Пэт Кэдиган – Легенды о призраках (страница 55)
Дорога вела мимо пирса. Сезон давно кончился, и пирс был почти пуст – один грузовик на парковке, одна моторная лодка средних размеров на воде. Бернис чуть не проехала мимо, не останавливаясь, – она хотела снять номер в «Крупной рыбе». Что она там собиралась делать, это и для нее самой было загадкой. Вдруг она заметила, как рядом с лодкой всплыл аквалангист. Не глуша мотор, она остановилась у пустой билетной будки. Аквалангист проплыл вдоль своей лодки, поправил что-то на маске и забрался на борт.
Дворники машины Бернис шарахались по стеклу, по радио играла какая-то баллада – так тихо, что слов было не разобрать. Ее начало трясти. Это была не просто скорбь и раскаяние, а какое-то более древнее, более примитивное чувство. Она сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Пока она вылезала из машины и шла по пирсу до пришвартованной лодки, где аквалангист снимал маску и ласты, небо стало еще более серым. Это был молодой человек со светлыми волосами и густой рыжей бородой, из-за которой его лицо казалось очень бледным. Он сел на скамейку и скинул с плеч баллоны с воздухом. Бернис стояла на краю пирса. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Поднялся ветер, и лодка закачалась.
Он сказал:
– Потеряли кого-то?
– Да. Подруг.
– А, это те женщины, которые исчезли здесь минувшим летом. Мои соболезнования. – Кожа вокруг глаз у него была набрякшей. Она подумала: отчего это? От погружений или от слез?
– Вы здесь ныряете, чтобы найти какие-либо свидетельства трагедии?
– Да, я и еще пара человек. Есть еще компания из Орегона, но, по-моему, это охотники за сокровищами. Какие сокровища они тут ищут – непонятно.
– Из Орегона?
Он кивнул.
Она сказала:
– Иногда я людей просто ненавижу. А вы? Вы же тоже за сокровищами охотитесь, в некотором смысле. Вы хотите узнать, как произошла та или иная катастрофа. Ищете сенсацию. Я о вас читала.
– Я не ищу сенсаций. Я ищу ответы. Это озеро – вор. Вы знаете, мне кажется, если я найду их – жизни, украденные этим озером, – то освобожу их. Нельзя, чтобы души жертв остались здесь навечно.
– Мне снились кошмары об этом озере и о моей сестре. Я видела ее лицо. Она была мертва. Утонула. После несчастного случая я поняла, что все это время ошибалась. Я видела не свою сестру, а ее дочь. Вообще-то они не очень похожи друг на друга – но глаза и губы у них одинаковые. Это меня и сбило с толку.
– Такого никому не пожелаешь, мисс. Мой брат погиб в автокатастрофе. Ехал в Беллингем, и в него врезалась бетономешалка. А хуже всего – простите, если это прозвучит грубо, – что это не отпустит вас до конца жизни. И ничего тут не поделаешь.
– Темнеет, – сказала она.
В камышах, на которые уже спустились сумерки, прокричала гагара.
Вдохновение для создания «Рэдфилдских девчонок» мне подарило озеро Кресент – мрачное и по-своему красивое место неподалеку от моего дома в Олимпии, штат Вашингтон.
Очень популярное среди туристов, озеро Кресент представляет собой оставшуюся после ледника и заполненную водой впадину у подножия горы Сторм-Кинг на полуострове Олимпик. Это величественная, суровая местность, край гигантских вечнозеленых деревьев и иззубренных гор, граничащий с лесным заповедником Олимпик. Это озеро – одно из самых холодных и глубоких в Северной Америке, а еще считается, что оно проклято. Древние легенды племени клалламов гласят, что его глубины – обиталище злобных духов, ищущих, как бы утащить на дно нарушителей их покоя. Уже в наше время во время поездки по скалистому берегу озера исчезла супружеская пара – были найдены кое-какие личные вещи, но ни машину, ни их самих обнаружить не удалось. Самая известная легенда рассказывает о том, как в 1937 году одна местная женщина была убита собственным мужем. Ее труп всплыл на поверхность только через семь лет. Ледяная вода озера сохранила его в виде своего рода мыльной статуи. После этого ее муж был осужден за убийство.
Призраки, демоны, таинственные исчезновения, разнообразные мрачные трагедии – такова темная сторона озера Кресент. «Рэдфилдские девчонки» – первый рассказ, действие которого происходит в этой местности, но, как я подозреваю, не последний.
Произведения Лэйрда Баррона появлялись в таких изданиях, как
Пэт Кадиган
Между небом и Халлом
Когда автостопщик сел в «мондео», он уже знал, что совершил ошибку. Такое иногда случалось. Ты полдня бредешь пешком, а затем какая-нибудь машина наконец – слава тебе, Господи! – съезжает на обочину и останавливается. Ты настороженно подходишь к ней, ожидая, что вот сейчас она завизжит шинами и умчится, а люди в ней, наверное, будут от души хохотать – как же, неплохо ведь пошутили. Но она не трогается с места, и ты срываешься на бег, думая, что наконец-то удача тебе улыбнулась, потому что машина симпатичная, может быть, даже совсем новая. Перед тобой опускается окно, и у людей, которые смотрят на тебя, лица чистые и дружелюбные. Они спрашивают, куда ты направляешься, и ты понимаешь по их голосам, что они не угостят тебя кока-колой с рогипнолом и ты не проснешься на следующее утро где-нибудь в лесу, обобранный до нитки.
Так что ты радостно прыгаешь на заднее сиденье и с облегчением вздыхаешь, потому что как раз начинается дождь. И вдруг ты понимаешь, что дорогая стереосистема автомобиля послушно воспроизводит живую запись недоучившегося скрипача, или оперу Вагнера, или сборник «Сто лучших песен о любви в стиле кантри». По крыше машины бьют капли дождя, и день уже повернул к вечеру, а тебе приходится срочно решать, что для тебя важнее: не промокнуть или не потерять рассудок.
В данном конкретном случае две женщины, сидевшие впереди, оказались хохотушками. Они смеялись и хихикали не переставая, как девчонки. Его бы это так не раздражало, если бы они на самом деле были девчонками, но куда там – им было лет по сорок, а то и больше. Это еще, конечно, не старость, но смешливый возраст у них уже давно должен был пройти.
Естественно, еще до того как сесть машину, он уже подозревал, что эта поездка не будет самой приятной в его жизни. Еще стоя на съезде с шоссе, он видел, как они преспокойно ехали по круговому движению в обратном направлении – верный признак того, что за рулем земляк-американец. Однако такое обращение с развязками – не единственная раздражающая черта американцев. Иногда ему хотелось притвориться, что он канадец.
Но, Боже ты мой, он так долго торчал на этом чертовом съезде, и к тому же небо потихоньку затягивали тучи.
– Привет, я Дони, – сказала та, что сидела на водительском сиденье – хотя нет, это было как раз
– Салют! – Дикого вида женщина подмигнула ему в зеркало заднего вида. Ветер, влетающий в полуоткрытое окно, растрепал ее короткие, почти платиновые волосы. У другой женщины волосы были густые, черные, курчавые и перехвачены большой пластиковой заколкой. Прически у них были такие разные, что казалось, это было сделано намеренно, потому что в остальном они были похожи. По-крайней мере, хихикали они точно одинаково.
– Вы сестры, что ли? – спросил он и поморщился, когда они опять захихикали.
– Нет, просто очень старые друзья, – сказала черноволосая.
– Эй, кого это ты старой назвала? – фальшиво возмутилась вторая.
– Ну, друзья, которые очень давно друг друга знают. Так лучше, мадам?
– Гораздо лучше, спасибо. – Светловолосая снова посмотрела на него в зеркало заднего вида. – Ну, куда направляетесь?
– В Абердин, – ответил он, глядя, как о ветровое стекло разбиваются дождевые капли.
– А мы в Скарборо. Если нам повезет, успеем туда до темноты.
– Не выдумывай. Нам для этого должно как-то немыслимо повезти, – сказала черноволосая.
– Я не очень хорошо разбираюсь в географии, – сказал он. – Разве Скарборо так далеко?
– Естественно, далеко, если нам понадобилось сорок пять минут на то, чтобы выбраться из Хитроу, – сказала блондинка.
– Не привыкли к левостороннему движению? – спросил он.
– Можно и так сказать. Вы знаете, Дони даже поспорила со мной, что вы не сядете в машину после того небольшого конфуза с круговым движением.
– Ну, если честно, я удивился, что вы остановились, – ответил он. – Женщины почти никогда не берут попутчиков.
– Раз уж пошел разговор начистоту, я скажу, что мной двигали эгоистические побуждения. – Она опять хихикнула, на этот раз как-то глуповато. – Я надеялась, что вы англичанин и что вас можно убедить сесть за руль. – Еще один быстрый взгляд в зеркало заднего вида. – Но, как я понимаю, вы тоже не большой умелец ездить по этим дорогам?
– Да. Извините. Да и права у меня недействительны. Забыл обновить перед поездкой.
Черноволосая женщина поглядела на него через плечо и нахмурилась.
– Да, похоже, вы не слишком-то нам полезны. – Секунду-две ей удалось сохранять суровое выражение, и он уже решил было, что она говорит серьезно. Затем обе женщины рассмеялись, и он тоже принужденно хохотнул, чтобы показать, что он, в общем-то, ничего парень. Затем она снова нахмурилась: – Вы что, не пристегнулись? Пристегнитесь. Береженого Бог бережет.