Пи Трейси – Смерть online (страница 6)

В попадавшей в поле зрения части двора нет ни деревьев, ни каких-либо признаков жизни, только коричневая, коротко подстриженная трава тянется на добрую сотню ярдов к кукурузному полю. Он наклонился, высунул голову за угол и быстро отдернул. Ничего. Ни кустов, ни укромных местечек, стрелку негде спрятаться. Только невысокая бетонная лестница у задней двери. Холлоран вывернул из-за угла и подкрался к ней.

Через пару минут обнаружил первые окровавленные останки, разлетевшиеся по маленькой подсобке. Пройдя немного дальше, нашел и остальное, почти пожалев об этом.

Через час Бонар отыскал Холлорана на заднем дворе Клейнфельдтов. Шериф притащил туда кухонный стул, на котором сидел, обхватив себя руками, не сводя глаз с дома.

Бонар присел рядом на корточки, выдергивая стебли сухой травы.

– Теплеет, – заметил он.

– Приятное солнце, – кивнул Холлоран.

– Как ты?

– Просто вышел на минутку оттуда.

– Слышу. – Бонар поднял пачку «Пэлл-Мэлл» с торчавшей оттуда шариковой ручкой. – В подъезде нашли. Твоя, или надо снимать отпечатки?

Холлоран похлопал себя по карману, потянулся за пачкой, вытянул сигарету.

– Наверно, обронил, услыхав выстрел. – Закурил, глубоко затянулся, откинулся на спинку стула, выпустил дым. – Ты когда-нибудь здесь бывал в наши школьные годы? Когда в доме жили Тикальски?

– Нет. Наш автобус шел другой дорогой.

– Тогда во дворе росло много деревьев.

– Ну?

Холлоран кивнул.

– Яблони, пара дубов, самый высокий тополь, какой я в жизни видел, а на нем на канате, толщиной с мою руку, висела огромная старая тракторная покрышка.

– М-м-м… Может, буря свалила. Помнишь, какие тут дули ветры шесть-семь лет назад?

– Возможно. – Он на минуту задумался. – Впрочем, вряд ли ветер все начисто выкосил. Дома почти не было видно за какими-то кустами, знаешь, с висячими ветками в белых цветах…

– «Невестин венок», научное название – спирея.

Холлоран взглянул на Бонара:

– Откуда ты все это знаешь?

Бонар отыскал длинный стебель травы, поковырял в зубах.

– Я обладаю обширными, разнообразными и в большинстве своем бесполезными познаниями. К чему ты клонишь?

– Здесь совсем негде спрятаться. Они все вырубили.

Бонар выплюнул травинку, огляделся, шевеля бровями и мозгами.

– Похоже на то. Видел, сколько оружия в доме?

– Кое-что видел.

– Пока только на первом этаже семнадцать стволов. Видишь, что за бред? Я хочу сказать, это же старики. В одном и том же шкафу зубная паста «Полидент», двустволка и «магнум» сорок четвертого калибра. Распроклятый дом набит инструкциями и журналами по выживанию. А приспособление для приведения в действие того самого ружья? До того сложная современная штука, что даже Харрис растерялся. Заставил ребят ползать на четвереньках, осматривая каждый дюйм в поисках дополнительных проводов. Покойники были истинными параноиками.

– Может быть, из-за денег.

Бонар покачал головой:

– Не думаю.

– Я тоже. – Холлоран вновь затянулся, докурил и встал. – Дело в том, что все входы в дом наглухо заперты, а задняя дверь настежь открыта.

– Там они и установили ружье.

– Угу. Кого-то ждали.

– Ох, старик, этот «кто-то» был бы пристрелен на месте. – Бонар тряхнул крупной головой и с кряхтеньем поднялся, глядя на своего старого друга. – Вид у тебя поганый.

Холлоран не сводил глаз с пустой каталки, ожидающей у задней двери. Последняя поездка Дэнни Пелтиера.

– Я забыл ключи, Бонар.

– Знаю, приятель. – Вздох помощника шерифа прозвучал как шорох сухой кукурузы.

6

Митчелл Кросс подъехал к пакгаузу вскоре после полудня, оставил черный «мерседес» в подземном гараже, поднялся на чердак в грузовом лифте. Не утро, а сплошное несчастье.

Полтора часа ждал Диану на виртуальной стоянке в аэропорту у терминала для прибывающих, увиливая от полиции, которая штрафовала каждого водителя, задержавшегося у бровки тротуара дольше двух секунд. На обратном пути его отловил по мобильному Боб Гринберг, грубо и высокомерно расспрашивая насчет новой игры, почти открыто угрожая аннулировать банковский счет «Школьных игр». Спасение пришло только в туннеле Ааури, где связь прервалась, прежде чем Митч окончательно вышел из себя.

Проторчали пятнадцать минут в этой темной крысиной дыре, которую кто-то, бог его знает, перекрыл на другом конце. Обычно это называется пробкой. Митч в таких случаях говорит: развелось слишком много чертовых автомобилей.

Через первые пять минут болтовня Дианы превратилась в жалобное нытье, потом, посреди возмущенного монолога об отравлении выхлопными газами, она высунула в окно голову и завопила, приказывая пикапу, набитому охотниками в ослепительно-желтых костюмах, заглушить мотор. Господи Иисусе. Порой хочется, чтобы эта женщина покончила с собой.

Митч так разозлился, что у дома даже не стал выходить из машины, просто высадил ее и уехал. Взглянул в зеркало заднего обзора, увидел, как она стоит на подъездной дорожке с вещами в руках, маленькая, обиженная.

Тросы лифта звякнули над головой, кабина рывком остановилась. Он взглянул на чердак сквозь решетку, с облегчением выдохнул: «Дома».

– Эй, Митч!

Отошедшая от компьютера к кофеваркам Энни первая его заметила. Остальные столпились у монитора на столе Родраннера, словно злые волшебники, сосредоточенно варящие ядовитое зелье.

– Выходи, милок. А то смахиваешь на Армани в клетке.

– Привет, Энни. – Митч подошел к ней, стоявшей у встроенной в стену полки с четырьмя кофеварками и большой белой банкой с печеньем.

– Чертовски привлекательно выглядишь. – Толстушка Энни подобрала все свои подбородки, медленно расплываясь в той самой соблазнительной улыбке, которая почти всех мужчин заставляет забыть о лишней сотне фунтов ее живого веса. – Мы думали, сегодня останешься дома, отметишь. Диана, наверно, скучает одна.

Митч пожал плечами:

– Скорей, просто устала. Возможно, откупорим вечером бутылку шампанского. Чем это все так заняты? – Он снял крышку с белой банки, заглянул, надеясь увидеть что-нибудь не совсем смертоносное, скажем рогалик.

– Митч, вонючий кусок дерьма, иди сюда сейчас же! – крикнул Харлей. – Мы только что прикончили последнего сукина сына! Теперь сможешь отдать детей в Лигу плюща.[5]

– У меня нет детей.

– Знаю, но я вечный оптимист. По-прежнему думаю, что когда-нибудь будут. Господи помилуй! Ты на свои бабки купил такой галстук?

Грейс почувствовала на своем плече руку Митча, взглянула на галстук с белыми облачками на голубом фоне.

– Этот галстук от «Гермеса» я ему подарила на прошлое Рождество.

– Значит, ему галстук от «Гермеса», а мне вшивый брелок для ключей?

– Она подарила тебе итальянский стилет, говнюк беспамятный, – возмутилась Энни.

Харлей на минуту задумался.

– Ах да. Тогда какой хрен дешевый подарил мне брелок?

Родраннер в отчаянии откинулся на спинку кресла.

– Ребята, позабавьтесь в другом месте, дайте дело доделать!

– В самом деле последнее? – спросил Митч.

– На все сто, – кивнула Грейс. – Полная победа. На пробный сайт триста с лишним заходов. Больше половины оформляют предварительную подписку.