Петр Селезнев – Тени Либереи. Тайна библиотеки Ивана Грозного (страница 36)

Как только Севастьянов поравнялся с ними, то сразу, немного пыхтя и краснея от раздражения, спросил: «Ну и где же оно?» «Я не уверен, что они именно так называются, но мне кажется, что это Сельцовские пещеры, вход в которые скрывает более новая круглая бетонная постройка», – ответил Валерий, кивая головой в сторону запада. «Те, где с XII века по XX-ый артели старателей добывали в каменоломнях известняк – «старицкий белый камень», а строительный материал использовали на здания города Твери, церкви Спасо-Каменского монастыря на Кубенском озере и крепостные стены Смоленска?» – решил уточнить преподаватель, чтобы правильно понять точное место. «Именно, – согласился Виноградов, – в 40-е годы входы в некоторые подземелья взорваны властями, но ходят легенды, что они образовывали единую подземную систему со Свято-Успенским монастырём, подтверждая логику, что Иван Грозный мог запрятать библиотеку туда, сделав в хранилище несколько путей».

«Тогда выдвигаемся, не будем терять времени», – подытожил Пётр, как вдруг услышал вдалеке вой сирен. Обернувшись, охотники за сокровищами увидели, как к главному входу в комплекс подъехало две полицейские машины с включёнными маячками, перегородив дорогу. «Уж не по наши ли души?» – с ухмылкой спросил Севастьянов. «Оказывается ломать стены в церкви – преступление», – ответила Светлана, оборачиваясь к вставленному в бойницу стёклышку. «Вы времени зря не теряли, я смотрю», – пошутил преподаватель, смотря, как полицейские выходят из машины, направляясь в сторону храма. «Давайте быстрее спускаться, через те ворота можно выйти к вертолетной площадке», – прервал их беседу Валерий, толчками направляя в сторону выхода. «Скорее, пока нас не заметили!» – поторапливал он. Все вместе они выбежали наружу, оставшись незамеченными сотрудниками правоохранительного органа, после чего пытаясь обогнуть участки с жилыми домами и грязь на поле, двинулись к пещерам.

В этот момент на парковку монастыря заехал ржавый красный советский автомобиль, в котором сидели Богдан и Тарас, потрескивая металлом при остановке, припарковавшись прямо за полицией. Приходько с довольным видом наблюдал на экране телефона, как геоточка Петра быстро перемещается вдоль русла реки. «Ну что, пойдём и догоним их?» – спросил он, широко улыбаясь.

Глава 50.

Преодолев сгустки грязи, неизбежно тормозящие путников на пути к цели, заставляя перепачкать всю не приспособленную для этого одежду за неимением резиновых сапог, а также проселочную дорогу, соратники наконец вышли к искомым пещерам.

На улице окончательно стемнело так, что из источников освещения были только пара дальних фонарей и возвышающийся рядом с мощным мостом монастырский комплекс, выделяющийся своей приятной белоснежностью на общем сером и унылом осеннем фоне. В лицо дул освежающий речной ветерок, а глазу предстало высокое круглое двухэтажное бетонное сооружение, скорее похожее на каменную бочку или водонапорную башню, нежели на располагавшийся здесь в прошлом карцер, унёсший с собой в могилу судьбы десятков людей. Осмотрев окрестности, Валерий тяжело выдохнул, сказав: «Ну что, готовы уже найти ее?» «Ты который раз спрашиваешь одно и то же! Надоел!» – воскликнула уставшая за сегодняшний день и очень недовольная Светлана. «Да пошли уже, и так тошно», – одернул их Пётр, двинувшись в глубину старинной постройки. Виноградову оставалось лишь с грустью пожать плечами и, смерив печальным взглядом округу, двинуться, аккуратно ступая на крошащиеся камни, следом.

В нос тут же ударил запах сырости и затхлости, типичный для всех подземелий того времени, которые им посчастливилось посетить, однако отличие состояло в том, что откуда-то сверху на голову текли ручейки влаги, заставляя ноги погружаться в мокрую массу, стараясь не поскользнуться. В такой темноте что-то сложно было разобрать, поэтому охотники за сокровищем достали карманные фонарики, встряхнув их, после чего включив и осветив мрачное помещение приятным желтым рассеивающимся отблеском. «И куда здесь? Несколько веков проводили раскопки, тут целые катакомбы!» – заявил Севастьянов, оглядывая разделяющуюся на четыре прохода в разные стороны комнату. «Не знаю, подсказка указывала лишь на пещеры, иных предписаний не было», – возразил Валерий, присаживаясь на ближайший крупный валун. «Единственное, – добавил он, – по слухам пещеры соединяются с монастырём, значит Грозный наверняка продумал систему, при которой он мог попасть внутрь из какого-то храма и скрыться с библиотекой через подземелья в другом направлении при необходимости. Значит, нам нужно двигаться в сторону церквей и надеяться на чудо!» После этих слов он встал со своего импровизированного стула, отряхнул с одежды ошмётки грязи и пыли, после чего, выбрав понравившийся туннель, пошёл по нему, освещая впереди дорогу лишь небольшим фонариком. «Будем надеяться, что он прав», – подытожила Светлана, двинувшись следом, догоняя мужчину. «Вы точно чокнутые», – заявил Пётр, набрал в легкие побольше ещё пока свежего воздуха и пошёл за ними.

Чем дальше они продвигались в глубину белоснежной скалы, тем больше на психику давили всепоглощающая темнота и ужас возможной гибели под завалами. Хоть цвет и был удачным за счёт того, что благодаря оттенку позволял визуально расширить пространство, но чудовищная клаустрофобия не давала поблажек, она нещадно пыталась сломать психику и заставить непрошенных гостей как можно скорее вернуться в направлении, в котором они пришли. Однако Валерий уверенно продолжал двигаться по туннелю, как будто включив навигатор у себя в голове и чудом ориентируясь в бесконечных развилках и поворотах.

Конечно, пару раз они зашли в тупик или появлялись в месте, в котором были пару минут назад и узнавали его по остановленным диггерами подсказкам и специфическим чертам, но вожак стаи продолжал вести ее вперёд, надеясь, что выбранный им путь приведёт их к искомому и такому дорогому сердцу сокровищу, ставшему ему теперь не просто ценной находкой, а точкой отсчёта, разделившей жизнь на до и после, обьектом сумасшедшего и невероятного вожделения, чуждого здравому человеку. Но разве нормальный, тот, кто не сошёл с ума, мог разгадать все эти ключи и загадки и отыскать то, что оказалось не под силу десяткам и сотням людей до этого, обладавших куда более существенными ресурсами и административным аппаратом.

Несколько раз искатели проходили мимо оставленных предупреждающих табличек со словами: «Опасность, возможен обвал!» или «Вход воспрещен», однако данные фразы их нисколько не пугали, а скорее наоборот, подтверждали теорию о местонахождении библиотеки. Постепенно их и оставленных другими людьми рисунков на стенках становилось меньше, а туннели все уже и ниже. Под ногами постоянно булькали ручейки воды.

Продвинувшись так на расстояние в несколько сот метров, они вдруг обнаружили неприметный закуток, в котором посередине располагался путь, полностью заваленный камнями, и узенький проход справа, в который протиснуться можно было лишь боком и то, втянув живот. «Ты уверен, что нам туда?» – спросила Вербова, подсвечивая фонариком длинный туннель, конца которого даже так не было видно. «Смотрите!» – ответил ей Пётр, поглаживая пальцами по выбитому на камне символу вездесущего для их поисков единорога, выковыривая оттуда пыль. Приглядевшись, Валерий улыбнулся, заявив: «Нам точно сюда, это не может быть простым совпадением», – после чего медленно стал протискиваться через узкий проход. Его спутники, смотря за тем, как с потолка сыпется белая известковая пыль, сглотнули, сделав недовольные лица, но все же двинулись следом.

Виноградов тяжело дышал, стараясь не начать паниковать, чтобы не застрять где-нибудь посередине, а от недостатка кислорода кружилась голова, отчего темнело в глазах, но он пытался контролировать эти чувства и двигаться вперёд к своей цели. Спустя несколько минут мужчина выскочил в соседнее помещение, вздрогнув от неожиданности, наступив на что-то хрустящее. Посмотрев вниз, он сразу отпрыгнул в сторону, чуть не крикнув, но вспомнил, что находится в пещерах, которые легко могут подвергнуться обвалам. «Что там такое?» – спросил Севастьянов, издалека видя, как его напарник в страхе замер у выхода. «Ничего», – ответил Валерий, отходя в сторону, давая Петру и Светлане вылезти наружу.

Как только они поравнялись с товарищем, то сразу заметили истлевший скелет в дырявом и гниющем красном кафтане стрельца, лежащий на земле с воткнутым в горло ржавым кинжалом. «Видимо что-то не поделили», – сказала девушка, подсветив фонариком его собрата, проткнутого копьем ровно напротив. «Думаю, это произошло уже после смерти Грозного, а эти, зная о Либерее, пали жертвой алчности и корысти», – предположил Виноградов, решив двинуться дальше по коридору, который поворачивал в неизвестном направлении. «Помните, что говорил Пашков: лишь чистый сердцем достоин обладать сокровищем», – продолжил он, скрывшись в темноте. Не желая оставлять его одного, Вербова сразу направилась за ним, оставив Петра в комнате. Он долго смотрел на истлевший труп, думая о словах соратника, но мысли о семье, о ее благополучии и достатке не давали покоя. Преподаватель с тяжелым сердцем вынул кинжал из горла стрельца, спрятав его между ремнём и штанами под куртку, после чего отправился следом в туннель.