Пьер Корнель – Пьесы (страница 4)
Взяв деньги перед тем, как из дому уйти,
Он в первые же дни истратил их в пути,
Пришлось ему тогда, довольствуясь немногим,
Молитвы продавать калекам и убогим,
Быть предсказателем, и так с большим трудом
Парижа он достиг. Там жил, как все, — умом.
Публичным был писцом, потом поднялся выше,
Став у нотариуса клерком, но не вышел
Служака из него: он от бумаг устал;
Тут с обезьяною ученою он стал
Бродить по ярмаркам. Потом слагал куплеты
Для уличных певцов, которые за это
Ему платили мзду. И он, трудясь, как мул,
И выработав стиль, на большее рискнул —
Писать романы стал, не выходя из дома,
И песни для Готье, и байки для Гийома.[5]
А после снадобьем от яда торговал.
И столько раз потом профессию менял,
Что никогда Бускон, Гусман и Ласарильо[6]
С ним не сравняются, что б там ни говорили...
Зато Доранту есть о чем поговорить.
Как за его уход мне вас благодарить!
Я вам не показал еще мое искусство,
И краток мой рассказ: щажу я ваши чувства.
Так вот, потом ваш сын, утратив прежний пыл,
Судьбой капризною в Бордо заброшен был
И находился там в неважном положенье,
Покуда не попал однажды в услуженье
К вояке местному, который был влюблен.
И так его дела повел удачно он,
Что деньги храбреца влюбленного попали
В карман его слуги; к тому же вскоре стали
Они соперниками: очень уж мила,
Как догадались вы, красавица была.
Все, что он пережил, вы знать должны по праву.
Потом я покажу вам блеск его и славу
И покажу, каким предался он трудам.
За утешение я благодарен вам.
По свету странствуя, сообразил он скоро,
Что можно не всегда под именем Клиндора
Являться на люди, и начал называть
Себя он Ла Монтань. Вам это надо знать.
А также помните: хоть медлю я с показом
Теней, которые имеют речь и разум,
Сомненье ни к чему, гоните прочь его:
Тут заурядное бессильно волшебство;
И, в этот грот войдя, вы убедитесь лично,
Что волшебство мое от всех других отлично.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Любое зрелище вас не должно пугать.
А главное, мой грот нельзя вам покидать,
Иначе мертвым вас близ грота обнаружат.
Смотрите: вот ваш сын и тот, кому он служит.
Летит к нему душа, забыв про волшебство.
Велите ей молчать и слушайте его.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
О чем задумались вы, сударь? Разве можно,
Такие подвиги свершив, мечте тревожной
Дать овладеть собой? Не утомили вас
Победы, почести и славы, трубный глас?
Ты прав, задумчив я: все не могу решиться,
Кого еще должна сразить моя десница, —
Великий есть Могол,[8] и есть персидский шах...
О сударь, пусть живут. Повергнув их во прах, 
