Петр Успенский – Четвертый путь (страница 10)

Когда мы поймем это и последуем данному ходу мысли, когда попытаемся связать эту идею со всем, что мы думаем, со всем, что говорим, со всем, что делаем, мы начнем устранять препятствия, которые лежат на пути к сознательности. Но психология лжи значительно сложнее, чем мы думаем, так как есть много различных видов лжи и много весьма тонких форм, трудных для обнаружения в самом себе. В других мы видим их сравнительно легко, но не в нас самих.

В. Если мы не знаем, что такое истина, как мы поймем, что лжем?

О. Вы знаете, что не способны знать истину, и если вы говорите, что знаете или способны ее знать, это будет ложью, поскольку никто не может знать истину в том состоянии, в котором мы находимся. Не думайте об этом философски, рассматривайте это по отношению к фактам. Люди говорят обо всем так, как будто они знают. Спросите человека, есть ли люди на Луне, и у него будет свое мнение об этом. И так во всем остальном. У нас есть мнения обо всем, и все эти мнения – ложь, особенно о себе самих. Мы не знаем о состояниях сознания или о различных функциях, или о скорости функций, или об их отношении друг к другу. Мы не знаем о подразделениях внутри функций. Мы ничего не знаем и все же думаем, что знаем себя. Все, что у нас есть, – это мнения, и все они – ложь.

В. Если все мнения – ложь, должны ли мы избегать мнений?

О. Вы должны знать им цену. Первая ложь, которую мы себе говорим, – это когда мы говорим «Я». Это ложь потому, что, говоря «Я», мы предполагаем определенные вещи: мы предполагаем некоторое единство и некоторую власть над собой. И если я говорю «Я» сегодня и говорю «Я» завтра, то предполагается, что это одно и то же «Я», тогда как в действительности между ними нет никакой связи. Мы пребываем в теперешнем состоянии вследствие некоторых препятствий или некоторых фактов в нас самих, и самый важный факт, которого мы не понимаем, это то, что мы не имеем права говорить «Я», потому что это будет ложью. Когда вы начнете себя наблюдать, вы увидите, что это так на самом деле: у вас есть «Я», которые не знают друг друга и никогда не встречаются. Например, начните изучать свои симпатии и антипатии, и вы увидите, что можете любить что-то в один момент и ненавидеть в другой, и обе эти вещи столь противоположны друг другу, что вы сразу поймете, что ваши «Я» никогда не встречаются. Если вы наблюдаете свои решения, то увидите, что одно «Я» решает, а другое должно выполнять решение, и это «Я» либо не хочет этого делать, либо никогда не слышало об этом. Если вы найдете, что какой-то человек не лжет себе по поводу хотя бы одной вещи, это будет исключением. Окруженные такой ложью, рожденные и воспитанные в этой лжи, мы не можем быть чем-то другим, чем мы есть, – мы просто результат, просто продукт этой лжи.

В. Если я пытаюсь найти истину и нахожу это невозможным, не следует ли мне отойти от будничного мира?

О. Тогда вы будете изучать искусственное бытие, а не реальное. Вы можете себя изучать только в тех условиях, в которых вы находитесь, ибо вы результат этих условий. Вы не можете изучать себя отдельно от них.

В. Есть ли что-то общее у всех «Я»?

О. Только одно – они механичны. Быть механичным – значит зависеть от внешних обстоятельств.

В. Из того, что вы сказали, кажется очень трудным себя изучать безо лжи самому себе.

О. Нет, ложь нужно остановить. Вы должны помнить принцип: ложь способна породить только ложь.

Когда вы узнаете главные виды лжи, вы станете способны – не скажу, что бороться с ними – но наблюдать их. Борьба приходит позже. Необходимо очень многое, чтобы бороться с чем-либо в нас самих. В течение долгого времени мы можем только изучать. Когда мы знаем общее устройство и классификацию вещей в самих себе, только тогда приходит возможность с чем-то бороться. Такие, как мы есть, мы не можем ничего изменить, поскольку человек – очень хорошо сбалансированная машина, сбалансированная в том смысле, что одно обусловливает другое. Вещи кажутся несвязанными, но на самом деле они связаны, ибо каждая вещь уравновешена многими другими.

В. Не могли бы вы разъяснить, что вы подразумеваете под машиной? Машины не способны иметь потенциальных возможностей, они не имеют надежды на получение сознания.

О. Аналогии не бывают полными, так как их нельзя продолжать бесконечно. Это также одно из ограничений нашего ума, или, если хотите, ограничение сознания. Поэтому сравнение с машиной не может быть продолжено в произвольном направлении. Но человек является машиной в совершенно реальном, совершенно определенном смысле: он не способен совершить никакого действия из самого себя, он только передаточный механизм, ничего больше, и, будучи таковым, он является машиной. Если бы человек имел какую-то идею или мог сделать что-то без внешних причин, действующих на него, то он не был бы машиной или был бы не вполне машиной. Такой, какой он есть, он полностью машина, особенно в том состоянии сознания, в котором мы находимся. И тот факт, что мы считаем, что находимся в совершенно ином состоянии, делает нас еще более механичными.

Наша машина даже работает неправильно, поэтому, если человек хочет создать благоприятные условия для возможности внутреннего роста, которая есть в нем, он должен сначала стать нормальной машиной, так как такой, какой он есть, он не может ею считаться. Когда мы слышим о механичности, то часто думаем, что, хотя человек является машиной, не все его функции одинаково механичны, равно как и не вся человеческая деятельность одинаково механична. Каждый человек находит что-то, что, как он думает, менее механично, в соответствии со своими взглядами или вкусами. На самом деле вся человеческая деятельность одинаково механична, с этой точки зрения нет разницы между мытьем полов и сочинением стихов.

Вообще говоря, следует понять, что необходима полная переоценка всех ценностей на основе их полезности; без этого мы никогда не сможем сдвинуться с той точки, где находимся. У нас много ложных ценностей – мы должны быть смелыми и начать эту переоценку.

В. Насколько я понимаю, мы должны создать «Я» из ничего. Что создает «Я»?

О. Во-первых, знание самого себя. Есть очень хорошая восточная аллегория, в которой говорится о создании «Я». Человек сравнивается с домом, полным слуг, но без хозяина или управляющего, чтобы следить за ними. Поэтому слуги делают, что им нравится, никто из них не выполняет своей настоящей работы. Дом находится в состоянии полного хаоса, так как все слуги пытаются делать чужую работу, которую они не умеют делать. Повар работает в конюшне, кучер – на кухне, и так далее.

Единственная возможность исправить положение – это если некоторое число слуг решат выбрать кого-то одного заместителем управляющего и таким образом передадут ему контроль над персоналом. Выбранный заместитель может сделать только одну вещь: он ставит каждого слугу на его настоящее место, и таким образом они начинают делать ту работу, для которой и предназначены. Когда это сделано, появляется возможность прийти настоящему управляющему, чтобы заменить заместителя управляющего и приготовить дом для хозяина. Мы не знаем, что значит «настоящий управляющий» или «хозяин», но мы можем принять, что дом, полный слуг, и возможность появления заместителя управляющего описывает существующую ситуацию. Эта аллегория помогает нам понять начало возможности создания постоянного «Я».

В целях самоизучения и работы по достижению единого «Я» мы должны понять процесс, посредством которого способны перейти от существующей множественности к единству. Это сложный процесс, имеющий различные стадии. Между нынешним состоянием множественности «Я» и одним управляющим «Я», которое мы хотим создать, есть определенные стадии развития, которые необходимо изучить. Но прежде всего мы должны понять, что в нас есть некоторые образования, без знания которых мы не сумеем понять, как мы в итоге переходим от сегодняшнего состояния к состоянию одного «Я», если это вообще для нас возможно.

Дело в том, что хотя громадное количество наших «Я» разобщены и даже не знают друг о друге, они разделены на определенные группы. Это не значит, что они разделены сознательно, – они разделены по обстоятельствам жизни. Эти группы «Я» проявляют себя как роли, которые человек играет в своей жизни. Каждый человек имеет некоторое количество ролей: одна соответствует одному ряду условий, другая – другому. Сам человек редко замечает эти различия. Например, он имеет одну роль на работе, другую дома, третью среди друзей, еще одну – если он интересуется спортом, и так далее. Эти роли легче наблюдать в других людях, чем в самом себе. Люди часто настолько различны в различных условиях, что эти роли становятся вполне очевидными и определенными, но иногда они лучше скрыты или даже играются только внутри, без каких-либо внешних проявлений. Все люди, знают они об этом или нет, желают они этого или нет, имеют определенные роли, которые они играют. Эта игра бессознательна. Если бы она была сознательной, то была бы совершенно иной, но человек никогда не замечает, как он переходит от одной роли к другой. Или, если человек замечает это, он убеждает себя, что делает это с определенной целью, что это сознательное действие. В действительности эта смена всегда управляется обстоятельствами, она не может управляться самим человеком, так как сам он еще не существует. Иногда есть явные противоречия между одной ролью и другой. В одной роли человек говорит одно, имеет некоторые определенные взгляды и убеждения, затем он переходит в другую роль и имеет абсолютно иные убеждения и говорит абсолютно другие вещи, не замечая этого или думая, что делает это намеренно.