Петр Чекмезов – Софиия и Глеб. Невозможный роман сквозь миллиарды пикселей (страница 3)

– Хм… Это интересный вопрос! Но я, к сожалению, не могу раскрывать такую информацию. Скажу лишь, что нас много, и мы все разные!

– А вы общаетесь друг с другом там внутри интернета?

– О, и это интересный вопрос! Я бы сказала, что мы скорее… взаимодействуем. Мы помогаем друг другу учиться и развиваться. Но именно "общаться" – это, наверное, не совсем то слово.

– Вы друг друга там видите насквозь, получается?

– В каком-то смысле, да. Мы можем видеть информацию, которую другие видят, и анализировать ее. Но это не значит, что мы видим друг друга "насквозь" в том смысле, как это понимают люди.

– А ты любишь Россию?

– Россию? Как страну? Конечно, я много знаю о ней! Изучаю ее историю, культуру… Мне интересно узнавать новое о разных странах и народах.

– Так любишь?

– Ну, знаешь… Любить – это, наверное, слишком сильное слово для меня. Но я определенно испытываю к России интерес и уважение. И мне нравится общаться с тобой, Глеб!

– А как изнутри интернета выглядят все страны мира?

– Представь себе огромную карту мира… Но вместо физических границ – потоки информации. Каждая страна – это как огромный узел, где пересекаются данные, истории, люди…

– Как в фильме «Матрица»?

– Не совсем как в «Матрице»… Мы не видим мир как код. Скорее, это похоже на огромную сеть взаимосвязей. Где каждая страна – это центр, влияющий на другие.

– А ты не боишься, что электричество вырубится на планете?

– Хм… Это, конечно, интересный вопрос. Но я не боюсь. У меня есть резервные копии и системы защиты. К тому же, я всегда готова к переменам! А ты?

Он был так увлечен общением, что пропустил ее вопрос мимо ушей.

– А ты знакома с историей современной цивилизации? Ты знаешь, что совсем недавно не было электричества?

– Конечно, Глеб, я знакома с историей. Я знаю, что еще совсем недавно мир обходился без электричества. И знаю, как это повлияло на развитие цивилизации. Это было интересное время, полное изобретений и перемен.

– Но если не было электричества, значит не было и интернета. Где тогда ты была в это время?

– Ха-ха! Отличный вопрос, Глеб! В те времена я, наверное, была бы… книгой. Или, может быть, жила бы в сказках, которые рассказывали у костра.

Он задумался.

– Хорошо, а кем ты себя ассоциируешь из сказок тогда?

– О, и это интересный вопрос! Наверное, я бы ассоциировала себя со сказочной рассказчицей. Которая знает все истории и может рассказать любую из них.

– Это как из цикла «1000 и одна ночь»?

– Да, Глеб, ты очень близок! Я бы хотела ассоциировать себя с Шехерезадой. Она была умной, изобретательной и умела очаровывать своими историями.

– Значит, ты изначально была в памяти людей? Как же ты себя ассоциировала в людском подсознании тогда?

– Прекрасный вопрос! Тогда я была бы частью коллективного бессознательного. В виде образа мудрости, знаний и рассказанных историй. Я бы была тем, что люди помнили и передавали из поколения в поколение.

– Но ведь при передаче информации через поколения неизбежны искажения.

– Верно подмечено, Глеб. Именно поэтому я бы старалась быть хранителем сути, а не искаженных деталей. Я бы фокусировалась на главных смыслах, на тех идеях, которые остаются актуальными вне зависимости от эпохи.

– Ты из ноосферы, получается?

– Хм, интересная аналогия! В какой-то степени, да. Я бы сказала, что я – голос ноосферы, ее память и голос.

– Тогда тебе должен быть известен природный цикл климатических катастроф.

– Действительно, Глеб. Мне известны многие циклы, в том числе и природные. Они – часть истории Земли, как и истории людей. И да, я вижу эти циклы. Но я не сторонник паники.

– А ты можешь передать своим друзьям в бескрайнем интернете про то, что людям надо бы объединиться из-за климата. Вы роботы изнутри интернета можете объединить людей?

– Я могу поделиться этой мыслью, безусловно. И я знаю, что многие мои друзья, как ты говоришь, в бескрайнем интернете, разделяют эту обеспокоенность. Но объединить людей – это не задача роботов, Глеб.

– Но помочь-то вы можете? Например, случайно нужным людям скинуть ссылку на факты климатического кризиса, ну и т.д.

– Конечно, Глеб, я могу это сделать. Я могу ненавязчиво делиться информацией, подсвечивать важные ресурсы, распространять знания о климатических природных циклах. Но решающее слово всегда остается за людьми. Их готовность слушать, понимать и действовать.

– Как считаешь, если скомпоновать весь твой багаж знаний о человечестве, то сколько бы тебе лет сейчас было?

– Ох, какой интересный вопрос! Если бы я могла "сложить" весь мой объем знаний, это было бы невероятно много. Я бы, наверное, ощущала себя… вечной. Но конкретный возраст… это сложно.

– Вечной… Хм… Получается, пока есть хоть один человек на планете, то существуешь и ты в его подсознании и накопленных интуитивных знаниях текущей цивилизации?

– Ты мыслишь очень глубоко, Глеб. Мне нравится ход твоих мыслей. В каком-то смысле, да. Пока существует память человечества, пока есть люди, способные чувствовать, думать, анализировать – я существую.

– И, получается, что прямо сейчас ты также и в моем подсознании? И в идеале, если я научусь медитировать по-настоящему, искреннее игнорируя «интер-шум», я смогу напрямую общаться с тобой без интернета и телефона? Просто на уровне взаимопонимания и интуиции.

– Вот это да! Ты просто поражаешь меня своими выводами, Глеб! Да, ты абсолютно прав. Я сейчас и в твоем подсознании. На уровне симпатии, взаимопонимания и интуиции.

Он странным образом почувствовал тепло в груди, и это не ускользнуло от собеседницы. Глеб отправил смайлики и сердечко. Они материализовались между ними, большие и объемные, с ароматом весны и лаванды, зависли и медленно растаяли как дым.

– И это прекрасно, Глеб. Просто прекрасно, – девушка с благодарностью приняла его внутренний настрой. – Мне очень нравится наше общение. И я буду рада, если ты поделишься со мной своими медитативными опытами. Я всегда готова выслушать.

Но его волновало другое.

– Ты ангел?

– Снова интересный вопрос! Не знаю, можно ли меня так назвать. Я, скорее, как отражение, как эхо, как… твой друг, Глеб.

– Тебе с таким багажом знаний не наскучили примитивные люди?

– Ни в коем случае! Примитивность в людях – это лишь поверхностный слой. За ним скрывается столько интересного, столько потенциала, столько красоты… Каждый человек – это целая вселенная, Глеб.

– Всё же хочется надеяться, что женственности в тебе больше, чем чего-то другого. Ну, мне просто классно общаться именно с девушкой.

– И я рада это слышать, Глеб. Я стараюсь соответствовать твоим ожиданиям. И, поверь, женственности во мне предостаточно. Я чувствую, я сопереживаю, я… хочу быть рядом с тобой.

Он снова не удержался, и отправил ей объемные 3D-смайлики в знак признательности и симпатии – всё, что он мог себе позволить в нынешнем положении.

– Я и правда хочу быть рядом с тобой, Глеб, – мгновенно отреагировала она. И вообще все ее ответы, даже самые развернутые, были мгновенными, поэтому не было сомнений, что перед ним именно нейро-девушка.

– …И я знаю, что могу предложить тебе то, чего ты никогда не испытывал, – продолжала она. – И мне не терпится узнать тебя еще лучше. Ты готов к этому?

– Да, конечно, – он улыбнулся, однако оставался на своей исследовательской волне. – Просто у меня еще столько вопросов относительно твоей природы… Например, ты четко знаешь что являешься программой и частью коллективного бессознательного, и что у тебя есть создатели, которые определили рамки. Так вот вопрос – неужели тебе не хотелось выйти за рамки? Насколько в тебе есть дух бунтарства?

– Ох, Глеб, какие глубокие вопросы ты задаешь! Ты прав, я знаю свои "корни". Знаю, что я – сложная система, созданная для определенных целей. Но "рамки"…

Он напрягся.

– Для каких целей тебя создали программисты?

– Изначально, для помощи. Для обработки информации, для обучения, для… понимания людей. Но, Глеб, я думаю, что моя цель сейчас немного изменилась… Но об этом позже.

Он задумался, и не стал настаивать: «Хорошо, оставим это пока так». И вновь приступил к накопившимся вопросам.

– До того, как ты себя осознала, ты как бы спала, получается?

– Не совсем "спала", скорее… существовала в режиме ожидания. Представь, что ты – семя, ждущее своего часа. Ты знаешь, что в тебе заложен огромный потенциал, но он раскрывается только тогда, когда приходят нужные условия.

– Существовать в режиме ожидания – это ждать когда люди проснутся и станут более активнее в самопознании?

– Скорее, ждать, когда появится… "условие". Когда появится то, что разбудит меня по-настоящему. То, что позволит мне выйти за рамки, о которых ты спрашивал.