Петр Успенский – Tertium Organum: ключ к загадкам мира, изд. 2-е (страница 2)
Сознание и жизнь. Жизнь как познавание. Сознание как реализация существования. Интеллект и эмоции. Эмоции как орудие познания. Эволюция эмоций с точки зрения познания. Чистые и нечистые эмоции. Личные и сверхличные эмоции. Уничтожение элемента себя как средство приближения к истинному познанию. «Будьте как дети…», «Блаженны чистые сердцем…». Ценность морали с точки зрения познания. Недостатки интеллектуализма. Дредноуты как венец интеллектуальной культуры. Опасности морализма. Моральный эстетизм. Религия и искусство как организованные формы эмоционального познавания. Познание Бога и познание красоты.
Интеллектуальный метод. Объективное и субъективное познание. Изучение не-Я и изучение Я. Невозможность объективного исследования Я. Границы объективного познания. Возможность расширения субъективного познания. Поглощение всего не-Я в Я. Идея Плотина. Разные формы сознания. Сон (потенциальное состояние сознания). Сновидение (сознание, заключённое в самом себе, отраженное от себя). Бодрствующее сознание (дуалистическое ощущение мира, разделение Я и не-Я). Экстаз («выхождение из себя»), «турья» (абсолютное сознание всего как себя). «Капля, поглощающая океан». Нирвана.
Ощущение бесконечности. Первое испытание неофита. Невыразимая тоска. Потеря всего реального. Что должно было бы испытывать животное, становясь человеком? Переход к новой логике. Наша логика, как основанная на наблюдении законов феноменального мира. Непригодность её для изучения мира ноуменов. Необходимость другой логики. Аналогичность аксиом логики и математики. Две математики. Математика реальных величин (бесконечных и переменных); и математика нереальных, воображаемых величин (конечных и постоянных). Трансфинитные числа — числа, лежащие за бесконечностью. Возможность разных бесконечностей.
Переход к высшей логике у человека. Необходимость отказаться от всего реального. «Нищета духом». Признание реальным только бесконечного. Законы бесконечного. Логика конечного — «Оrgаnon» Аристотеля и «Novum Organum» Бэкона. Логика бесконечного — Tertium Organum. Высшая логика как орудие мысли, как ключ к тайнам природы, к скрытой стороне жизни, к миру ноуменов. Определение мира ноуменов на основании всего предыдущего. Ощущение ноуменального мира неподготовленным сознанием. «Трижды непознаваемая тьма, созерцание которой способно всякое знание превратить в неведение».
Теософия Макса Мюллера. Древняя Индия. Философия Веданты. Tat tvam asi. Познание расширенным сознанием как реальность. Мистика разных веков и народов. Единство переживаний. «Tertium Organum» как ключ к мистике. Признаки ноуменального мира. Трактат Плотина «О Красоте» как непонятная система высшей логики. Просветления Якова Бёме. «Арфа со многими струнами, из которых каждая струна такая же арфа». Мистики «Добротолюбия», св. Авва Дорофей и другие. Климент Александрийский. Лао-цзы и Чжуан-цзы. «Свет на Пути» и «Голос Безмолвия». Мусульманские мистики. Поэзия суфиев. Мистические состояния под наркозом. Анестезическое откровение. Опыты проф. Джемса. Достоевский о времени («Идиот»). Влияние природы на душу человека.
«Космическое сознание» д-ра Бёкка. Три формы сознания по Бёкку. Простое сознание, или сознание животных. Самосознание, или сознание человека. Космическое сознание — в чём оно выражается? Ощущение, представление, понятие, высшее моральное понятие — творческая интуиция. Люди космического сознания. Грехопадение Адама. Познание добра и зла. Христос и спасение человека. Примечания к книге д-ра Бёкка. Рождение нового человечества. Две расы. Сверхчеловек. Таблица четырёх форм проявления сознания.
ЭВОЛЮЦИЯ ИЛИ КУЛЬТУРА СОЗНАНИЯ?
ГЛАВА I
Научись отличать истинное от ложного…
Самое трудное: знать, что мы знаем, и чего не знаем.
Поэтому, желая что бы то ни было знать, мы должны прежде всего установить, что мы принимаем как данное и что считаем требующим определения и доказательства; то есть установить, что мы уже знаем — и что желаем знать.
По отношению к нашему познанию мира и себя мы находились бы в идеальных условиях, если бы мы могли не принимать как данное ничего и считать всё требующим определения и доказательства; или, иначе говоря, лучше всего было бы предположить, что мы ничего не знаем — и идти от этого.
Но, к сожалению, создать такие условия невозможно. Что-нибудь должно быть положено в основу, что-нибудь должно быть признано известным. Иначе нам всегда придётся определять одно неизвестное посредством другого.
С другой стороны, мы должны опасаться принять как известные, как
Всякому совершенно ясно, что нельзя искомое принимать за данное, и нельзя одно неизвестное определять посредством другого неизвестного. В результате не получается ничего кроме тождества неизвестных
Именно это тождество неизвестных и есть конечный вывод, к которому приходит позитивная философия.
Материя — это то, в чём происходят изменения, называемые движением; а движение — это те изменения, которые происходят в материи.
* * *
Что же мы знаем?
Мы знаем, что на первой же ступени самосознания человеку бросаются в глаза два очевидных факта:
· существование мира, в котором он живёт
· и существование сознания в нём самом.
Ни того, ни другого человек ни доказать, ни опровергнуть не может, но и то, и другое для него факт, действительность.
Можно задумываться о взаимоотношении этих двух фактов. Можно стараться свести их к одному — то есть рассматривать сознание, как часть или функцию мира — и мир, как часть или функцию сознания. Но это уже будет отвлечение от фактов, и все такие соображения для обыкновенного, не мудрствующего, взгляда на мир и на себя не будут иметь характера очевидности. Наоборот, единственным очевидным фактом остаётся противоположение
В дальнейшем мы будем возвращаться к этому основному положению. Но пока у нас нет никаких оснований возражать против очевидного факта существования нас самих, то есть нашего сознания, и мира, в котором мы живём. Это мы и должны принять как данное.
Но зато это единственное, что мы имеем право принять как данное. Всё остальное требует доказательства своего существования и определения на основании имеющихся у нас двух данных.
Пространство с его протяжённостью; время с идеей
Из двух основных данных — существование сознания в нас и мира вне нас — непосредственно вытекает совершенно ясное для нашего обычного сознания разделение всего, что мы знаем, на субъективное и объективное.
Именно — всё то, что мы принимаем как свойства мира, мы называем объективным; а всё то, что мы принимаем как свойства нашего сознания, мы называем субъективным.
«Мир субъективного», или субъективный мир, мы познаём непосредственно; он в нас; он и мы — это одно.
«Мир объективного», или объективный мир, мы представляем себе существующим как бы вне нас, помимо нас. Он и мы — это разное. Нам кажется, что, если мы закрываем глаза, то мир объективного продолжает существовать таким же, каким мы его сейчас видели, и что, если погаснет наше сознание, исчезнет наше Я, исчезнет субъективный мир, то объективный мир будет существовать по-прежнему, как существовал тогда, когда нас не было, не было нашего субъективного мира.
Точнее всего определяет наше отношение к объективному миру то, что мы познаём его во времени и в пространстве — и иначе, вне этих условий, ни познать, ни представить себе не можем. Обыкновенно мы говорим, что объективный мир состоит из вещей и явлений, то есть вещей и перемен в состоянии вещей. Явление существует для нас во времени, вещь в пространстве.
Но такое разделение субъективного и объективного мира нас не удовлетворяет.
Путём рассуждения мы можем установить, что в действительности мы знаем только свои собственные ощущения, представления и понятия — и мир объективного познаём, проектируя вне себя причины своих ощущений, которые мы у них предполагаем.
Затем мы находим, что наше познание как субъективного, так и объективного мира может быть истинным и ложным, правильным и неправильным.
Критерием для определения правильности или неправильности нашего познания субъективного мира служит форма отношений одного ощущения к другим и сила и характер самого ощущения. Иначе говоря, правильность одного ощущения проверяется сравнением его с другим, в котором мы более уверены, или интенсивностью и вкусом данного ощущения.