Пи Трейси – Смерть online (страница 39)
Магоцци прикусил язык, не указывая, что их цель заключается не в распределении ответственности, а в поимке убийцы, но шефу в его положении приходится решать обе эти задачи.
– Можно чуточку обождать? Посмотрим, что выяснится на совещании.
– Так я им и сказал, – кивнул Малкерсон.
В глубоком кармане Джино запищал сотовый телефон.
– Ролсет слушает. – Он слушал, слегка вздернув брови. – Понял. – Захлопнул крышку трубки, положил обратно в карман. – Компьютерщики только что вошли в здание. Все вместе, впятером.
Магоцци нахмурился:
– Ты ж их вызвал на десять?
– Точно. Ранние пташки.
Магоцци пожал плечами:
– Пускай ждут.
26
Когда почти все сотрудники полицейского управления собрались на оперативное совещание, отдел убийств остался в полном распоряжении Глории, не считая Роджера Дилейни, которого она в расчет не брала. Наглый маленький сукин сын с прилизанными черными волосами, испорченными зубами и склонностью обжиматься, которая чуть не сгубила его, когда он в первый и в последний раз схватил ее за роскошную черную задницу. Роджер в дальнем углу тыкал двумя пальцами в клавиатуру, а Глория завладела передним письменным столом и телефонами.
Она уже ответила на десяток звонков насчет убийств, связанных с игрой «Манкиренч». Мнимые свидетели, видевшие убийцу во сне или положительно уверенные, что это их зять, шурин, босс, разносчик пиццы. Глория старательно фиксировала сообщения, будто они имели какую-то ценность, хоть порой совершенно свихнувшиеся психопаты готовы совершить убийство исключительно ради того, чтобы позвонить в полицию и доложить об этом.
В промежутках между телефонными звонками было так тихо, что слышалось неуверенное постукивание Роджера по клавиатуре компьютера и внезапное журчание воды в месяцами не чищенной кофеварке.
Обычно в отделе убийств кипит бурная деятельность – пока нет новых дел, детективы занимаются «глухарями», работают над преступлениями, связанными с наркотиками и сексуальным насилием, помогают ликвидировать банды, чтобы людям на улицах на время хватало ума не убивать друг друга, – и поэтому тишина раздражала ее. Разозлили дежурный сержант, державший репортеров в загоне у подножия лестницы, когда Глория специально оделась для телевидения, накинув на великолепное черное тело нечто среднее между свободным жакетом и сари коричневых и оранжевых оттенков, которые напоминают об Африке, хотя родилась она в Кмарте. Буйные черные волосы покрыты шарфом в тон, куплены десять новых накладных ногтей со сверкающими золотом полумесяцами на коричнево-красной эмали. Неотразимая приманка для недоумков-телевизионщиков, обожающих так называемые этнические мотивы, не имея понятия, что это значит. Но сначала им надо ее увидеть.
Она барабанила по столу длинными ногтями, выдумывая предлог, который позволил бы ей заглянуть в зал для прессы. Услышав голоса в коридоре, отчасти воспрянула духом, страстно мечтая в данный момент, чтобы кто-то пришел, пускай даже паршивый гонец с сенсационным известием об убийстве Джона Фицджералда Кеннеди.
Первой вошла стройная белая женщина, до того напряженная, будто пришла сдавать анализ мочи. Впрочем, посмотрела ей прямо в глаза, почтительно кивнула:
– Доброе утро. Я Грейс Макбрайд. Нам нужны детективы Магоцци и Ролсет.
– Очень жаль, они сейчас на совещании…
Слова застряли в горле при появлении остальных. Зоркие карие глаза Глории окинули с ног до головы парня в ярко-желтом комбинезоне из лайкры, длинного, тощего, как шест для прыжков; бородатого полузащитника с конским хвостом, сплошь в черной коже; бледного типа в обалденном костюме, похожего на генерального директора крупной корпорации или еще чего-то; сногсшибательную, восхитительно толстую тетку с горящими глазами и плавной горделивой походкой, превосходившей ее собственную в лучшие времена, одетую с головы до ног в любимые Глорией оранжевые оттенки. Ничего себе! Белая женщина, знающая толк в моде!
– Мы совладельцы компании «Манкиренч софтвер», – вновь привлекла к себе внимание Грейс Макбрайд. – Нас просили прийти нынче утром.
Глория высокомерно-скептически оглядела цирковую труппу, гадая, что свело вместе столь разных людей.
– Совершенно верно. Я вас провожу, но не раньше десяти. Вы пришли почти на два часа раньше. Садитесь вон там…
– У нас нет времени, – так быстро и круто оборвала ее Макбрайд, что Глория на секунду опешила.
– Простите?
– Нам надо увидеться с ними сию же минуту. Позовите, пожалуйста.
Ну, это уж недопустимо. Вполне вежливые слова произносятся в приказном тоне, а Глория не сильно любит приказы, особенно исходящие от костлявых белых девок с гонором. Она встала, уперлась руками в столешницу, используя свои внушительные размеры в качестве устрашения.
– Слушайте, дорогая моя, если вы думаете, будто я войду в зал совещаний, где собрались вооруженные люди, и скажу: извините, придется прерваться, поскольку вас хочет видеть мисс Грейс Макбрайд, то еще раз хорошенько подумайте. Возможно, вы правите миром в своей обезьяньей конторе, но здесь распоряжаются детективы, и никто другой. Садитесь, ждать придется очень долго.
Грейс Макбрайд только улыбнулась.
Сегодня посреди совещательной комнаты стояла большая грифельная доска на колесиках с посмертными снимками трех жертв, мест преступлений, увеличенными копиями постановочных фотографий, введенных в игру. Сбоку к ней приткнулся письменный стол.
Когда вошли Магоцци и Джино с шефом, все сидели, глядя на снимки.
Забавно, подумал Магоцци. Почти любой человек взглянет на снимок из морга и сразу поспешно отводит глаза. Копы из отдела убийств – хорошие копы из отдела убийств – подолгу смотрят на фотографии жертв, подмечая детали, которых никогда не видят родные, невольно устанавливая некие связи с людьми, которых никогда в жизни не знали, давая невысказанные обещания.
С одной стороны, есть в этом что-то патологическое, а с другой – почти нежное и любовное. Глубоко ошибочно утверждение, будто для работы в отделе убийств надо отбросить всякие эмоции. Как раз наоборот.
– Ну, теперь слушайте все. – Магоцци выложил на передний стол толстую кипу распечаток и присел на крышку. – Только что с ксерокса. Возможно, сегодня удастся немножечко передохнуть, благодаря доктору Рамбахану, всю ночь проработавшему с убитым на пароходе. Кстати, хочу поблагодарить всех работавших сверхурочно. Я вам коротко опишу положение дел, а если потом пожелаете еще что-нибудь почитать, всем вручен протокол вскрытия.
Послышались смешки, сонные стоны, поскольку следственная бригада пока еще не стала официальной следственной бригадой, члены которой, как зомби, выстраиваются в очередь за новыми материалами. Вчера почти все отработали двойную смену, и Магоцци задумался: точно так же страдает затеявший преступления сукин сын или его постоянно подзаряжают пошедшие в полный разнос мозги.
Он сделал последний глоток великолепного кофе, которым его угостили женщины внизу, и продолжил:
– Жертва номер три – Уилбур Дэниелс.
– Его звали Уилбур? – переспросил Джонни Макларен. Нынче утром они с патрульным сержантом Фридменом сидят рядом, связанные личным чувством вины за вчерашний провал на пароходе. У обоих измученный и подавленный вид.
Магоцци перевел взгляд с одного на другого и бросил им косточку.
– Вы оба хорошо вчера поработали.
– Угу, – саркастически пробасил Фридмен. – Операция прошла успешно, но пациент скончался.
– Он скончался задолго до вашего появления, – напомнил Магоцци, решив, что, если им надо, чтобы их еще раз погладили по головке, пускай отправляются к полицейскому психиатру. У него в данный момент просто времени нет. – Уилбур Дэниелс, сорока двух лет, идентифицирован по отпечаткам пальцев в военном архиве, снятых во время службы в восьмидесятых годах. Женат никогда не был, близких родственников пока еще ищем. Шесть лет проработал агентом по маркетингу в «Девон офис сэплайз» в Вашингтоне, его босс мерзнет внизу, ожидая допроса. Возьмешься, Луиза?
– Конечно.
– Отметим, что доктор Рамбахан обнаружил на нижнем белье следы спермы и установил, что Уилбур Дэниелс почти перед самым моментом смерти испытал оргазм. Вдобавок укусил себя за руку, предположительно в приступе страсти, так что тут явно присутствует сексуальный элемент. Связано ли это каким-нибудь образом с киллером, нам пока не известно.
– Может, попросту сам себя ублажал в туалете, дождавшись небольшого сюрприза – пули в лоб? – предположила Луиза.
– Возможно. Или его завел туда убийца для небольшого послеобеденного развлечения.
– Если наш дружок мужчина, то Дэниелс педик, – откровенно провозгласила Луиза.
– Не совсем политкорректно, – заметил Джино.
Она негодующе вздернула голову:
– Для меня сойдет. – И снова обратилась к Магоцци: – Если убийца гей, что скажешь? Может, серия убийств на почве ненависти?
– Пока ничего не скажу, – ответил тот. – У нас еще нет никакой информации насчет девушки на ангеле и нет абсолютно никаких свидетельств, что парень, убитый во время пробежки, гомосексуалист. Однако возможную нетрадиционную ориентацию Уилбура Дэниелса надо учитывать, устанавливая, что он делал, прежде чем очутился на колесном пароходе. Что приводит нас к третьей странице протокола вскрытия. Содержимое желудка.
– Господи, я еще даже не завтракал, – простонал детектив Петерсон, недавно переведенный в центральное управление из Сент-Пола. Судя по худобе и бледности, можно было бы сказать, что у него во рту долгие годы не было даже маковой росинки.