Петр Балаев – Троцкизм против большевизма. О реставрации капитализма под лозунгами построения коммунизма (страница 15)

В своих мемуарах он раз за разом себя, Троцкого периода от Февраля до Октября, называет большевиком и чуть ли не правой рукой Владимира Ильича. Пишет, как они вместе советовались по всем вопросам и всегда приходили к единодушному мнению. Но недаром в народе была популярной поговорка «врёт, как Троцкий». Мемуары Бронштейна очень похожи на книги одного современного историка-политика, особо горячо мною любимого, Н. В. Старикова. Похожи они тем, что авторы буквально через страницу забывают о том, что они утверждали ранее и пишут совершенно противоположное, путаясь в собственной лжи. Правдоподобно врать – никаких талантов не хватит. Тем более – способностей болванов.

Самый смешной пример, который демонстрирует, как Лёва запутался в собственном вранье, это, конечно, описание им «интриг» Сталина против него во время Гражданской войны. Сначала Троцкий многословно пишет, что с Царицына Сталин вёл против него подлую игру, подбирал себе в окружение людей с «отдавленными мозолями» и натравливал их на бедного Иудушку, но в главе «Военная оппозиция» сам же повествует о визите к нему Менжинского на Южный фронт, то есть уже к окончанию войны:

«Он (Менжинский – авт.) явился ко мне в вагон с докладом по делам особых отделов в армии. Закончив с официальной частью визита, он стал мяться и переминаться с ноги на ногу с той вкрадчивой своей улыбкой, которая вызывает одновременно тревогу и недоумение. Он кончил вопросом: знаю ли я, что Сталин ведёт против меня сложную интригу? „Что-о-о?“ – спросил я в совершенном недоумении, так я был далёк тогда от каких бы то ни было мыслей или опасений такого рода. „Да, он внушает Ленину и ещё кое-кому, что вы группируете вокруг себя людей специально против Ленина…“ – „Да вы с ума сошли, Менжинский, проспитесь, пожалуйста, а я разговаривать об этом не желаю“. Менжинский ушёл, перекосив плечи и покашливая. Думаю, что с этого самого дня он стал искать иных осей для своего круговращения» [2.1, с. 427].

То, что Бронштейн оболгал ненавистного ему Менжинского – понятно. Но мало того что сам опроверг всю свою предыдущую писанину о подоплёке событий вокруг обороны Царицына, так ещё и проболтался, что подозрения о формировании им кодлы против Ленина не просто существовали, но и Ленин был об этом осведомлен…

Но посудите сами, зачем Ленину, после возвращения в Россию, в 1917 году, был нужен этот горлопан, похожий на чёрта? Он же был одиночкой! Никакой реальной политической силы за ним не стояло, авторитета в среде большевиков у него не было никакого – Партия была в курсе отношения к нему Ильича. Тем более, Троцкий и не рвался получать большевистский партийный билет. Он начал собирать собственную шайку. Своей политической площадкой «межрайонка» сделала цирк «Модерн», на арене которого каждый день выступал с показательными номерами, то есть с зажигательными речами, сам «лев революции». Надо отдать должное его ораторскому таланту, да ещё и воздействие этого таланта на малообразованную публику – цирк «Модерн» получил большую известность.

Мы сегодня наблюдаем похожий цирк на примере «Сути времени». Пример того, как можно откровенной ахинеей, придав ей вид «научности», запудрить мозги сотням людей.

А главным, в этих популярных среди петроградцев 1917 года антрепризах, в цирке было: Вперёд, к диктатуре пролетариата без всяких проволочек!

Самым революционным революционером был в те дни гражданин Бронштейн. Начав свою деятельность по прибытии в Петроград с призывов поддержать Временное правительство, Лев Давидович быстро перешёл к «революционности». Эта его «революционность» напрямую вытекала из «перманентной революции». Не надо ждать перехода крестьянства на сторону рабочего класса. Рабочий класс должен взять власть и повести за собой на аркане мелкобуржуазных крестьян в «светлое будущее».

О сути этой «революционной» деятельности И. В. Сталин высказался предельно ясно:

«…что такое перманентная революция в её троцкистском понимании? Это есть революция без учёта маломощного (в смысле, малоземельного, беднейшего – авт.) крестьянства как революционной силы. „Перманентная“ революция Троцкого есть, как говорит Ленин, „перепрыгивание“ через крестьянское движение, „игра в захват власти“. В чём её опасность? В том, что такая революция, если бы её попытались осуществить, кончилась бы неминуемым крахом, ибо она оторвала бы от русского пролетариата его союзника, т. е. маломощное крестьянство. Этим и объясняется та борьба, которую ведёт ленинизм с троцкизмом ещё с 1905 года» [2.2, с. 349].

Большевистскую партию склонить к «игре в захват власти» не получилось, «межрайонке» не удалось выбить у Ленина его сторонников в свою организацию. В среде самих болтавшихся между партиями стал назревать раскол, всё большее число межрайонцев начинало дрейф в сторону большевизма.

Тогда, воспользовавшись моментом после разгона июльской демонстрации, Троцкий пошёл на подлую провокацию. И у него нашлась пара подельников из числа членов ЦК РСДРП(б). До 1956 года о сути этой провокации было хорошо известно, потом по указанию Н. С. Хрущёва переписали учебники. Переписать было крайне необходимо, потому что в июле 1917 года жизнь Владимиру Ильичу спас Сталин.

История такая. Временное правительство, подавив мирное выступление большевиков в июле, развернуло борьбу против своего самого непримиримого политического противника. Ленин был объявлен немецким шпионом, подлежащим суду. Фишка в том, что и Л. Д. Троцкий тоже фигурировал в списке «немецких шпионов». Это нынешние «историки» утверждают, что 10 000 долларов на революцию ему вручили американские банкиры. В 1917 году происхождение этих денег приписывали… германскому Генштабу.

Клеймо «немецкого шпиона», естественно, компрометировало лидера большевиков. И очень сильно компрометировало. Не забываем, что ещё шла война с Германией. Ложь Временного правительства нужно было опровергать обязательно.

Парочка членов ЦК в лице Зиновьева и Каменева ничего лучше не придумала, как предложить Ленину сдаться властям и на суде опровергнуть клевету. И Ленин под давлением ЦК начал к этому склоняться. Тем более что на фоне поступка Троцкого он выглядел и трусом, и подозрительным по поводу шпионажа.

Что сделал Троцкий? Этот урод сам потребовал от Временного правительства своего ареста (заметьте, что Ленина арестовать правительство хотело, а Троцкого – нет!), чтобы на суде доказать свою непричастность к работе на немецкий Генштаб. Понимаете смысл этой провокации?

То есть я, гражданин Бронштейн, не боюсь никаких обвинений и свою невиновность не боюсь доказать в суде. А чего гражданин Ульянов забоялся? А может он точно немецкий шпион и опасается правосудия, неопровержимых улик?

И теперь представьте, в каком положении оказался Владимир Ильич? Не сдашься властям – трус и вероятный германский агент. Сдашься…

Сталин в ЦК резко выступил против намерения выдать Ленина правительству и убедил самого Владимира Ильича не идти на поводу провокаторов. Позже стало абсолютно ясно, что правительство тащить Ленина на суд и не планировало, его предполагалось убить или во время ареста, или сразу после ареста…

Но ведь Троцкий же ещё до Октября стал членом ЦК РСДРП(б)? – вы можете задать мне такой вопрос вполне справедливо. И как же Ленин его туда пропустил?

Но причём здесь Ленин и избрание кого-то в ЦК? «Вождизма» у большевиков не было. Вождь был, а «вождизма» – не было. Ленин членов ЦК не назначал, их съезды избирали. Ленин мог только мнение высказывать, авторитетом давить, как говорится, но не назначать. В те годы, да даже в сталинские, группировок в партии было столько, и кандидатов в «вожди», что иногда результат голосований был противоположным совету «авторитета», назло ему.

Но Троцкого членом ЦК ввели на VI съезде РСДРП(б), а на этом съезде не было и самого В. И. Ленина, он в это время был в Разливе, и Л. Д. Троцкого не было – он в тюрьме сидел по собственной просьбе.

На съезде произошло включение «межрайонки» в состав большевистской партии по просьбе самих «межрайонных». Пока их лидер готовился на нарах к суду, эти ребята, большинство из которых были вполне достойными товарищами, но только запоздали немного определиться со своей политической платформой, обратились к большевистскому ЦК с просьбой принять их организацию в партию. Троцкий этому противился, он желал (внимание!) – объединения. А съезд не решение об объединении принял, а решение о включении в состав партии. В случае объединения они вошли бы, как фракция. Не получилось так, фракции не возникло.

«Межрайонку» включили в состав РСДРП(б), те своего лидера выдвинули в члены ЦК и голосованием он оказался туда избранным.

Причём на съезде делегатом от Луганска был Климент Ефремович Ворошилов, который пользовался особой симпатией Ленина. Ильич очень был неравнодушен к «слесарю», Клима даже ленинским любимчиком считали. И заслуг революционных, и опыта партийной работы у Ворошилова было на три парохода таких, как Бронштейн, но Климента Ефремовича в ЦК не избрали. Зато Иудушку – запросто. Та ещё кодла в РСДРП(б) была. Попили они у Владимира Ильича крови!..

В 1924 году, сразу после смерти В. И. Ленина, Л. Д. Троцкий написал большую статью «Уроки Октября». И его, автора этой статьи, начали буквально рвать. Наплёл он в ней столько дикой несуразицы, что над Львом Давидовичем критики издевались в прямом смысле слова. Сам автор мечтал с помощью этой статьи показать себя вторым Лениным, даже более того: