Pig Nerd – Сказания о Пастухе Богов/ Tales of Herding Gods (страница 147)
— Демон, истинный демон! — в унисон процедили даосы.
Лидер даосов быстрым росчерком дал оценку напротив имени Цинь Му и подбросил регистрационный список в воздух. Мимо промелькнул журавль и схватил того клювом, после чего покинул зал и умчался в горы.
«Такое демоническое нутро в столь юном возрасте, будет лучше уничтожить его ещё в зародыше! Мы не должны позволить кому-либо испортить репутацию или навредить нашему Имперскому Колледжу! Надеюсь, следующие экзаменаторы исключат его!»
Цинь Му вместе с прочими учениками оказался посреди большого зала, но по-прежнему не видел ту группу практиков области Шести Направлений, что поднялась на гору первой. Каждый из них был на уровне божественных искусств, так что их экзамены должны отличаться.
Осмотревшись вокруг, на колоннах подпирающих зал юноша увидел фрески… сотни странных фресок.
— Что это за испытание такое? — озадачено пробурчал Цинь Му.
— Имперский Колледж ежегодно изменяет испытания. Поэтому заранее невозможно узнать, какие будут экзамены. Знай мы чего ждать, то разве было бы не слишком просто поступить сюда? — улыбнулся Вэй Юн.
Цинь Му кивнул головой, как вдруг его сердце слегка вздрогнуло. Фрески на колоннах оказались техниками путей циркуляции жизненной Ци!
И каждая следующая отличалась от предыдущей!
Осматривая одну за другой, парень испытал шок. Имперский Колледж вот так вот просто оставил здесь настолько важные знания? Разве такой поступок не слишком безрассудный? Разве они не боятся, что посторонние украдут их?
— Оставленные в этом зале пути циркуляции Ци незавершённые, — заговорил один из учеников рядом. — Все незавершённые. Я слышал, что для того, чтобы собрать столько незавершённых техник и оставить здесь, Великий Ректор обошёл весь мир.
Цинь Му вдруг заметил одну фреску, и его сердце буквально подступило к горлу. На ней изображался путь циркуляции Ци для техники Трёх Эликсиров Тела Тирана!
Но почти сразу же юноша нахмурился, фреска была для области Шести Направлений, а не Пяти Элементов, в которой на данный момент он нуждался больше всего.
— Если Патриарх нашёл где-то технику Трёх Эликсиров Тела Тирана для области Шести Направлений, то может знает и для других? Неважно как, но мне нужно стать учеником Имперского Колледжа и встретиться со стариком!
Глава 116. Сердце Младенца
Цинь Му тщательно изучил и запомнил пути циркуляции Ци техники Трёх Эликсиров Тела Тирана для области Шести Направлений. Раньше, во Дворце Подавления Рока ему встречалась незаконченная роспись для области Пяти Элементов, и, с новой информацией, он был почти в силах представить её полную картину. Однако, дополнить незаконченную часть было всё-таки невозможно.
Если молодо выглядящий Патриарх знал о путях циркуляции Ци для области Шести Направлений, ему, скорее всего, было что-то известно и для области Пяти Элементов. Даже неполная информация могла бы позволить Цинь Му окончательно всё прояснить.
На кону было совершенствование парня, поэтому он должен быть максимально усердным.
Внезапно, из задней части зала вышел монах, торжественно спрашивая:
— Где ученики из Речной Гробницы? Сделайте шаг вперёд. Вы не должны проходить это испытание.
Вэй Юн глупо уставился, выйдя вместе с двумя другими учениками. По дороге во внутренний зал, он повернул голову:
— Брат Цинь…
— Не шуметь! — скомандовал монах и продолжил. — Ученики из Речной Гробницы понесли огромные потери и не должны проходить следующие испытания. Остальные останутся здесь в ожидании продолжения.
Цинь Му был неописуемо удивлён. В Имперском Колледже был настоящий монах!
Увидев здесь так много даосов, парень подумал, что хоть колледж и назывался имперским, но был местом Даосизма. Он никак не ожидал встретить здесь монаха!
«Буддизм и Даосизм сосуществуют в Имперском Колледже! Интересно, что бы сказали в Великом Монастыре Громового Удара?» — в тот момент, когда эта мысль посетила Цинь Му, ещё один монах в жёлтой робе вышел из задней части зала. У него были высокие, длинные брови, парящие в воздухе, и журнал в руке. Оглянувшись, буддист успокоил учеников своим ярко-белоснежным взглядом, после чего заговорил:
— Это испытание проверит вашу природу.
Его голос прогремел, будто звон огромного колокола, встряхивая барабанные перепонки людей в зале и заставляя некоторых растеряться. Сев в позу лотоса, его брови опустились.
— Я буду повторять мантры, хранящиеся в этих писаниях. Если вы окажетесь не в силах их выдержать — можете покинуть зал. Те, кого не смогут подавить мои мантры, будут допущены к следующему испытанию, — сказал монах, сложил ладони вместе и начал вертеть чётки, повторяя мантры не слишком быстро и не слишком медленно. — Будда сказал: Субхути, все Бодхисаттвы и Махасаттвы должны следующим образом подчинить свой разум: все живые существа, рождённые с яйца, утробы, влаги или трансформации, с формой и без, умные, бездумные, или не умные и не бездумные, идут вслед за мной к нирване, чтобы окончательно умереть или реинкарнировать. Хоть неизмеримое, необъятное и неограниченное число живых существ таким образом двигается к смерти или реинкарнации, правда в том, что живое существо не может за мной проследовать. Почему так…
Голос Будды вибрировал, а каждое слово казалось восхождением Жулая, нападающего на разум всех находящихся в зале учеников и атакующего их тела, Ци, и божественные сокровища!
Сверкающие образы Великих Будд Жулая начали появляться в их мыслях.
Вибрации всё усиливались, достигая уровня, который было действительно тяжело выдерживать. Звуки заставляли кровь и Ци становиться нестабильными, отчего было ещё сложнее защищать свои божественные сокровища!
Было несравнимо сложно защититься от мантры монаха. Разумы учеников были не в силах сопротивляться, будто их мысли обнажались и все секреты внезапно обнаружились.
Наконец, один из участников не выдержал и выбежал из зала!
Он боялся, что его жизненная Ци разрушится и Будда захватит божественные сокровища. Казалось, что мышцы, кожа, кости и волосы рассыпятся на части под давлением вибраций!
Почти сразу после первого выбежавшего, ещё несколько учеников поднялись и в спешке покинули испытание. Не успев добежать до выхода, они начали блевать, чувствуя, будто их органы вываливаются наружу.
Монах в жёлтой робе оставался неподвижным и продолжал чтение писаний. Буддистские мантры грохотали и становились всё сильнее, со временем выматывая всё большее количество учеников и вынуждая тех выбегать из большого зала.
Незаметно, в помещении осталось чуть больше двадцати человек. Цинь Му сидел в самом центре, встряхиваясь от ударов голоса. Юноша, казалось, никак на него не реагировал, но на самом деле читал себе под нос дьявольские заклятия. Прямо сейчас он был в смертельной схватке с Буддой, и получал наслаждение, отбиваясь от постоянных атак.
Голос почти никак не влиял на Цинь Му и был не в состоянии вызвать беспокойство в его сознании. Как вдруг он начал использовать язык богов, который недавно узнал, ещё сильнее вовлекаясь в схватку с Буддой.
Спустя некоторое время, монах нахмурился и открыл глаза, чтобы взглянуть на юношу, который в это время спокойно сидел, разглядывая фрески на колоннах. Казалось, будто мантры не имеют никакого эффекта, хотя к этому моменту осталось только десять человек, способных выдерживать давление.
«Странно. В оценке было ясно написано “демоническая природа”, и рекомендовалось присмотреться к нему. Но если бы его сердце было по-настоящему злым, разве смог бы он выдержать моё пение? — монах в жёлтой робе был озадачен, голос Будды, слетающий с его уст, начал замедляться. — Сейчас я не вижу в нём никакой демонической природы. Если я намеренно попытаюсь его изгнать, всем остальным участникам также придётся покинуть зал… и никто не пройдёт испытание».
— Вы все прошли, пройдите сквозь заднюю часть зала и приступайте к следующему испытанию, — остановив пение, сказал монах и встал.
Участники почувствовали, будто огромный валун свалился с их плеч. Незаметно для себя, за время испытания с них сошло семь потов, отчего их одежда полностью промокла. Только Цинь Му, казалось, ничего не заметил и не проронил ни капли пота.
Буддист снова смерил парня взглядом и достал журнал, делая новые отметки возле имён участников. Добравшись до Цинь Му, старик немного поколебался, прежде чем написать — “Сердце Младенца, не тронутое внешним миром”.
Монах вышел из зала и подбросил журнал в небо. Журавль, парящий в воздухе, подлетел и схватил его своим клювом, после чего начал набирать высоту. Проведя его взглядом, старик вернулся обратно.
Птица пролетела полпути к вершине горы и приземлилась перед огромным залом, чтобы передать книжечку проходящему мимо мальчику. Ребёнок в спешке забежал внутрь и передал посылку даосу средних лет:
— Учитель Лин Юнь, журнал прибыл.
Мужчина открыл книгу и улыбнулся: «Каждый год, Имперский Колледж выделяет десять мест для выдающихся учеников из областей Духовного Эмбриона и Пяти Элементов. Интересно, какие таланты пришли к нам на этот раз? — он взглянул на бумагу и слегка кивнул. — Осталось четырнадцать учеников, у каждого из которых неплохие оценки. Хоть в этом году было много беспорядков и участники не такие сильные, как раньше, здесь всё равно есть к кому присмотреться… Ээм? — он всмотрелся в имя “Цинь Му” со странным выражением лица. Перечитав информацию о парне несколько раз, даос растерялся. — Что происходит с этим учеником? Почему они написали, что у него “демоническая природа” и порекомендовали за ним наблюдать, а затем отметили у него “Сердце Младенца, не тронутое внешним миром”? Кучка стариков, пишут что попало!»