим научным исследованиям.
Но Старейшина не сдавался.
— Если ты нам не укажешь другого подходящего наследника, другого квалифицированного Волшебника, закон требует, чтобы ты принял трон.
— Ну, закон может идти… — Хамфри помедлил. — У нас есть более неотложное дело. Кто временно управляет до назначения нового Короля?
— Роланд. Он занимается похоронами.
Бинк подпрыгнул. Его отец! Но тут же понял, что его отец будет тщательно избегать любого возможного конфликта интересов. Лучше даже не говорить ему, что Бинк снова в Ксанфе.
Хамфри взглянул на Бинка, подумав, кажется, о том же.
— Что ж, я кажется, знаю подходящего простака для такой работы, — произнес Добрый Волшебник. — Но у него есть определенные технические проблемы, требующие первоочередного разрешения.
На Бинка нахлынуло крайне неприятное предчувствие.
— На меня! — попытался сказать он, но из этого, конечно, ничего не вышло. — Фактически, я не Волшебник. Я ничего не знаю об управлении Королевством. Все, что я хочу, это спасти Хамелеона. И позволить Тренту уцелеть.
— Но сперва надо решить пару других вопросов, — продолжал Хамфри. — Злой Волшебник Трент, преобразователь, вернулся в Ксанф. И одна девушка умирает. Если мы будем действовать достаточно быстро, мы застанем их прежде, чем станет поздно.
— Трент! — Старейшина был чуть ли не в шоке. — Плохое время выбрал он, чтобы вернуться, — и он убежал во дворец.
Очень скоро они собрали военный отряд. Деревенские заклинатели расстояния дали точное расположение и он начал перебрасывать людей.
Первым отправился сам Роланд. Если повезет, он захватит врасплох Злого Волшебника и парализует его, обезвредив таким образом его магию. Тогда остальные будут в безопасности. Следующим был Добрый Волшебник с бутылкой целебной воды, чтобы спасти Хамелеона, если она еще жива.
Бинк понимал, что, если план удастся, у Трента не будет никаких шансов уцелеть. Если они по незнанию казнят Злого Волшебника то того, как тот трансформирует Бинка, он навсегда останется фениксом. Хамелеон останется одна, хотя и выздоровеет. И ответственность за все это ляжет на плечи его собственного отца. Неужели из этого положения нет выхода?
Ладно, план может провалиться. Трент может трансформировать Роланда и Хамфри. Тогда Бинк станет человеком, но Хамелеон умрет. Тоже плохо. Может быть, Трент сбежит прежде, чем появится Роланд? Тогда Хамелеон поправится, Трент выживет, но Бинк останется птицей.
Как не крути, кто-то, кто Бинку дорог, пострадает. Если только Хамфри каким-то образом не умудрится сделать все хорошо. Но как это можно сделать?
Один за другим исчезли Старейшины. Наступила очередь Бинка. Колдун сделал движение…
Первое, что увидел Бинк, — тело человека с волчьей головой. Вероятно, существо напало и было убито звонким мечом Трента. Повсюду были гусеницы, которых прежде не было. Сам Трент стоял застывшим, будто сосредоточившись на заклинании. А Хамелеон…
Бинк радостно бросился к ней. Она была здорова. Ужасная рана исчезла и она стояла, совершенно сбитая с толку.
— Это Бинк, — сообщил ей Хамфри. — Он летал, чтобы позвать тебе на помощь. Как раз вовремя.
— О, Бинк, — закричала она, подхватывая его на руки и стараясь прижать к голой груди. У Бинка-птицы был нежный хохолок и ее обращение с ним не показалось ему таким восхитительным, каким могло бы показаться, будь он человеком. — Изменись обратно!