Петр Селезнев – Зеркало реальности. Книга 2. Истина в отражении (страница 13)

Тот смирно сидел в своём офисе в очках, изучая бумаги по благотворительному фонду. В этот момент без стука в его кабинет влетела запыхавшаяся Мария. Павел поднял на неё взгляд, посмотрев на девушку через слегка съехавшие на нос окуляры. «Маша, что случилось?» – спросил он с удивленным лицом. «Павел Петрович, у меня к Вам срочная новость, я должна предупредить Вас», – еле дыша, заявила Боровицкая. Писаренко вскочил с кресла, сразу спросив: «Что-то с Мишей, ему стало хуже?» «Нет, с ним все хорошо, завтра выписывают», – тяжело выдохнув, ответила девушка. «Фух, не пугай так пожалуйста, меня же чуть инфаркт не хватил», – заявил ей испуганный глава «Боровицкий технолоджи», вновь присаживаясь на стул. После непродолжительной паузы он продолжил: «А что тогда?» «Павел Петрович, – слегка запинаясь, начала рассказ Мария, – я только что слышала разговор отца с «Гамма-1», они заявили, что пора с Вами заканчивать, потому что у Вас был конфликт с папой, а у предполагаемого убийцы нашли ваш номер телефона». На удивление Писаренко отреагировал более чем спокойно. Взяв чашку с напитком, он одним глотком полностью осушил ее, после чего сказал: «Все, что ты сейчас говоришь неправда, такого на самом деле не было. Единственный конфликт у меня как раз с премьер-министром, и похоже он дожал твоего отца, чтобы от меня избавиться. Тут уже ничего не поделаешь, если они так решили, то моя судьба определена, где бы я ни находился, они совершат задуманное». По щекам Марии потекли градом слёзы. «Неужели ничего нельзя сделать? Я поговорю с отцом, это неправильно!» – сказала, плача, она. «Не стоит милая, не расстраивайся, это наши вопросы и проблемы, не твои, я сам все сегодня решу и с ним поговорю, не трать нервы на такого старика, как я. Все, иди, я должен успеть закончить свои дела. Спасибо тебе!» Девушка вытерлась, кивнула ему и вышла из кабинета.

В этот момент Писаренко откинулся на спинку кресла и крепко задумался: «Ну вот и все! Пришёл этот момент, момент конца, не успел я сделать, что планировал, но что уж теперь. Нужно успеть оформить все для Миши, пока ещё есть время. Ах да, совсем забыл». Он сразу достал из ящика стола устройство, похожее на модернизированную версию «Послания-1» и начал записывать сообщение: «Привет, я ждал того дня, когда буду говорить с тобой по этому вопросу, но, видимо осталось мне недолго. Не кори себя, пространство и время штука такая, не знаешь, куда повернёт при заранее известном результате. Ну что ж, когда ты смотришь это, меня уже нет в живых, но, надеюсь, у тебя все хорошо. Боровицкий не остановится, а люди в старом мире страдают от голода и сокрушительных последствий «Гравилома». Помоги им! Сделай все, что в твоих силах. Останови это безумие! Я верю, что ты сможешь сделать то, чего не хватило духу мне ради всего человечества! Я люблю тебя!»

После этого он выключил запись, забрал устройство и направился к лифтам на крышу, чтобы отправить через антенну сообщение.

Глава 19. Жертва

Писаренко на следующий день уже успел наведаться в старый мир, чтобы проверить, как проходят дела у приютов в столице. Стены успешно заделали, у опекаемых появились адекватные и бесперебойные источники света и воды, пока что опасность новых разрушений им не угрожала. По прогнозам вулкан затормозил своё извержение, поэтому основная угроза от него теперь исходила в более далекой перспективе, что не могло не порадовать Павла Петровича. Более того, сегодня он посетил сына в больнице и забрал его домой с выписки. Михаил был в приподнятом расположении духа, здоровью его ничего не угрожало, благо они подоспели вовремя, а селензий сделал своё дело. Сейчас Писаренко был занят разговорами со своими заместителями по поводу того, что в ближайшее время Боровицкий обещал им выделить дополнительные средства для фонда.

Как раз в это время в дверь кабинета постучали, после чего она отъехала в сторону, и на пороге появился «Гамма-1». «Я могу войти?» – поинтересовался он, опираясь на косяк. «Да, я попозже Вам перезвоню, – заявил Павел, завершая разговор, после чего с издёвкой ответил, – чем обязан вашему высокому присутствию, премьер-министр?» Семён также наигранно сложил руки в знак благодарности, после чего сказал: «Антон Михайлович желает Вас видеть, прямо сейчас». Для Писаренко после слов Марии это был недобрый знак, но он кивнул, собрал все распечатанные бумаги в папку на столе, закрыл ее, после чего встал из-за стола, ответив: «Ну что, пойдём». Бывший наёмник сделал характерный жест руками, явно пропуская перед собой своего спутника в знак вежливости, а затем они оба вышли из кабинета, запечатав за собой дверь.

Пока мужчины ехали в лифте, наслаждаясь монотонной двухбитной музыкой, Павел решил осмотреть, что из себя стал в последнее время представлять «Гамма-1». Привычную экипировку наёмника он сменил на деловой костюм, сопоставимый с его новым статусом. Вместо гладко налысо выбритой головы – длинная чёлка, уложенная лаком. Цвет лица также стал явно более живым и здоровым, отражая большую расслабленность нежели напряжённость, как раньше. Из старых атрибутов выдавали отсутствие глубоких изменений характера лишь кобура с бластером на поясе, а также два лазерных ножа, прикреплённых в районе военных сапог с внутренней части ноги. Заметив, что Писаренко его осматривает, «Гамма-1» спросил: «Что-то не так?» «Да нет, – ответил Павел, после чего недвусмысленно съязвил, – думал пост премьер-министра прибавляет веса на пузе, а оказывается лишь волос на голове и количество деловой одежды». Бывший наёмник взбесился, захотев что-то стоящее ответить, но в этот момент двери лифта раскрылись, приглашая спутников в коридор, из которого расходилось множество дверей по покоям и рабочим комнатам Боровицкого и его дочки. Заметив, что тот не успел ему должным образом ответить, Павел вышел из лифта, широко улыбаясь, со словами «Ничего, в другой раз». «Гамма-1» проследовал за ним, подумав, что другого раза уже не предвидится.

Компания прошла через весь коридор, зайдя, наконец, в одну из дверей, отворяющую кабинет Антона. Тот уже сидел за столом, явно ожидая гостей и скучая. «О, а вот и вы, – радостный вскочил Боровицкий со своего кресла, – Паша, проходи, садись, есть важный разговор». Писаренко был уже не так уверен в себе, но, не подавая виду, сел на стул напротив. Бывший наёмник развалился на диване в углу комнаты. «А тебя, Семён, я попрошу выйти, это личный разговор, приведи пока сюда Мишу и Машу, хочу поболтать с ними по поводу их выхода за пределы города», – заявил, присаживаясь Антон. Тот сделал озадаченное лицо, но кивнул, и направился к выходу. В этот момент Правитель открыл потайной шкаф в стене, достав оттуда бутылку и потянувшись за бокалами. «Подожди, – вдруг сказал он уже уходящему премьер-министру, – а где мои хрустальные бокалы? Что это за стеклянная фигня?» «Антон Михайлович, уборщица вчера их разбила, – ответил развернувшийся наемник, – я заказал новые, пока со склада были привезены только эти». «Хорошо, можешь идти», – поторопил его Боровицкий, открыв бутылку и разливая содержимое по бокалам». Семён откланялся и вышел.

«Так, ты же понимаешь, что я позвал тебя на разговор не просто так?» – спросил, протягивая выпивку другу Антон. «Ну разумеется», – ответил, сглотнув Павел Петрович. «Давече на меня покушение было, – продолжил Правитель, расхаживая по комнате, – так вот, у предполагаемого убийцы нашли несколько продолжительных звонков на твой номер». «Глупость какая-то, кто он?» – спросил Писаренко, не понимая связи. «Это наш бывший наёмник из группы «Гамма», уволенный несколько дней назад. Когда Семён мне сказал об этом, я не поверил, что ты мог его нанять, просто не поверил, да и сейчас не считаю это правдой, скорее всего кто-то хочет тебя подставить», – заявил Правитель.

В этот момент в кабинете из ниоткуда материализовался Борис Спасский, улыбнувшись Боровицкому. Тот отвернулся в другую сторону, чтобы не обращать внимания на бывшего заместителя. «Так вот, более того кто-то смог подделать мой голос и пропустить наёмника через портал, значит это явно из своих, кому я доверяю», – продолжил Антон. Тут он посмотрел на Спасского, расхаживающего параллельно ему по кабинету. Вдруг он резко остановился, показал пальцем на Писаренко и сделал руками жест, означающий крест. Боровицкий отмахнулся от него, чем вызвал удивлённое выражение лица у своего друга. «Собственно, я не верю, что это ты, поэтому для вида понизил со всех должностей и урезал финансирование благотворительного фонда. Так предатель, который явно хочет тебя подставить, будет очень доволен и начнёт ошибаться. Пожалуйста, помоги мне найти его, и я обещаю, что сделаю все, что ты меня попросишь для твоих сирот», – закончил свою речь Антон.

Писаренко сначала выпал в осадок, но затем понял, что сейчас выполнить просьбу его друга – реальный шанс помочь детям, страдающим от бед в том мире. «Я согласен», – коротко сказал он, встав со стула.

«Прекрасно, – радостно заявил Правитель, подходя ближе, – давай выпьем за это». Старые друзья чокнулись, после чего Боровицкий глянул на жидкость, которая приобрела странную пенистую консистенцию. «Неееееееет!» – услышал он крик подбегающего сбоку Спасского, когда Павел осушил полностью содержимое бокала. Все ещё держа в руке нетронутый напиток и повернувшись к заместителю, Антон заметил, как тот с грустным лицом растворяется в пыль.