Петр Заспа – Аэронавт (страница 20)

Спорить Смородин не стал. Дирижабль набирал высоту метр за метром с невероятным трудом, и теперь Мишино внимание было приковано к проплывавшим внизу верхушкам сосен.

«Прав мальчишка, – с огорчением подумал он. – Эту колымагу не поднять выше, даже если сбросить весь балласт, да ещё и спрыгнуть всей командой».

– Стефан, сколько на статоскопе?

– Сто пятьдесят метров, флагман Михай.

– Ну чего смотришь? Сбрасывайте всё, что у нас осталось. И разрядите ещё один водородный баллон в аэростат. Мы теряем водород, будто у нас там не перкаль, а решето.

– Каков флагман, таков и дирижабль! – произнёс неслышно появившийся в дверях Александр. – Ткань «Пеликана» уж и позабылось, когда промасливалась, а швы расползлись и давно не видели хорошей руки портного-аэронавта. Но, кажется, вас такие мелочи не беспокоят? Вы целеустремлены, невозмутимы и всецело наслаждаетесь, раздавая команды налево и направо.

Скрестив руки на груди, он победно улыбался, глядя на мечущуюся в тесной гондоле команду.

– Каков ваш дальнейший план, флагман? – спросил с издёвкой Александр, сделав подчёркнутое ударение на «флагман». – Вы уже определились, где мы летим? И если вас не затруднит, скажите мне – куда мы летим? Или может вы уже рассчитали прямой курс сразу к морю? Ах, простите, такие мелочи, кажется, тоже не входят в ваш личный кодекс флагмана. Что-то я не вижу у вас карту? Мы парим, будто мусор – туда, куда несёт ветер, или это всё-таки боевой дирижабль?

– Где карта?! – спохватился Смородин.

Он похлопал по единственному столу на откидной ножке, затем заглянул под него, но и там карты не оказалось.

– Стефан, куда подевалась карта?

– Так не было её, – невозмутимо пожал плечами Стефан. – Михай, я думал, ты видел.

– Что я видел? – скрипнул зубами Смородин, осознавая, как глупо он сейчас выглядит в глазах наследника. – Вы ведь с Марко здесь рылись? Я же говорил взять всё необходимое! А это не только харчи с кухни! Чего ещё у нас нет?

– А ещё у вас нет… – ухмыльнулся Александр, окинув беглым взглядом командную рубку и приготовившись загибать пальцы. – Хотя проще сказать, что у вас есть. У вас, флагман, есть компас, и это уже немало. Но не спешите радоваться. Это старая корабельная модель, место которой давно простаивает в музее. Не делайте резких кренов, иначе его шар застрянет на концевых креплениях. А, впрочем, о каких кренах мы говорим? Ваш дирижабль из всех маневров способен только на один – рухнуть на землю. Но даже это он сделает плашмя, будто коровья лепёшка. Вы, кажется, обещали доставить меня к морю? Не могли бы вы поделиться своими планами – как вы собираетесь это сделать? Или такими мелочами вы, флагман, с пассажирами тоже не делитесь?

Миша скрипнул зубами, но понимая, что правота сейчас всецело на другой стороне, выдохнул и произнёс:

– Мы сейчас все в одной лодке. Вернее сказать, в одном корыте. И выбираться из этой передряги должны все вместе. Если можешь чем-то помочь, то не молчи! Если нет, то я тебе уже говорил – не путайся под ногами!

Александр, удивлённо оглянулся вокруг и с издёвкой спросил:

– Флагман, это вы к кому сейчас обращались?

Смородин закатил глаза к потолку, пробормотал под нос проклятие, но, взглянув на проплывавшую внизу близкую землю, решил ситуацию не обострять.

– К вам, Александр.

– К вам, великий князь Александр! – поправил его наследник.

– Пусть будет по-вашему, великий князь.

– Прекрасно! Вы быстро учитесь, флагман. А сейчас выслушайте меня и делайте так, как я прикажу.

– Пока обещаю только выслушать.

Но Александр, казалось, пропустил мимо ушей его замечание.

– Точности нашего примитивного компаса хватит, чтобы, взяв курс на восток, вывести дирижабль к морю, а затем, следуя вдоль берега, искать флот адмирала Свиридова. Но на пути у нас будут горы. В нынешнем состоянии «Пеликан» не сможет их преодолеть. Этот факт у меня не вызывает сомнений. Выход один – лететь на север, пока не покажется Дунай. Затем, следуя его руслом, пытаться достичь моря. С гор, вдоль реки, часто дуют восточные ветра. Так что, возможно, нам и повезёт.

– Но так же гораздо дальше?

– Да, это так. И к тому же, мы приблизимся к границе Венгрии. Потому я вам не обещаю, что мы не встретимся с вражескими дирижаблями. И я не уверен, что с той потерей водорода, которая у нас есть сейчас, нам хватит баллонов, чтобы продержаться в воздухе сутки, даже не встречаясь с врагом. Но этот выход единственный.

Глядя на проплывающие внизу сосны, Смородин неохотно кивнул и на всякий случай поинтересовался:

– Дунай далеко?

– Ветер слабый, но попутный. «Августейшая династия» долетела бы за час. Ну а нашему старичку «Пеликану» понадобятся все пять. Когда солнце достигнет зенита, мы увидим дунайские берега.

– Почему-то у меня такое чувство, что ты, князь, и сам не веришь, во что говоришь. Но ведь добраться до реки – это лишь половина дела?

– Даже меньше. Я не могу сказать, сколько необходимо «Пеликану» времени, чтобы долететь к морю. Многое зависит, как я уже говорил, от направления ветра. Да и восходящие потоки над Дунаем значительно слабее, чем над сушей. Нам придётся больше бороться с падением высоты, чем считать пройденное расстояние.

Холмы под дирижаблем сменились низменностью, и показалось, будто «Пеликан» взмыл ввысь, но Миша понимал, что это только иллюзия. Дирижабль изрядно потряхивало, и близкая земля напоминала о себе скрипом в расшатанной гондоле.

«Метров триста! – набитым глазом определил высоту Смородин. – Возможно, незначительный прирост есть, но едва-едва заметный».

– Марко, курс на север. Балласт ещё остался? – спросил он Стефана, про себя заметив, что нужно назначить его боцманом. Тем более, что негласно тот и так уже выполнял боцманские обязанности.

– Пару мешков, флагман Михай! Да если вычистить грузовой отсек от ремонтного комплекта, то, считай, весу ещё на один мешок наберётся.

– Боцман! – Миша кивнул удивлённому Стефану. – Что смотришь? Отныне ты – боцман! Мешки сбросить, ремкомплект не трогать!

Почувствовав металл в голосе Смородина, Стефан вытянулся в струну, едва не ударившись головой о низкий потолок. Невольно он свыкался с новыми правилами игры и уже не видел рядом соратника по чашке вина и товарища по несчастью Михая. Теперь перед ним стоял флагман, от воли которого зависела и его, Стефана, жизнь.

– Чего расселись?! – прикрикнул он на перешёптывающихся Прохора с Ларионом, вживаясь в роль боцмана. – Слышали, что сказали их вельможность флагман? Мешки за борт, а парусину не троньте. Ещё я пневмовинтовку за балластом видел. Так не додумайтесь и её выбросить!

«Стефану явно не хватает свистка! – улыбнулся Миша. – Боцман – у него написано на лбу».

Освободившись от лишнего груза «Пеликан» казалось, приободрился, и будто почувствовав себя помолодевшим скакуном, попытался взбрыкнуть, поймав усилившийся с высотой ветер. Теперь бег земли внизу замедлился, и сосновый лес слился в один гигантский ковёр, спрятав под зелёным покрывалом серые проплешины холмов да нити блестящих ручьёв. Шарик статоскопа уверенно подползал к тысячеметровой отметке, и с его подъёмом росло и настроение команды.

– А вы говорите – рухлядь! – подмигнул Стефану Смородин.

– Вот-вот! А не я ли говорил, что «Пеликан» ещё тряхнёт давлением в ягодицах?! – смеясь, вторил ему Стефан. Затем, заискивающе перехватив Мишин взгляд, он расплылся в широкой улыбке. – А всё оттого, что нами командует наш флагман Михай, а не какой-то там Кутасов или вахмистр Дончев с «Мышонка»!

– Виват флагману Михаю! – не удержался от лести даже вечно недовольный и угрюмый Прохор.

Не разделял всеобщей радости, только мрачнеющий на глазах наследник. Александр поочерёдно выглядывал в узкие окна, да, отодвигая в сторону привязанного ремнями к штурвалу Марко, подолгу смотрел на компас.

– Что не так, князь? – заметил его беспокойство Миша. – Как видишь, не такой уж мы и сброд, каким ты пытался нас выставить. Скоро уже появится Дунай. Таким ходом мы и за четыре часа доберёмся. – Но, распираемый всеобщим оптимизмом, после недолгого раздумья он уверенно поправился: – а то и за три.

– Следуя этим курсом, мы должны были пролететь Пливину. Её далеко видать. Но огорчу вас, флагман – этого не случилось. По всей видимости, нас сносит западней.

– Не нужно пугать мою команду, князь. На этот счёт у меня нет ни малейших иллюзий. Им от радости до паники – один шаг. Хватит того, что мы выдерживаем главное направление на север. А Дунай не такая уж и малая цель, чтобы мы могли промахнуться. Скоро появится.

– Возможно, вы и правы.

Александр протёр рукавом направленное вперёд окно и, по-детски расплющив лоб, прижался к стеклу, разглядывая появившиеся на горизонте горы.

– Я не узнаю эти места.

– Представь, я тоже, – дружески похлопал его по плечу Смородин. – Но это не повод для пессимизма. Одно то, что мы до сих пор держимся в воздухе, это уже победа. Признаюсь, я сомневался, что мы вообще сможем куда-либо долететь на этой груде промасленной перкали и гнилых досок.

– Ваше умозаключение, флагман, недалеко от истины, потому не спешите радоваться. Если ветер сносит нас на запад, то не избежать встречи с дежурящими вдоль границы дирижаблями конфедерации. А «Пеликан» не то что не способен дать бой, но даже не сможет спастись бегством.