Петр Заспа – Побег через Атлантику (страница 31)

– Кто это? Это вы, старшина Вайс?

– Это Тапперт, опусти ствол. Как у вас тут?

– Отлично! Они спали в кубрике, как насосавшиеся молока котята. Там мы их всех и положили. А у вас?

– В машинном был всего один – дежурный механик. Побегал, но мы его тоже успокоили.

Наконец Олаф узнал по голосу, что перед ним сигнальщик Бартольд, презираемый всеми Бартольд, и, не посчитав нужным дальше с ним разговаривать, пошёл в поисках трапа на лодку.

Постепенно привыкающим к темноте зрением Олаф разглядел у ног шланг, переступил его и заметил, что шланг пересекает разбросившее в стороны руки тело. Англичанин лежал лицом вверх, распахнув на груди морскую прорезиненную куртку. Олаф повертел головой, прикидывая – увидит ли кто-нибудь, если он пороется у него в карманах?

– Чего встал столбом?

Окрик за спиной прозвучал как выстрел. Олаф вздрогнул, узнав голос штурмана.

– Я… – промычал он растерянно.

– Тяни шланг!

Но Хартманну было не до Тапперта. Одной рукой он держал за воротник англичанина со связанными за спиной руками, в другой размахивал увесистым мешком.

– Займись делом, не путайся под ногами!

Олаф с досады пнул ботинком так и не обысканное тело и присоединился к остальным. Хартманн же помог пленнику перейти по трапу, переброшенному на пришвартованную к борту лодку, и, разглядев в рубке белую фуражку командира Зимона, поспешил упредить лишние вопросы:

– Герр командир, это капитан судна. Я решил, что он сможет лучше любых бумаг ответить на все ваши вопросы. Хотя бумаги я тоже прихватил, – штурман потряс мешком. – Это всё, что было в радиорубке и его каюте.

Наблюдавший за происходящим с каменной невозмутимостью Зимон снисходительно кивнул и, подумав, добавил:

– Хорошая работа, Рольф. Тащи его в центральный пост.

Посторонившись, он дал протолкнуть довольно упитанного англичанина в люк и, сложив ладони рупором, выкрикнул на судно:

– Адэхи, сколько тебе ещё нужно времени?

– Двадцать минут, герр командир. Насосы работают на полную мощность.

– Очень хорошо. Бауэр, проследи за работой, а я побеседую с нашим гостем. И найдите мне русского. Я его видел у люка на корме. Тадао, составь мне компанию, поглядим на их капитана.

Спустившись в центральный пост, Зимон вызвал радиста Мюллера.

– Ганс, я хочу, чтобы ты проверил Судака. Он будет переводчиком, а ты его послушай, не займётся ли самодеятельностью.

– Не доверяете русскому? – спросил Мацуда. – Зачем же тогда оставили на лодке?

– Я никому не доверяю, но это не значит, что я должен всех выбросить за борт. А если ты, Тадао, до сих пор доверчив, как институтка, то пора пересмотреть взгляды на жизнь. Увы, она учит жестоко. Я доверял Марте, но она сбежала к промышленнику-австрийцу, оставив мне прощальное письмо. Я доверял гросс-адмиралу Дёницу, но он предал меня, приказав сдаться. Радио передаёт, что наш фюрер вместо утреннего бекона предпочёл яд и тоже оказался предателем, бросив всех на произвол судьбы. Кто меня ещё не предавал? Я уже ничему не удивлюсь.

Уютно расположившись в кресле матроса-рулевого, Зимон внимательно осмотрел стоявшего перед ним англичанина. Капитан был средних лет, с обрюзгшим рыхлым лицом, и Зимон поймал себя на мысли, что чем-то он напоминает премьера Черчилля. Такое сходство сразу же вызвало к англичанину антипатию. Когда в центральный пост спустился Клим, командир уже был порядком на взводе.

– Когда я приказываю прибыть ко мне, ты должен прибежать со сбитыми о переборки коленями, – недовольно проворчал Зимон.

Глядя перед собой, русский молчал, и Зимон, недобро вздохнув, начал допрос:

– Скажи ему, пусть представится и назовёт судно.

– Деррик Рой. Грузовое судно «Гримсби», – перевёл Клим английского капитана, заметив, что отвечал тот довольно покладисто и даже с охотой.

– Порт приписки?

– Плимут.

– Груз?

А вот тут по лицу англичанина пробежала тень. И это не укрылось ни от Клима, ни от командира Зимона.

– Груз?! – повысил тот голос. – Ваше корыто черпало воду под его тяжестью! Что там было?

После этого капитан дрогнул.

– Металлолом, – ответил он, потупив взгляд.

– Металлолом? Что за металлолом? Откуда? Куда? Скажи ему, что если я и дальше буду вытягивать из него по слову щипцами, то наш разговор закончится, не начавшись. За Бауэром не станет пустить ему пулю в затылок.

После этих слов Клим едва успевал переводить. Оказалось, что судно перевозило из Плимута на металлургические заводы Глазго пущенные под нож немецкие подводные лодки и береговые катера. Истощённая войной промышленность Британии требовала металл, как пустыня воду. Англичане вывозили из Германии всё, что хотя бы издали напоминало железо.

– Лодки? – привстал Зимон. – На его борту наши резанные лодки?

– Ещё захваченные в Бельгии патрульные катера.

– К чёрту катера! Мне достаточно лодок!

Неожиданно Зимон успокоился и, пару раз задумчиво кивнув, обратился к Мацуде.

– Заметь, Тадао, какая ирония. Он вёз на переплавку наши уничтоженные подводные лодки и вдруг оказался на одной из них. Английские свиньи делают из наших лодок плуги и кастрюли, а в результате эта свинья плюёт мне в душу в моём же доме. И обрати внимание, что он это тоже понимает. Его затравленная физиономия – лучшее тому подтверждение. Русский, переведи, что ему очень не повезло.

Но английский капитан уже догадался о своей незавидной участи и без перевода.

– Господа, господа! – обратился он, коверкая вперемешку английские слова с немецкими. – Вы, кажется, не понимаете! Война окончена, любые боевые действия теперь расцениваются как преступление! Настало время мира.

– И этот туда же, – проворчал Зимон. – Скажи ему, что он ошибается. А если он ещё напомнит мне, что именно Германия проиграла эту войну, то я сам пущу ему пулю в лоб. Поинтересуйся, что известно о нашей лодке? Он что-нибудь слышал о нас?

– Перед выходом в море капитан получил предупреждение о пиратствующей немецкой подводной лодке, – перевёл Клим. – Но это касалось только кораблей, которые шли в Исландию и Америку. Флот Британии ищет лодку гораздо западней. Однако, когда капитан Деррик оказался у нас, то сразу догадался, с кем имеет дело.

– Пиратствующей… – улыбнулся Зимон. – Как интересно сказал. Значит, ищут.

Над головой грохнул металлом люк, и в центральный пост спустились Адэхи с командой механиков и Бауэр с бряцающей автоматами абордажной группой.

– Дело сделано, – доложил индеец, вытирая ветошью руки. – Мы высосали их, как паук муху.

– И? – взглянул ему в лицо Зимон.

– Баки под крышку. Я закачал даже в резервную цистерну.

– Прекрасно! – повеселев, Зимон встал и, откинув рукоятки перископа, припал к окуляру. – Прекрасно, прекрасно… инженер, всех по местам, отдадим должок этому плавучему кладбищу. А ты, русский, скажи нашему борову, что у меня всего четыре торпеды, но мне не жаль даже четырёх для его посудины, будь в том необходимость. Однако она пустит пузыри и от одной. Я дам ему посмотреть.

Как тонет его судно, капитан смотреть не захотел. Лодка медленно отошла от борта задним ходом, не спеша, словно наслаждаясь моментом, командир Зимон лениво отдавал команды на расчётный пост и также лениво скомандовал: «Пли!» Всё это время капитан Деррик отрешённо смотрел в пол, и только когда лодку тряхнуло близким взрывом, он очнулся.

– Это была большая ошибка. Теперь лагерь военнопленных не для вас. Вы будете осуждены как преступник.

– А с чего вы взяли, что я рвусь в лагерь военнопленных? – удивился Зимон, не забывая дать команду двигателям на полный ход и уводя лодку на максимальной скорости далеко в море. – Вы собрались меня учить, вы – капитан без корабля? Что же мешало такому умному капитану в штормовую погоду и экипаж держать по-штормовому? Разве смог бы я тогда взять вас голыми руками? Но вы предпочли спать, закрывшись в тёплой каюте, и смотреть сны о грудастой Мэри. Или кто там у вас? Деррик, вы меня банально проспали, а теперь взяли на себя роль оракула, предсказывая моё будущее? Я заметил, что с судна снято носовое орудие. Остался лишь лафет. Как же быстро к вам пришло расслабление! Не прошло и месяца с тех пор, когда от страха моряки флота её величества, стуча зубами, просиживали ночи на палубе в спасательных жилетах, боясь спуститься в трюм и каждую минуту ожидая в борт торпеду. Но правду говорят – один взгляд на миллионы пузырьков, мельтешащих в стакане, уже успокаивает. Вам было достаточно и того меньше. Может, попытаетесь предсказать теперь своё будущее?

– Я ваш пленник и не жду ничего хорошего, – капитан Деррик с достоинством склонил голову, выражая полную покорность и спокойствие. – Я ко всему готов.

– Пленник? – засмеялся Зимон. – Да зачем вы мне нужны?

– Простите? Я не пленник? Не могли бы вы объясниться, господин командир? Как вас понимать?

– А так и понимайте – проваливайте на все четыре стороны!

– Я свободен?

– Абсолютно. Вы свободнее любого из нас. Бауэр, покажите капитану выход и проводите на мостик.

Примерив на себя роль вышколенного дворецкого и догадавшись о затеянной игре, обер-лейтенант Бауэр учтиво склонился и широким жестом указал на трап.

– Будьте любезны, сэр, проследовать сюда. Я вам помогу. Ногу лучше ставить вот так, а рукой беритесь за поручни.

– Однако… – почувствовав подвох, заартачился капитан. – Мы же…