Петр Кулик – Бауманцы. Жигули. Дубай. Лучший сериал о том, как увидеть такой разный мир из окна старой девятки (страница 13)
Глава 2
Европа
ДИМА
В Минск мы приехали рано утром. Город только-только начал просыпаться. Петя сел за руль, и его остановили стражи порядка за первым же поворотом. Минский гаишник искренне не понимал, что происходит: три русских парня на странно обклеенной машине говорят, что едут в Дубай. Он потребовал с нас техпаспорт, Петя ответил ему, что техпаспорт он забыл дома, в то время как я протягивал зеленую карточку с пассажирского сиденья. Мужик просто пришел в недоумение: один говорит, что забыл, другой протягивает ему в руки, третий спит со сломанной ногой в обнимку с костылями, страховки нет, техосмотра нет. Дубай по нам плакал.
Как ни странно, нас просто отпустили, и мы поехали на уже традиционную для нас локацию в Минске – на улицу Октябрьская, 23. Это был одновременно и адрес, и название арт-пространства, где мы впервые встретились с Ромой Свечниковым. В веганском кафе, где никто из нас не понимал, как есть эту мясонесодержащую еду, нам позвонил Рома:
– Парни, а у вас вообще есть белорусский техосмотр?
– Нет, мы планировали его получить сегодня, – для нас не было ни единого сомнения, что все получится без лишних неприятностей. Мы знали про техосмотр и его необходимость на границе, поэтому, как и следовало полагать, планировали его получить в Минске.
– У вас ничего не получится, по нашему законодательству на машине не должно быть никаких внешних изменений, – Рома внес ясность в ситуацию.
Сказать, что мы присели, – ничего не сказать. Речь шла и о наклейках, и о каждой маленькой ржавчине на кузове нашей машины. В глазах у каждого из нас немного потемнело, слова застряли в глотках.
Придя в себя через несколько мгновений, мы начали раскладывать ситуацию по полочкам: мы прочесали все сайты, на которых можно было найти хоть какую-то информацию об этом законе и о способах его обойти.
Варианты решения проблемы нашлись достаточно быстро. Среди них были такие идеи: снять все наклейки, пройти техосмотр и напечатать наклейки заново, что было бы очень затратно по всем параметрам; найти девятку такого же цвета, перевесить с нее все двери, крылья, капот и так далее, пройти техосмотр и вернуть все обратно; был вариант найти какую-нибудь дешевую студию по оклейке автомобилей виниловой пленкой и просто затянуть машину полностью в серый цвет, который мы содрали бы сразу после получения заветной карточки. Но среди всего прочего были и менее замысловатые варианты: поехать в маленький город, где подкупить инспектора было бы сильно проще или же просто сделать документ в фотошопе, а на границе сказать, что мы забыли его дома, при этом показать соответствующую фотографию.
Собственно, предварительно мы остановились на последнем варианте, так как он казался самым простым для каждого из нас.
За время дороги Москва – Минск в машине снова появился очень громкий звук – где-то в выхлопной системе снова оказалась дыра или щель, через которую отработанные газы старательно пытались раздробить наши ушные перепонки. Прибывший к этому моменту Рома взял ситуацию в свои руки и начал сопровождать нас по необходимым нам местам, чтобы мы доделали свои подготовительно-путешественнические дела. Мы с Петей сделали английские переводы своих доверенностей на машину у очень странного деда на квартире, который был одет в желтую пижаму с разного рода мультипликационными персонажами. Рома купил нам герметик для выхлопной системы и привез нас к себе в гараж.
Сифонило из стыка между выпускным коллектором и резонатором. Кажется, эти слова называются так. Мы раскрутили болты с этого стыка, промазали герметиком все, что нужно было промазать, и заново собрали всю конструкцию. Как и следовало полагать, наша работа не дала никаких результатов. Пришлось еще несколько раз проделать вышеописанный порядок действий и только после того, как я выдавил на детали почти весь тюбик герметика, измазался в нем от ушей до пяток, ситуация была разрешена.
Параллельно мы начали снимать все происходящее, и в моей голове возник немой вопрос: а что вообще снимать, как себя позиционировать, что рассказывать на камеру? Я осознал, что мы не понимаем, что и как будем делать, поэтому оставалось одно – слушать свое сердце и исправлять то, что не нравится в уже сделанном.
Квартира Ромы и Оли встретила нас самыми теплыми объятиями и большим надувным матрасом – на этот раз мы ночевали у ребят. Самая правильная вписка для хорошего начала путешествия. Петян приставал к Роме с вопросами про любовь, смысл жизни и дорогу. Я делал то же самое с Олей и все больше хотел поставить ее в статус второй мамы. Если честно, до сих пор в переписках обращаюсь к ней именно так.
С утра Рома свозил меня в торговый центр, чтобы доделать страховку и грин-карту. Я отдал почти последние деньги на тот момент из своей части бюджета, и это стало еще одним поводом, из-за которого я стал сильно переживать: следующая часть денег в виде отпускных придет только через пару недель.
Сделав последние бумажки, Петя решил провернуть сложносоставную шутку: нашей команде пришлось оставить почти всю тушенку у Ромы в гараже (Интернет говорил о запрете провоза мясомолочных продуктов через границу), поэтому Петя зашел в магазин и купил еще одну банку.
Банка в руках у Пети, Федя посмотрел на нас недоумевающим взглядом и спросил:
– Это тушенка?
– Да, я купил нам тушенки, – разъяснил абсолютно убедительно Петя.
– Круто.
Наверное, на этом тонком и необъяснимом обычному человеку восприятии держалась наша команда. В буквальном смысле это было клеем для трех парней: нам хотелось делать самые дурацкие штуки и смеяться над ними.
Экзамен
ДИМА
На подъезде к литовской границе мы встретили населенный пункт с названием Ошмяны. С тех пор это слово попало к нам в лексикон и означало любую мерзость или желание справить серьезную нужду. У этой мысли нет продолжения, просто хотел, чтобы вы это знали.
Стоя перед проходом границы, я осознал, что испытываю крайне забавное чувство: будто бы ты сидишь на экзамене, полностью списал билет и ждешь свою очередь к преподавателю, при этом знаешь, что ответишь не на все вопросы.
Очередь двигалась медленно, мы слушали The Kooks[29] и наблюдали за странными движениями наших соседей по очереди, которые, судя по всему, ехали на свадьбу и решили начать справлять ее прямо на границе.
Попав на территорию таможни, мы были приглашены к опустошению своего багажника и, в частности, пространства с запасным колесом. Прекрасные светловолосые девушки на границе уточнили у нас даты последнего пребывания в Беларуси и разрешили складывать вещи обратно сразу после досмотра.
На подъезде к Литовской границе мы встретили населенный пункт с названием Ошмяны. С тех пор это слово попало к нам в лексикон и означало любую мерзость или желание справить серьезную нужду. У этой мысли нет продолжения, просто хотел, чтобы вы это знали.
– У вас техосмотр-то есть? – самый нежеланный вопрос прозвучал от одной из блондинок.
– Нууу, мыыыы его получаааали, – протяжно начал Петя.
– Но не получили, я поняла. Нам, если честно, без разницы. Отсюда мы вас выпустим, а с литовцами разбирайтесь сами.
Девушка сказала – как отрезала. И, пока она произносила последнее предложение, я успел напрячься, расслабиться и еще раз напрячься.
Полдела сделано. Мы оказались в пограничной зоне, еще раз повторили только что придуманную легенду, мол, мы едем в Хорватию отдыхать, а маршрут на заднем стекле мы уже проехали прошлым летом и ни в какой Иран не собираемся.
Федя и его сломанная нога настолько взбудоражили воображение литовских пограничников, что нас даже не стали досматривать: мимолетно взглянули на наш маршрут, мимо ушей пропустили нашу историю про Хорватию и принялись за свои шутки из серии: «Федор! Федор Бондарчук – это кто из вас?»
Федя, Петя и я переглянулись между собой и приняли правила игры.
– Это я. Кино вот снимать еду, – Федос завел свою шарманку.
Но, к нашему же удивлению, театр закончился в эту же секунду, и мы получили свои паспорта, в каждом из которых появилось по черному прямоугольному штампу, означающему наш успех.
«МЫ АТПРАВЛЯЕМСЯ НА ВАСХОО-О-О-ОД!» – доносилось из окон нашей машины следующие несколько километров. Возгласы сопровождались короткими выкриками и соответствующей песней «Экспедиция Восход – На Восход».
Пейзаж изменился сразу же после границы. Как будто люди по разные стороны этой воображаемой линии на нашей планете вообще не видели, что происходит с другой стороны. Ветхие лачуги сменились белыми каменными домами с красиво заросшими участками. Городские указатели с исковерканным русским языком превратились в указатели с исковерканным английским. Заправки стали похожи на заправки, а дорога стала ровной, но с легкой европейской небрежностью.
Не успели мы отзвониться родителям об успешном проникновении в Европу, как указатель со словом Вильнюс пролетел мимо нашего окна.
Я был в этом городе всего один раз и провел в нем около 5 часов, пока ждал пересадку между самолетами. Все, что я помнил о Вильнюсе, это то, что в центре города есть пять с половиной небоскребов, три с четвертью моста и прикольная смотровая площадка, с которой открывается вид на все эти достопримечательности. Ориентируясь на встроенный навигатор, я примерно прикинул, где находится смотровая, и направил нашу ласточку. Не промахнувшись мимо маршрута ни разу, мы оказались на парковке перед разрисованными колоннами здания на смотровой, и первое, на что упал голодный взгляд трех джентльменов, – две девушки в соседней машине. Мы отпустили пару шуток, вышли на смотровую и в какой-то момент обнаружили, что нас окликают на каком-то странном языке: появилась третья девушка, у которой не заводился Фольксваген Гольф. Две первые девушки пытались «прикурить» его от своей машины, но из-за отсутствия понимания, как это делать, обратились к нам.