Пусть поскользнется, хлопнется на спину,
Пускай его войска его растопчут,
Пусть по нему пройдутся в сапогах,
В живот и в пах безжалостно пиная.
А кто из золота железо льет,
Из крови месит хлеб и копит жир,
Питаясь голодом других, – его
Пускай в колодезную яму кинут,
Снабдив едой всего на два-три дня.
Пусть медленно он пухнет с голодухи,
Последний жир теряя, выдыхая
Последней влаги капли. Пусть посмотрит
На облаков полет в овале красном
Колодезного сруба, пусть умрет
Без утешенья, пусть он превратится
В скелет лохматый, в мумию греха,
И пусть его помет засыплет птичий.
КОРИФЕЙ
Умеренность и разум мировой
Твоими говорят сейчас устами.
Вселяют мужество твои слова.
Давайте силу в песню превратим —
Так, как в канаву мы отводим воду.
ТРИГЕЙ
Ты хорошо сказал. Я буду петь,
А вы тяните дружно за канат.
Поет вместе с Хором.
Ох, и горе приключилось, —
Раз-два, взяли!
Милка в яму провалилась, —
Раз-два, взяли!
Помоги, народ, достать,
Мне без милки пропадать!
ТРИГЕЙ
Что с вами, люди? Дело не идет.
КОРИФЕЙ
Не знаю, что. Канат пока ни с места.
ТРИГЕЙ
Боюсь, что беотийцы тянут слабо,
А мышцы лишь для вида напрягают.
ГЕРМЕС
Я глазом опытным давно подметил,
Что в стороне аргивяне стоят.
Они всегда увиливать умели.
Увиливать умеют и сейчас.
ТРИГЕЙ
А как спартанцы? Тянут или нет?
ГЕРМЕС
Не так ретиво, как на поле боя.
ТРИГЕЙ
А что мегарцы? Уж они-то тянут?
ГЕРМЕС
Как те щенки, что обгрызают кость,
Боясь, что эту кость у них отнимут.
ТРИГЕЙ
Так не пойдет, мужи. Тяните честно.
Поет вместе с Хором.
Ох, в колодце нету дна,
Раз-два, взяли!
А без милки мне хана!
Раз-два, взяли!
Помоги, народ, достать.
Мне без милки пропадать!
Участники Хора тянут в разные стороны, так что получается перетягивание каната.
ТРИГЕЙ
