Пирс Энтони – Волшебный коридор (страница 12)
«Ну что, съел?» – обругал самого себя Дор. Сколько раз давал себе зарок не спорить с неодушевленными! Ладно, решил он, поговорим о другом.
– А этот вокругорный зверь очень опасен?
– О-о-чень. Если помешаешь ему бегать вокруг горы, он тебя...
– Но мне нужно взобраться на вершину.
– Тяжкий жребий тебе выпал!
– Чего?
Стекло тяжело вздохнуло:
– Постоянно забываю, что живые существа не блистают. Снисходя к твоему жалкому уму, объясню: счастливы рвущиеся к вершинам.
– Счастливее не бывает, – съехидничал Дор.
– От твоего остроумия меня трясет.
– Смотри не тресни.
– Хватит болтать. Пошевеливайся, пока дождь не начался. Не то потоки воды смоют тебя... в океан.
– Нет тут никакого океана, – буркнул Дор и снова начал взбираться. – Ну, где океан?
– Где надо, – ответило стекло и принялось напевать странную позвякивающую мелодию.
Теперь Дор наловчился, и подъем пошел быстрее. Он делал так: мягко ставил ногу на всю ступню и одновременно приказывал ей не скользить. Но только он поднялся, как из-за поворота опять выскочил копытник. Копытник громко мукнул. Дор испугался и съехал вниз. Гадкая корова! Еще гаже Зилич!
А грозовая тучка все ближе и ближе. Уже и ветерком потянуло.
– А ну пошла вон! – крикнул тучке Дор.
– Фигушки! – пробасила тучка и дунула. Ветер, ничуть не смущаясь, растрепал Дору волосы.
Дор в третий раз полез по склону. Отчаянным усилием воли, забыв об осторожности, он сумел пересечь полосу едва заметных щербинок – следов копытника. А гора мычала все громче и наконец разродилась песенкой: «Она вокруг горы проскачет, юп-пи-йа!» И тут же копытник – или копытница – галопом выскочил из-за поворота. Он углядел Дора, слегка изменил курс и помчался прямо на него... Копыта размеренно постукивают, рога нацелены вперед, на противника... Рога хоть и тупые с виду, но и такими можно здорово наподдать.
Копытник нарочно мешает ему подняться. Это ясно. Значит, вокругорный копытник и есть третья преграда на пути в замок.
Дор отшатнулся от надвигающегося копытника и поехал вниз. Бешенство охватило его. А оно невозмутимо прогромыхало мимо и скрылось за поворотом.
Снова он лежит в грязи... Ну никакого движения вперед! Это ж надо! Первое препятствие одолел без труда, а потом столкнулся с горой и с коровой – и все! Что от него требуется? Взобраться по склону. Раз. Не столкнуться с копытником. Два. Порознь все очень просто, а вместе – хоть плачь. У него в запасе минут десять. Потом начнется гроза. Туча уже наполовину проглотила солнце.
Осталась одна надежда – на волшебный талант. Стыдно им пользоваться, но сейчас гордость лучше забыть. Надо во что бы то ни стало проникнуть в замок и поговорить с Хамфри. От этого зависит судьба Ксанфа.
– Послушай, стекло! Раз ты такое проницательное, скажи, как проскочить мимо копытника и взобраться по склону раньше, чем польет дождь.
– Молчи! – приказала туча горе.
– Я больше не проницательное. Туча замутила меня тенью, – мрачно ответила гора. И верно. Теперь, под грозовым навесом, гора больше не блистала. Ее глубины потемнели и походили на непроницаемые глубины океана.
– Но ответ из тебя еще не испарился, – не сдавался Дор. – Давай выкладывай.
– Не давай, прячь поглубже! – проревела туча.
– Придется сказать, – с сожалением вздохнуло стекло. – Хотя я с большим удовольствием посмотрело бы, как он шлепается на за...
– Эй, полегче! – предупредил Дор.
– ...дницу и утыкается носом в тину. Но он волшебник, а я всего лишь бедный кремний. Ну ладно. Восприми в себя и преобрази в субстанцию... – На физиономии Дора отразилось столь явное недоумение, что стекло прервало свою заумную речь и возопило: – О небо, дай мне силы перенести слоновье недомыслие живых существ! – Туча пропустила сквозь себя несколько солнечных лучей, и гора снова просветлела. – Скажу яснее, ухвати и пережуй вот что: кому легче всего взобраться по склону?
– Копытнику. Но забраться-то надо мне.
– Нет, еще не дозрел. Ухватывай и жуй, – настаивало стекло.
Совсем недавно король Трент вот так же настойчиво подчеркивал необходимость быть бесхитростным и прямым. Король... и гора? Нет, гора не король. Гора должна знать свое место, а не намекать глубокомысленным тоном, словно он, Дор, слабоумный и вообще ничего не понимает.
– Послушай, стекло... я задал вопрос напрямик.
– Если технически, то наперекосяк. А я отвечаю, как спрашивают. Но ты, я думаю, понимаешь, что я в юрисдикции другого волшебника.
Значения слова юрисдикция Дор не знал, но кое-как сообразил. Просто Хамфри приказал горе держать язык за зубами.
А туча уже готовилась пролиться дождем. Тянуть дальше нельзя.
– Эй, жвачка заумная,, отвечай, – приказал Дор.
– Где жвачка, там и ответ, – ответила гора.
Дор аж онемел от возмущения. Упрямая стекляшка попросту издевается над ним. Он спросил: «Эй, жвачка заумная, отвечай». Гора ответила: «Где жвачка, там и ответ». Но жвачкой заумной он обозвал гору. В горе ответ? Но в каком месте? Где?
– Не узнать тебе ответа, – самодовольно заявило стекло.
– Ах, не узнать! Так я тебе сейчас всыплю сенца, – пригрозил Дор.
– Ты смотри, снова ответик выскочил! – усмехнулась гора.
Опять! Где жвачка, там и ответ... Жвачка... жевать... жевать... СЕНО! Ответ – СЕНО!
– СЕНО! – что есть мочи закричал Дор.
Морской змей принял его вопль за приказ, переплыл ров и неуклюже нащипал на берегу охапку сухой травы. Потом вернулся и положил сено перед Дором.
Дор поблагодарил зомби и поднял охапку.
В который уж раз начал он подниматься по склону, но сейчас ему как раз очень хотелось повстречать копытника. И вскоре его мечта осуществилась. Копытник стоял перед ним, а он перед копытником – с охапкой сена в руках.
Вокругорная скотина выскочила, как обычно, из-за поворота и при виде карабкающегося вверх некопытника замерла в нерешительности. Копытник навострил уши, облизнулся.
– Все отлично, прекрасная коровка, – медовым голосом обратился к копытнику Дор. – Это сено. Для тебя принес. Думай и жуй... и жуй, пока думаешь. Я заметил, что у тебя на пастбище маловато корма. А ты потратила много сил – еще бы, так носиться! – и нагуляла аппетит. Ты, конечно, не откажешься сделать перерыв на обед, пока дождик не пошел.
Копытница – это все-таки оказалась дама – широко раскрыла глаза. Они у нее оказались прекрасными и задушевными. Стала принюхиваться к запаху свежего сена, пошевеливая квадратным носом. Розовый язык снова облизнул морду. Копытница была голодна.
– Если я положу охапку на землю, она скатится в ров. Ведь так? – заботливо произнес Дор. – Ты-то его, конечно, выловишь, но представляешь, какой грязью покроется твой корм? Тебе и не захочется есть.
Будто в подтверждение его слов, дунул ветер, вырвал из охапки несколько травинок и швырнул в воду. Копытница забеспокоилась.
– А давай лучше сделаем так, – будто изобретая на ходу, начал Дор. – Я сяду тебе на спину и стану кормить на ходу. Очень удобно! Так ты, во-первых, не потеряешь ни травинки, во-вторых, будешь и питаться, и службу нести. Никто и не подкопается.
– Ммммммууу, – согласилась копытница, пуская слюну. Умом она проницала всего на несколько шагов, зато носом чуяла гораздо дальше. Сделка ей понравилась.
Дор приблизился к копытнице, угостил пучком сена, поднялся еще немного выше по склону и уселся скотине на спину. Левая нога волочилась, а правая висела довольно высоко над стеклянной поверхностью, но сидел он ровно. Дор наклонился вперед, вытянул левую руку и поманил копытницу заманчивым пучком сена.
Копытница совмещала приятное с полезным – жевала и шла вперед. Сжевала один пучок – получила следующий. Дор протягивал корм левой рукой. Чтобы взять сено, копытнице приходилось поворачивать голову тоже влево, и поэтому она понемногу отклонялась в нужную Дору сторону, то есть вверх.
Таким манером они сделали полный оборот вокруг горы и теперь находились выше места, откуда стартовали. Сено неизменно являлось с той стороны, где находилась вершина. Копытница тянулась за сеном, а значит, шла по спирали вверх. Шла прямо к желанной цели.
Еще мгновение – и разразится гроза. Грозу сеном не накормишь! Дор пригнулся, сжал коленями бока копытницы, и та пошла резвее. Второй круг она прошла быстрее, чем первый, а третий – чем второй. Но удача уже готовилась покинуть Дора. Сена слишком мало, до вершины не хватит. И ливня не миновать.
Дор сделал, однако, отчаянную попытку обратить минусы в плюсы.
– Сена осталось совсем немного, – сказал он копытнице, – а гроза все ближе. Я, пожалуй, слезу с твоей спины. А то потом совсем скользко станет. Тебе ведь наверняка нелегко меня везти.
Копытница замедлила бег. Она обдумывала услышанное. Дор решил подстегнуть неспешную коровью мысль: – Я сойду где угодно. Совсем необязательно везти меня вниз. Можно и наверх. Там я не буду мешать тебе бегать вокруг горы. К тому же до вершины гораздо ближе.
Корова разжевала, что в предложении некопытника есть смысл, и затрусила вверх по быстро сужающейся спирали. Крутизна склона была ей нипочем. Дор оказался на вершине. Ну наконец-то!
– Спасибо, коровушка, – поблагодарил он. – Что за глазки у тебя! Просто прелесть! – Хочешь завоевать симпатию женщины – похвали ее внешность. Айрин давно преподала Дору этот урок.