Пейдж Шелтон – Тонкий лед (страница 4)

– Эм-м, осторожнее, она может разбиться, – предупредила я за секунду до того, как моя машинка отправилась в полет.

Выражение его глаз изменилось с недовольного на слегка озабоченное, и он аккуратно поставил «Олимпию» позади пассажирского сиденья, потом протянул руку к моему рюкзаку.

– Я возьму, – ответила я, уворачиваясь.

– Залезайте, – велел он и, обойдя машину сзади, сел на водительское место.

Я сделала, как мне было сказано, и пристегнулась, отметив, что ткань на длинном сиденье износилась, а серая металлическая пряжка на ремне безопасности покрыта жирными пятнами. Внутри пикап напомнил мне машины моего дедушки, в которых я ездила в детстве. Он был начальником полиции в Милтоне и какое-то время даже моим боссом, и машины у него всегда были старые и забитые разным хламом – в них были такие же пятна, а еще они неизменно пахли машинным маслом, особенно когда дедушка сменил работу полицейского на работу механика. В Милтоне случались и серьезные преступления, а однажды он даже чуть не стал центральным перевалочным пунктом для торговцев людьми и наркотиками, но дед уберег город от такой судьбы. Он был отличным полицейским и умелым механиком, и когда не стоял на защите Милтона, то проводил все время в амбаре под каким-нибудь из капотов. Я вдохнула поглубже – запах будил приятные воспоминания.

Как только Доннер сел за руль, он пробурчал что-то нечленораздельное и повернул ключ. Звук двигателя был, как у самолета, громким.

Доннер не проявлял большого дружелюбия, но меня это устраивало. Не хотелось вести светские беседы. Я обратила внимание на его одежду: куртка смотрителя национального парка, выцветшие джинсы и потертые ботинки. Интересно, может ли рейнджер исполнять роль правоохранителя? Наверное, да, но наверняка я не знала, а спрашивать не хотела. Интересно, а если это так, то привычка лежать с паяльником под капотом старой машины – это общая черта всех офицеров правопорядка в маленьких городках или нет? Заработал обогреватель, и мне пришлось напомнить себе, что у всего остального мира сейчас на календаре июнь. По телу пробежала дрожь, и Доннер покосился в мою сторону. Я сидела молча, надеясь, что поездка будет недолгой.

– Вы откуда? – спросил он, поворачивая рычажок старого обогревателя, отчего воздух стал еще теплее, хотя точно я сказать не могла – непонятно было, работает вентилятор или нет.

– Из Денвера. – Я глянула на его профиль. Даже несмотря на бороду и хмурое настроение, профиль был довольно привлекательный. Я с трудом отвела взгляд, гадая, почему вообще обратила на это внимание.

Когда я не стала поддерживать разговор, он сам продолжил:

– Ого. Далековато отсюда. Что вы такого сделали, что вас привезли в «Бенхаус»?

– О нет, я еду в «Бенедикт-хаус» не потому, что это… особое заведение. Я просто сняла там комнату. Меня никто не предупредил, что так нельзя делать.

Он кивнул, и раздражение и нелюдимость испарились в один миг. Может, мне не стоило рассказывать правду, и лучше было бы просто позволить людям считать меня преступницей, которой нужна адаптация к новой жизни? Я пожалела, что не подумала об этом раньше. Знай я, что такое «Бенедикт-хаус», когда разговаривала с Виолой, может, смогла бы все устроить именно так.

– Черт бы побрал Виолу! Значит, вы просто так приехали, как турист?

– Нет, я планирую переехать сюда на год или около того. Просто забронировала номер на пару месяцев, чтобы понять, где можно будет поселиться потом. Постараюсь найти что-то побыстрее, если получится.

– Грил об этом позаботится, – сказал Доннер.

– Кто такой Грил?

– Начальник полиции. Это он послал меня вас забрать. Он не объяснил, что вы… Я думал, мне надо подвезти очередную уголовницу.

– Начальник полиции? – У меня в голове звенели тревожные сирены. – Но зачем ему посылать за мной машину, если я не преступница?

Доннер на миг задумался:

– Может, в этом как раз и дело? Может, Виола ему позвонила и рассказала, что к чему, и он решил вас предупредить. Наше поселение по размеру даже до небольшого городка не дотягивает. Шеф Грил знает всех, кто приезжает и уезжает. Он мне ничего не передавал, но он сам на месте преступления, вот и не забрал вас.

Я кивнула, все еще не понимая, как шериф Грил мог узнать о моем приезде. Я планировала выяснить это как можно скорее.

– А что случилось? Что за место преступления?

– Одну из жительниц нашли мертвой.

Я судорожно сглотнула. Сердце забилось чаще, а над губой опять выступил пот – тело стремительно реагировало на охватившую меня панику.

Так, стоп. Нет никаких причин думать, что смерть в Бенедикте связана со мной или с Леви Бруксом. По крайней мере пока, я ведь еще даже не доехала! И все же страх не отпускал, растекаясь внутри, как вода по полу.

– Убийство? – Мой тон звучал на удивление ровно.

– Я не знаю всех деталей, но Грил был занят.

– А у вас много людей умирают не своей смертью?

– Нет, но иногда случается. В основном убийцы у нас – старость, мать-природа и человеческая глупость. Иногда люди совершают дурацкие поступки. Иногда медведям хочется есть.

– Но в этот раз не так?

– Я не знаю. Мне, наверное, вообще не следует об этом говорить. В любом случае, добро пожаловать в Бенедикт. Я рад, что вы не уголовница.

Он виновато улыбнулся, но больше глазами. Его рта я по-прежнему не видела.

– Спасибо.

Благодарность моя слегка поутихла.

Мы снова замолчали, и, пока пикап ехал в тишине между высокими елями, я пыталась успокоиться.

– У нас около десяти миль асфальтированных дорог, – сообщил Доннер. – Эта пересекается с той, которая ведет в доки. Вон то кирпичное здание… – Он кивнул в сторону двух построек, которые показались справа: одно действительно было из кирпича, второе выглядело промышленным. – …«Пипс», минизавод по переработке рыбы, а рядом школа.

– Старшая школа?

– Все школы.

Я повернулась и посмотрела на здание еще раз.

– Довольно небольшая.

– Так точно, мэм.

Когда мы проехали еще около мили, я порадовалась, что не попыталась пойти пешком.

– В центре есть кое-какие магазины, но, если вам надо много всего, придется проехать примерно полмили на запад. И когда я говорю «много» – это значит «оптом». Сьюзан Тош открыла «Тошко»[3] в прошлом году. Она ездит на пароме в Джуно раз в неделю, закупается там в «Костко» и перепродает здесь. Это удобно, но мы пока так и не поняли, что делать с кучей бумажных полотенец.

– Наверное, и не думали, что вам столько надо.

– Точно.

– А здесь есть такси? «Убер» или что-то еще? – спросила я, пока мы ехали вдоль рядов все более и более густых елей. Из-за них дорога впереди казалась темной и похожей на туннель. Я поморщилась.

– А что вам известно о Бенедикте?

Я не успела ответить, потому что внезапно заметила какой-то предмет у обочины. Когда мы проехали мимо, я резко повернулась, стараясь понять, действительно ли это цветок маргаритки или мне показалось. Но когда я оглянулась через плечо, на том месте ничего не было. Мог ли этот одинокий цветок и вправду прорасти у кромки леса на дороге в Аляске? Или это результат того, что сделал со мной Леви Брукс? И мне теперь все время будут мерещиться маргаритки? Я стиснула зубы и снова стала смотреть вперед.

– Что это маленький городок.

Мой ответ прозвучал слишком жестко.

– Именно, – сказал Доннер после паузы. – Поэтому и такси у нас нет. У гостиниц есть трансфер и микроавтобусы для гостей, но для «Убера» у нас слишком ненадежная связь и Интернет.

Он снова замолчал, и я знала, что он на меня смотрит, но намеренно глядела только на дорогу.

– Это не мое дело, конечно, но мне кажется, вы не очень готовы к тому, что вас ждет. Не нужно мне ничего говорить, но, думаю, я должен кое-что рассказать об этих местах, если вдруг вы не знаете. Этот край бывает суровым, и, если вы привыкли жить среди людей, вам может быть одиноко. У вас есть еще какие-то вещи?

– Нет, я подумала, что куплю здесь все необходимое.

– Понятно. Население в городке около пятисот человек, только летом много туристов и приезжих. А зимы долгие, темные и одинокие, как будто вокруг не пятьсот человек, а пять. Иногда можно месяцами не видеть даже соседей, которые вроде бы живут поблизости.

– Я знаю.

Я понимала, что мои знания были поверхностными, основанными на книгах и фильмах, на той информации, что мне удалось найти в Интернете. Я никогда не жила такой жизнью. И я бы ни за что не смогла объяснить, почему это именно то, что мне нужно. То, что описывал Доннер, было именно тем, что я искала в те драгоценные пятнадцать минут за компьютером доктора Дженеро. Я знала, что не похожа на человека, готового к такому. И что действительно не готова. Но я освоюсь.

– Запомните дату: 15 августа. Потом приезжать и уезжать будет сложнее. Мы называем этот день Ледоставом.

– Запомню, спасибо.

– Не умею я завлекать туристов, да?

Я коротко улыбнулась:

– Я понимаю. Правда. Я справлюсь.

– Вы прячетесь от чего-то? Или кого-то?

– Нет. – Я опоздала с ответом лишь на секунду, и он прозвучал фальшиво.