Петр Селезнев – Тени Либереи. Тайна библиотеки Ивана Грозного (страница 31)

В саду, несмотря на отличную погоду, было не очень людно: лишь молодая пара прогуливалась мимо закрытого до весны фонтана, и несколько пенсионеров сидели на скамейках, что-то бурно обсуждая и одним глазком наблюдая за своими внуками, играющими на детской площадке. Может причиной этого послужил рабочий день, а возможно роль сыграло раннее утро, но факт оставался фактом. «И куда мы направляемся?» – нетерпеливо спросила Светлана, нагнав впереди идущего Виноградова и взяв его за руку. «Ну, – ответил тот, – как минимум, нужно посмотреть на то, что осталось от Кремля, а там уже будем думать». «И ты считаешь, что даже развалины нам в чем-то помогут?» – парировал Пётр, начиная сомневаться в осмысленности и целесообразности плана его товарища. «Как бы тебе это помягче сказать, – сказал Валерий, там нет, как ты выразился, «развалин», вот все, что осталось».

В этот момент они резко остановились ровно посередине городского сада прямо напротив памятника Михаилу Тверскому и небольшого углубления, ведущего в сторону реки, куда предусматривался спуск с нескольких лестниц. «И что это?» – непонимающе спросила Вербова, озираясь вокруг. «Нет, нет, нет, не говори мне, что этот остаток крепостного рва – Кремль!» – воскликнул Севастьянов, придя в бешенство. «Валер, объясни, я ничего не понимаю», – сказала Светлана, тоже начиная злиться.

«Да, все верно, – согласился Виноградов, здесь в 1763 году кремль сгорел при городском пожаре и больше не восстанавливался. Мы стоим на остатках рва, который опоясывал его с востока и впадал в Волгу, а с запада то же самое делала сохранившаяся ныне Тьмака. Где-то левее располагались Владимирские ворота – главный вход, которые и изображены на иконе. Я надеялся, что как только мы здесь окажемся, то в голове всплывет какая-то идея, но, к сожалению, нет». «Значит подсказка, которую спрятали в Кремле в этой его части во времена Ивана Грозного, сгорела в восемнадцатом веке, и это тупик», – заявил Севастьянов, в разочаровании сделав несколько кругов, размахивая руками. «Ты не совсем прав, – возразил Валерий, – сначала после Ивана IV его разорили польско-литовские войска, затем в 1707 году в связи с войной со Швецией он по указанию Петра I был реконструирован под руководством Л.Ф. Магницкого: укреплён и досыпан вал, сооружены бастионы, приспособленные к активной артиллерийской обороне, а потом уже и сгорел при пожаре, который стёр с лица земли добрую половину того города».

«Прекрасно, значит она была утеряна ещё раньше!» – закричал преподаватель так, что на него обернулось несколько прохожих. «Да успокойся ты, не психуй, мы что-то придумаем», – рыкнула на него Светлана, заставив немного поумерить пыл. «Хорошо, – с напускной добротой прошипел Пётр, – что ты предлагаешь?» «Пока мы сюда ехали, и я читал информацию о подсказке, то обнаружил, что это икона семнадцатого века, то есть написанная явно позже разорения Кремля в 1609 году и намного позднее смерти Ивана Грозного. Именно поэтому и возникает вопрос, что-то не сходится», – начал рассуждать Валерий, расхаживая по окрестностям, пытаясь обдумать случившееся. «А каким тогда образом та оказалась в подземельях Александрова, где Царь ещё до своей смерти перестал появляться?» – задал вполне логичный вопрос преподаватель.       «Эх, если бы я сам знал ответ, тут дело явно было позднее», – ответил Виноградов, прислонив пальцы к голове и начав массировать виски. «Дай-ка мне икону, хочу ещё раз взглянуть на неё», – сказал вдруг он, протянув руку к Светлане. Она аккуратно выудила ее из пакета, лежащего в сумочке, и протянула собеседнику. Бросив лишь один взгляд на неё, у Виноградова полезли глаза на лоб. «Нет, нет, нет, стоп, я же не сошёл с ума», – прошептал он, и, взяв телефон, отданный Вербовой ее начальником для связи, вышел в интернет, найдя изображение оригинала. «Ну конечно, – радостный заявил Валерий, улыбаясь и показывая соратникам картинку и саму икону, – найдите десять отличий». Присмотревшись, девушка обрадовалась, воскликнув: «Ворота!» «Да, те золотые, а эти серые», – согласился Пётр, нахмурив лоб.

«Именно, значит подсказка была скрыта на тех самых воротах, вырезана или каким-то иным образом выбита. После Смутного времени они стали каменными, но наверняка должны были остаться в живых хранители, которые не могли допустить утери такого важного ключа. Я думаю, что их сохранили на каком-то документе, зарисовав резьбу на самих створках, а значит, он должен быть в городском архиве!» – обрадовался Виноградов, поняв, что клубок начинает распутываться.

«Но для того, чтобы нас пустили туда покопаться в старинных рукописях нужно разрешение, это слишком долго!» – возразил Пётр, почувствовав вкус приближения к разгадке. «Для этого у вас есть я, не забывайте!» – довольная сказала Светлана, улыбаясь до ушей. «Решено, значит направляемся прямо сейчас в архив!» – заявил Валерий.

Все вместе они двинулись в сторону тех же ворот, через которые вошли в городской сад, как вдруг внимание Севастьянова неожиданно привлёк подозрительный мужчина, подошедший поближе, сев на скамейку с большим букетом цветов, закрывая лицо. Присмотревшись, он тут же узнал в незнакомце Богдана, поэтому немного отпустил вперёд своих товарищей, чтобы поравняться с ним. «Это тебе от Тараса, никогда не выключай, мы найдём вас по GPS-сигналу», – пробурчал он, засунув преподавателю в карман куртки небольшой телефон. «Он здесь?» – тихо спросил Пётр, надеясь не быть услышанным. «Недалеко, и помни, захочешь нас кинуть, все плохо закончится, а теперь иди», – ответил Богдан, подтолкнув его в спину.

Глава 43.

Вся группа быстрым шагом двигалась мимо высаженных вдоль дорожки скрюченных и местами обрезанных деревьев в сторону пятиэтажного оштукатуренного в свойственной городу желтоватой манере зданию областного архива. На удивление, ехать оказалось недалеко – пришлось лишь преодолеть «Старый» мост через Волгу, сооружённый чешским инженером в начале двадцатого века при помощи консольных ферм «цепного вида», своими общими контурами напоминающими очертания висячих мостов. По виду он походил на уменьшенную копию моста свободы в Будапеште, однако вместо орлов в арсенале имел лишь остроконечные пики, украшенные небольшими фонариками и пронзающие вертикально в четырёх местах небо, создавая чувство монументальности, воздушности и лёгкости одновременно.

Потянув на себя тяжелую деревянную дверь, Валерий пропустил вперёд кивнувшую ему в знак благодарности Светлану и задумчивого понурого Петра, который как будто витал в облаках. Зайдя внутрь, Виноградов заметил перед собой пункт охраны и пропускную систему, не дающую с легкостью преодолеть возникшую преграду. «Вам кого?» – недовольно спросил дедушка в форме, сидевший на своём стуле, уставившись в небольшой экран сбоку, слегка приспустив очки на нос. «Нам бы ознакомиться с документами», – уверенно заявил Пётр, подойдя поближе, решив выступить в роли парламентера. «А я думал, чай пришли попить, – съязвил мужчина в ответ, – записывались?»

В этот момент Валерий глянул на товарища, поняв, что сейчас весь их план разбивается об такую нелепую формальность, как вдруг Вербова ловко выудила из своей сумочки удостоверение и, раскрыв его и прислонив к стеклу, продемонстрировала охраннику. «Позовите пожалуйста того, кто у вас главный, если не хотите, чтобы замучили проверки», – властным голосом прошептала она так, что даже напарники поверили, что все это девушка может устроить. Приглядевшись повнимательнее к содержанию корочки, мужчина закатил глаза, бросил с силой свою ручку на стол, выключил планшет, прервав просмотр фильма на самом интересном месте, и отправился куда-то по лестнице наверх.       Через несколько минут он появился в компании ухоженной женщины на каблуках возраста пятидесяти лет в яркой блузке и длинной юбке. От неё издалека повеяло парфюмом, который был такой силы, что заставлял морщиться и отворачиваться от раздражения. «Добрый день, – сказала она, напыщенно улыбаясь, – что вам будет угодно?» Светлана вновь продемонстрировала своё удостоверение, после чего уверенно заявила: «Мне и коллегам нужно взглянуть на все документы, относящиеся к вашему Кремлю, прямо сейчас!» Валерий и Пётр снова загадочно переглянулись, не ожидая такой напористости и проявления повелительных конструкций. Женщина немного замялась, как будто думая, что же делать дальше, после чего ответила: «Хорошо, пойдёмте со мной».

Вместе они поднялись по лестнице, прошли по узкому и длинному коридору, пока не попали через одну из дверей в огромное помещение, напоминающее ангар. В нос ударил тёплый, но продуваемый воздух с запахом старости и затхлой бумаги. У входа на стойке в полусонном состоянии расположилась пожилая женщина, которая, завидев гостей, тут же оживилась. «Тамара, покажи им все, что есть по Кремлю», – заявила ей начальница, а затем развернулась, сообщив: «Если вам что-то ещё понадобится, пошлите за мной, и я подойду». «Хорошо», – коротко ответил ей Пётр, озираясь по сторонам. Вокруг стояли десятки рядов, забитых книгами различного состояния и возраста до потолка, создавая ощущение бескрайности комнаты. Сложно было понять, но казалось, что только в этом зале их несколько тысяч.