Петр Балаев – Миф о Большом терроре (страница 28)
«Ознакомившись с письмом гражданина США С. Максудова в редколлегию журнала «Социологические исследования», в котором содержится критика серии моих опубликованных статей, в частности статьи «ГУЛАГ: историко-социологический аспект» («Социол. исслед. 1991. NoNo 6, 7), я считаю своим долгом сделать ниже следующие пояснения…».
Вы раньше слышали про такого американского историка С.Максудова? Если не слышали, то потеряли немного. Настоящая фамилия Максудова – Бабёнышев, Александр Петрович. Родился в 1938 году, в 1961 году закончил геологоразведочный институт, даже кандидатскую по геологии защитил. Потом его понесло по правозащите. Бродского в ссылке посещал, насчет Синявского и Даниэля выступал, протестовал против ввода войск в Чехословакию, лазил через форточку к А.Сахарову в квартиру, в которой тот содержался под домашним арестом, в общем, полный комплект стандартного диссидента. В 1981 году эмигрировал в США, своего добился. Я думаю, что большинство моих читателей в курсе, что советское диссидентство было особенно привлекательно для тех, кто хотел эмигрировать в мировой оплот демократии. Диссидентством всего лишь зарабатывали себе возможность занять вакансию на службе в оплоте демократии в качестве антисоветских пропагандистов.
Так вы можете от восторга плакать и смеяться, прыгать или кататься по полу от наплыва чувств, но господин Максудов-Бабенышев, раскритиковавший В.Земскова за то, что он продублировал статистику А.Яковлева, получавшего деньги за публикацию архивных документов, обосновывавших эту статистику сталинских репрессий, из Гарвардского института США… Господин Максудов-Бабёнышев тоже преподавал и занимался научной работой в Гарвардском институте США. Преподавал не геологию, разумеется. А «сталинские репрессии». Как вам такой «финт ушами»?
Интересно в ответе В.Земскова на критику Максудова-Бабёнышева не только то, как сам критикуемый своего оппонента характеризует: «Рейтинг Максудова в западном ученом мире весьма высок», «… отнюдь не дилетанта, а крупного специалиста», - а что в публикациях Земскова вызвало неприятие со стороны «отнюдь не дилетанта». Оказывается, что гражданин США Максудов возражал по поводу невключения в жертвы коммунизма людских потерь за годы Гражданской и Великой Отечественной войн. Да, несомненно, дилетант до этого не додумался бы. Отнести убитых людей во время Гражданской войны, организованной Антантой, и убитых гитлеровцами к преступлениям коммунизма – за это рейтинг в западном ученом мире дадут очень высокий. А вот с 37-38- м годами, оказывается, у Земскова с Максудовым полное взаимопонимание:
«В доводах г-на Максудова немало противоречий, не всегда он в ладах с элементарной логикой. Взять хотя бы его оценки масштабов репрессий периодов 1937—1938 гг. и 1941—1946 гг. По документально подтвержденным данным, в 1937—1938 гг. по политическим мотивам было осуждено I 344 923 человека, из них 681 692 приговорено к высшей мере, а в 1941—1946 гг. — соответственно 599 909 и 45 045 человек. Если в 1937—1938 гг. в среднем в год по политическим мотивам осуждалось 672,5 тыс. (из них к высшей мере — 340,8 тыс.), то в 1941— 1946 гг. — соответственно почти 100 тыс. и 7,5 тыс. человек. Я уже не говорю о том, что в1941—1946 гг. по сравнению с 1937—1938 гг. намного повысился удельный вес осужденных не за мнимые и сфабрикованные, а за вполне реальные преступления, в том числе и военные. Любой здравомыслящий человек скажет, что в 1937—1938 гг. масштабы репрессий были многократно выше, чем в 1941—1946 гг. Как же в данном случае поступает г-н Максудов? С одной стороны, он, по его словам, в споре с А.И. Солженицыным отстаивал реальные цифры репрессий в 1937—1938 гг. (1—1,5 млн.) и в то же время бросается защищать нелепое «изобретение» Роя Медведева, согласно которому в 1941—1946 гг. было якобы репрессировано 10 млн. человек».
Но оказывается, «отнюдь не дилетант» включил в число репрессированных, как сам Земсков в ответе ему указывает, не только всех перемещенных лиц, прошедших через фильтрационные лагеря и пункты, в которых они содержались сроком от нескольких недель до нескольких месяцев, но и пленных немцев и японцев. Разумеется, проверка возвращавшихся из фашистских концлагерей и угнанных на работы граждан на предмет выявления среди них пособников фашистов – уже репрессия, никак иначе. И еще пленных немцев звери-коммунисты в лагерях содержали, а не лечили их травмированную войной психику в санаториях.
Следующими оппонентами В.Земскова, как считается, выступили известные публицисты Антонов-Овсеенко, сын расстрелянного троцкиста, и Лев Разгон. Даже С.Г.Карамурза в своей книге «Манипуляция сознанием», вышедшей в 2000 году, это подметил: «Историк В. Н. Земсков вот уже почти десять лет занят кропотливой, но очень важной работой: он систематизирует архивные данные, отражающие деятельность ГУЛАГа, и публикует подробные сводки по всем категориям репрессированных. Публикует без эмоций, в специальных журналах по истории и социологии. Сам он ни в коей мере не сталинист и это надежно констатирует в публикациях. Не сталинист, но факты уважает. Демократы его стараются не замечать и в полемику с ним не вступать. Но поначалу устроили атаку в виде обличительной статьи А. В. Антонова-Овсеенко».
С поклонниками творчества Кара-Мурзы у меня давняя и взаимная «любовь», какая только может быть с дураками, доверчиво воспринимающими от наглейшего манипулятора любую ложь, если только этот манипулятор себя выставляет «советским патриотом». Они даже не заметили, что «Манипуляцией сознанием» автор сознанием этих дураков и манипулировал, как на примере с обличительной статьей Антонова-Овсеенко.
Отвечал на эту статью сам Земсков в своей статье от 1994 года «Политические репрессии в СССР (1917—1990).
Я специально приведу обширную цитату из нее, чтобы вам стал понятен прием, использованный Кара-Мурзой:
«Впервые подлинная статистика осуждённых за контрреволюционные преступления (3 777 380 за 1921—1953 гг.) была опубликована в сентябре 1989 года в статье В.Ф.Некрасова в «Комсомольской правде». Затем более подробно эта информация излагалась в статьях А.Н.Дугина (газета «На боевом посту», декабрь 1989 г.), В.Н.Земскова и Д.Н.Нохотович («Аргументы и факты», февраль 1990 г.), в других публикациях В.Н.Земскова и А.Н.Дугина. Число осуждённых за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления (4 060 306 за 1921—1953 гг.) впервые было обнародовано в 1990 году в одной из статей члена Политбюро ЦК КПСС А.Н.Яковлева в газете «Известия». Более подробно эту статистику (I спецотдела МВД), с динамикой по годам, опубликовал в 1992 году В.П.Попов в журнале «Отечественные архивы».
Мы специально привлекаем внимание к этим публикациям, потому что именно в них содержится подлинная статистика политических репрессий. В конце 1980-х — начале 1990-х годов они являлись, образно говоря, каплей в море по сравнению с многочисленными публикациями иного рода, в которых назывались недостоверные цифры, как правило, многократно преувеличенные.
Реакция общественности на публикацию подлинной статистики политических репрессий была неоднозначной. Нередко высказывались предположения, что это фальшивка. Публицист А.В.Антонов-Овсеенко, акцентируя внимание на том, что эти документы подписывали такие заинтересованные лица, как Руденко, Круглов и Горшенин, внушал в 1991 году читателям «Литературной газеты»: «Служба дезинформации была на высоте во все времена. При Хрущёве тоже… Итак, за 32 года — менее четырёх миллионов. Кому нужны такие преступные справки, понятно» (Антонов-Овсеенко А.В. Противостояние // Литературная газета, 3 апреля 1991 г. С. 3)».
И что мы видим? Оказывается, публицист Антонов-Овсеенко совсем не ученого-историка Земскова атаковал, как утверждает Кара-Мурза. Критику Антонова-Овсеенко вызвал целый ряд публикаций статистики политических репрессий в СССР, среди которых были и статьи Земскова. Но сам же Земсков написал, что ВПЕРВЫЕ обнародовал число осужденных за контрреволюционные преступления и это подлинная статистика – А.Н.Яковлев.
Так получается, что демократы, как их назвал Кара-Мурза, атаковали за «подлинную» статистику совсем не беспристрастного ученого-историка В.Н.Земскова, а самого А.Н.Яковлева, члена Политбюро ЦК КПСС, главу комиссии Политбюро, под эгидой которой работала группа этих «беспристрастных» историков с целью придания обнародованным комиссией Яковлева сведений из КГБ научно-исторической видимости? А Земскову всего лишь было поручено ответить на критику «демократов» в адрес, по сути, самого главного демократа тех лет – А.Н.Яковлева. Очевидно, что фигура Земскова была наиболее удобной в качестве беспристрастного историка. Н.Ф.Некрасов, к примеру, автор первой публикации со статистикой репрессий, на эту роль совершенно не подходил, так как в то время он был еще генерал-майором МВД. А Земсков – обычный научный сотрудник, беспартийный.
В дальнейшем из всех публикаций, в той или иной мере затрагивающих вопросы статистики репрессий сталинского периода, упоминания о А.Н.Яковлеве, как о «первооткрывателе», исчезли, и эта статистика была приписана В.Н.Земскову, как результат его научной деятельности.