Пирс Энтони – Голем в оковах (страница 27)

— Я как раз лез за тобой наверх, — прохрапело подкроватное чудовище на своем языке.

Гранди умолк. Он чувствовал слабость — и огромное облегчение. Уже смирившись в мыслью о смерти, голем, тем не менее, был рад спасению. В конце концов, как-то неловко умирать, так и не завершив Поиск.

Храповик отнес Гранди к подножию башни, где в бледном свете луны дожидалась Рапунцель. Подкроватное чудовище на лунный свет не реагировало, — видимо, опасность заставила его забыть о своих страхах.

Рапунцель, увеличившаяся до человеческого роста, сидела в ведьминой лодке. Пришло время прилива, и башня превратилась в остров. Голем невольно задумался о том, какого роста была девица, когда Храповик спускал ее на землю по ее же волосам. Если человеческого, то как подкроватному чудовищу удалось выдержать такую тяжесть? А если эльфийского, то почему не стали короче ее волосы? Но по большому счету все это не имело значения. Главное, что они выбрались из башни и у них есть лодка.

Однако косы оставались привязанными к стулу на вершине ведьминой твердыни. Рапунцель не могла двигаться дальше, если только… Девушка вытащила ножницы.

— Мне так не хочется делать это, — всхлипнула она, — но… — Она вручила ножницы Храповику:

— Давай ты.

Храповик зажал ножницы в волосатой лапе, а другой ухватил волосы в пригоршню, держа их подальше от головы. Раз — и дело сделано.

Шелковистые косы остались свисать с башни, а головка Рапунцель оказалась коротко остриженной.

— Как я выгляжу? — пролепетала девушка, робко прикасаясь к остаткам своей прически.

— Ужасно, — ляпнул, не подумав, Гранди.

Рапунцель ударилась в слезы.

— Мои прекрасные, мои чудесные волосы! — причитала она.

У голема сердце обливалось кровью, он не мог видеть столь очаровательное создание в таком горе. Головка Рапунцель и впрямь выглядела не лучшим образом, но в остальном девушка оставалась прекрасной.

— Я хотел… — начал Гранди, желая хоть как-то ее утешить.

— Знаю я, чего ты хотел! — крикнула Рапунцель, сердито топнув ножкой.

— Я просто хотел сказать, что восхищен твоей храбростью. Мало кто решился бы на такой поступок.

— Правда? — Лицо красавицы слегка просветлело.

— Эй, вы небось думаете, что смылись? — крикнула сверху ведьма. — Как бы не так! Я спускаюсь.

— Пора уносить ноги! — воскликнул Гранди. — Рапунцель, ты достаточно велика, чтобы управиться с веслами.

— Не смей! — заорала ведьма. — Сиди на месте и жди, когда я за тобой приду.

Рапунцель застыла.

— Мы должны бежать! — взволнованно вскричал Гранди. — Бери весла и греби.

— Я не могу, — пролепетала девушка, — матушка Сладость не велит.

— Эта твоя матушка Гадость всего-навсего хочет завладеть твоим телом.

— Знаю. Но все равно не могу ослушаться ее. Я никогда никого, кроме нее, не знала.

Гранди почувствовал, что Рапунцель прекрасна не только телом, но и душой. Даже зная страшную правду, она не могла ослушаться ту, которая заботилась о ней всю жизнь.

Ведьма вылезла в окошко и принялась спускаться по волосам. Она явно намеревалась забраться в лодку, вышвырнуть Гранди и Храповика за борт, а несчастную девушку вновь затащить в Башню из Слоновой Кости. Пленив девушку, старая колдунья сумеет доказать ей, что все случившееся не более, чем дурной сон, и со временем неминуемо завладеет ее телом.

Однако сам голем при всем желании не мог грести. Для этого он был слишком мал.

— Храповик, может, ты…

Но свет луны сделался заметно ярче, и подкроватное чудовище забилось под сиденье. Рассчитывать на Храповика не приходилось, во всяком случае, до тех пор, пока не стемнеет. Гранди огляделся и приметил высоко в небе тучу. Именно она только что отошла в сторону, позволив луне светить во всю силу. Случайно или нарочно?

Очертания тучи показались голему знакомыми.

Неужто ему снова довелось встретиться с тучной королевой? Впрочем, подумал Гранди, нет худа без добра. Эта летучая громыхалка норовом не уступит ведьме, а если использовать ее злость с толком…

— Эй, пшикалка небесная, — позвал он, — как тебя занесло так далеко от дома? Коли вздумала сдуру рыб дождиком помочить, то они и без того мокрые.

Туча раздраженно сгустилась. Это и впрямь была Грозовая Громовая.

Ведьма спускалась с удивительной прытью.

— Дурища туманная, — крикнул голем, — только и знаешь, что летать туда-сюда, а сама и ветерка устроить не можешь! Всю свою силу растратила еще над Провалом, куда уж тебе состряпать приличную бурю!

Туча обиженно громыхнула и метнула пробную молнию.

— Нечего меня пугать, дымная рожа, — продолжал Гранди. — Я-то знаю, что ты просто хлопушка. Одно и умеешь — надуваться да тарахтеть.

Бьюсь об заклад, тебе не попасть даже в эту башню.

Туча разбухла, дунула, и на башню обрушился настоящий шквал. Теперь разозлилась ведьма.

— Смотри, куда дуешь, пыхтелка несчастная! — злобно выкрикнула старуха. — У тебя что, мозги отсырели?

Внимание тучной королевы переключилось на морскую ведьму. Ветер усилился. Волосы раскачивались, и продвижение преодолевшей уже четверть пути старухи основательно замедлилось.

— Оставь в покое мою подругу! — крикнул голем с неожиданным воодушевлением.

Туча подлетела ближе и принялась поливать башню дождем.

— Убирайся! — завопила морская ведьма. — Чтоб тебе испариться!

— Давай-давай, — радостно подхватил Гранди, — делай, как велено. Ни на что другое ты все равно не годишься.

Тут уж тучная королева разозлилась по-настоящему. Она выросла втрое и наполнилась сверкающими молниями. Огненные стрелы целились в башню.

Поняв наконец, чем это пахнет, ведьма принялась торопливо взбираться вверх. Ей вовсе не хотелось, чтобы гроза застала ее на полпути между подножием и вершиной. Подниматься было труднее, потому что волосы намокли и стали скользкими, но старуха поспешала изо всех сил.

Она успела залезть в окно за миг до того, как в стену ударила молния. Башня из Слоновой Кости была сработана прочно и защищена от любого внешнего воздействия, но с надеждой догнать беглецов колдунье пришлось распроститься.

Вне себя от ярости, она высунулась из окошка и погрозила туче кулаком:

— Ну, погоди! Я вселюсь в руха, и от тебя даже ошметков не останется.

Увлеченная перепалкой туча сконцентрировалась вокруг башни, закрыв большую часть луны.

— Храповик, давай! — скомандовал Гранди.

— Гранди, — воскликнула Рапунцель, всплеснув ладошками, — какой ты умный! Все так ловко устроил.

Голем обрадовался — не столько похвале, сколько тому, что девица пришла, наконец, в себя.

Сейчас надо увезти ее подальше от башни, покуда ведьма не очухалась и не придумала какую-нибудь новую пакость.

Храповик схватился за весла и принялся грести, но лодка оказалась пришвартованной у подножья башни.

— Отвяжи ее! — крикнул Гранди, потому что узел был слишком толст для его ручонок.

Голем обращался к Храповику, но веревку развязала девушка. Она привыкла слушаться старших, а сейчас, кажется, воспринимала в качестве такового голема.

Лодка отчалила, но теперь над морем разыгралась буря. По корпусу суденышка забарабанил град.

— В укрытие! — закричал Гранди, испугавшись, как бы Рапунцель не ушибло.

Девушка мгновенно уменьшилась и спряталась под сиденье. Храповик бросил весла и нырнул туда же. Голем присоединился к ним. Море волновалось так, что грести все равно не было никакой возможности.

Лодка то вздымалась на крутых волнах, то падала вниз. В лодку заплескивалась вода.

— Мы тонем! — воскликнула Рапунцель.