Pinojong Anidon – Инь и Ян. Трактат о мире (страница 4)
Не борьба. Не смена вахт. А именно танец. Два потока, которые не гасят друг друга, а усиливают.
Это длилось недолго. Может быть, минуту. Но я запомнил.
Что ты можешь узнать из этого
Мужское и женское — не враги. Они — партнёры по танцу.
И проблема не в том, что они разные. Проблема в том, что ты не умел танцевать. Ты умел только воевать — то на стороне одного, то на стороне другого. Или застывать между ними, парализованный.
Теперь ты можешь учиться.
Учиться замечать, когда мужское перегревается — и добавлять воды.
Учиться замечать, когда женское заливает всё — и зажигать огонь.
Учиться не выбирать кого-то одного. Учиться держать оба. Как два каната, из которых плетётся верёвка. Как два крыла. Как два течения, которые встречаются и создают водоворот — не разрушительный, а живой.
Когда они в танце — ты целый. Не половинка. Не компромисс. А именно целый. Тот, в ком оба начала дышат одновременно.
Коан второй главы
Глава 3. Между ними — ты
Два полюса. И между ними — пустота.
Не пустота в смысле «ничего нет».
Пустота в смысле «здесь нет формы».
Здесь нет «мужского» и «женского». Нет «хочу» и «надо». Нет «действия» и «принятия». Есть только то, что смотрит на них. Что чувствует их. Что знает их.
Это — ты.
Не тот, кто действует. Не тот, кто принимает. А тот, кто видит и то, и другое. Тот, кто не является ни одним из полюсов, но делает их возможными.
Когда ты в мужском потоке — ты слепнешь к полутонам. Ты видишь только цель.
Когда ты в женском — ты исчезаешь как «я». Ты становишься пространством.
Но есть кто-то, кто замечает это. Кто говорит: «Я был в мужском». «Я был в женском». «Я переключился».
Этот «кто-то» — не мужское и не женское. Он — между ними.
Он — Наблюдатель.
Наблюдатель — не ещё один голос
В первой главе я сказал, что внутри тебя — множество голосов. Команда. Корабль весёлых дебилов.
Наблюдатель — не один из них.
Он не говорит. Он не требует. Он не спорит за штурвал.
Он — слушает.
Все голоса кричат, спорят, хотят, боятся. А он — просто смотрит. И в этом взгляде — вся свобода.
Потому что когда кто-то смотрит — хаос перестаёт быть хаосом. Он становится представлением. Ты перестаёшь быть заложником своих голосов — ты становишься зрителем. А зритель может выбирать, на что смотреть.
Как я нашёл Наблюдателя
Я не искал его.
Я искал ответ. Почему я так часто меняюсь. Почему я не могу быть «одним». Почему внутри меня — целый театр.
А потом в один момент — в момент сильной боли, когда все голоса кричали одновременно — я вдруг почувствовал, что я не внутри крика. Я где-то рядом. Я смотрю на них.
И мне было спокойно.
Не потому что мне было всё равно. А потому что я понял: я — не они.
Они — это то, что происходит. А я — тот, с кем это происходит.
Я — Наблюдатель.
Наблюдатель не боится
У него есть одно странное свойство.
Он не боится.
Страх приходит от частей.
●
Ребёнок боится потерять.
●
Завоеватель боится проиграть.
●
Родитель боится, что всё развалится.
●
Уставший боится, что всё зря.
А Наблюдатель — нет.
Я не знаю почему. Может быть, потому что ему нечего терять. Может быть, потому что он не привязан ни к одной роли. Может быть, потому что он знает то, чего не знают части: что всё это — игра.
Не в смысле, что всё неважно. А в смысле, что всё происходит так, как должно.
Когда я нахожусь в Наблюдателе, страх не исчезает. Части продолжают бояться. Но я могу смотреть на их страх — и не становиться им.
Это трудно описать словами. Но это, наверное, и есть то, что называют «присутствием».
Быть здесь. Не вмешиваясь. Не убегая. Не пытаясь исправить. Просто быть. И знать: что бы ни происходило — ты больше, чем это.
Можно ли быть Наблюдателем всегда
Я пробовал.
Не получается.
Наблюдатель не может вести корабль. Он не хочет. У него нет желаний. Нет целей. Нет предпочтений. Если он будет у руля слишком долго — мы просто остановимся. Замрём в пустоти и будем смотреть на звёзды, пока не кончится воздух.
Это не его функция.