Пэппер Винтерс – Последний долг (страница 108)

Уважая частную жизнь Кестрела, я сжег письмо Дэниэля. Оно никогда не будет прочитано. Слова, навсегда оставшиеся между двумя мертвыми братьями.

Я отнёс письмо Жасмин в ее комнату, оставив ее читать в одиночестве. И взял свой конверт на балкон Джульетты рядом с моим офисом, где я шпионил за Кесом и Нилой, когда они скакали галопом по лугу.

Прищурившись от зимнего солнца, я вытащил богатый пергамент и прочитал прощальные слова моего брата.

Привет, Джет.

Я предполагаю, что если ты читаешь это, то случилось что-то плохое.

Должен признаться, я не думал, что умру раньше тебя. В конце концов, ты старый хрыч, а не я. Но, если я умер, чтобы защитить тебя или помочь хоть в чем-то, тогда я рад. Если я умер от болезни или совершил какую-нибудь глупость, значит, так тому и быть. По крайней мере, я свободен от той боли, в которой я был.

Мне действительно нужно кое о чем тебя попросить. И мне нужно, чтобы ты сделал это, Джет. Не просто кивай и притворяйся, что так и будет. Мне действительно нужно, чтобы ты это сделал.

Не оплакивай меня.

Не думай, что я ушел, а представь, что я все еще с тобой, потому что я есть. Мы братья, и я не собираюсь покидать тебя. Я слишком долго был твоей опорой, чтобы бросить тебя в беде.

Так что, даже если я уйду физически, я клянусь тебе, что не уйду духовно. Разбросайте мои останки по поместью, и всякий раз, когда подует ветер, я буду рядом и расскажу тебе анекдот. Всякий раз, когда идет снег, я рядом, покрывая тебя инеем. Всякий раз, когда светит солнце, я рядом, согревая твою душу.

И когда ты наконец встретишь девушку, достойную твоей любви, я буду существовать внутри нее. Я научу ее, как тебе помочь. Я научу ее, как защищать тебя так же, как ты будешь защищать ее. Потому что ты, черт возьми, лучший друг, о котором брат мог только мечтать, и кем бы ни была девушка, которая украла твое сердце, я знаю, что она того стоит.

Страница 37

Я люблю ее. Так же, как я люблю тебя.

Никогда не забывай, что дружба - это навсегда.

Я увижу тебя снова, Кайт.

Я всегда буду рядом.

Я не плакал, хотя моя душа ныла от несправедливости и потери. Мои руки дрожали, когда я сложил письмо и осторожно положил его в конверт. Кес написал записку до того, как мы забрали Нилу. Однажды ночью он сидел один и писал письмо, которое должно было быть доставлено после его смерти.

Как ему удалось так много вместить в несколько коротких абзацев? Откуда он знал, что именно сказать?

Если бы только он написал это после того, как встретил Нилу.

Он знал бы, что то, что он предсказал, сбылось.

Нила была для меня всем.

Она заменила Кеса в качестве моей опоры, и я никогда не буду воспринимать ее как должное, как я это делал с ним.

Никогда.

Дул легкий ветерок, сладко пахнущий сеном из конюшни.

Я закрыл глаза и просто наслаждался моментом. Никаких мыслей. Никаких забот. Я позволил жизни существовать вокруг меня и украл несколько коротких секунд, чтобы связаться со своим мертвым братом.

Ты все еще здесь, Кестрел.

Я чувствую тебя.

Прошло еще несколько дней, и жизнь вошла в новый ритм.

Братья Блэк Даймонд выстроили свою собственную иерархию. Я назначил Флоу временным президентом, и он отобрал членов, которые не хотели следовать правильной стороне закона. Тех, кому мы щедро заплатили, заставили подписать соглашение о неразглашении, гарантирующее серьезные наказания, если они заговорят, и позволили им покинуть клуб.

Однажды вечером, когда только мы все поели — Уивер и Хоук сидели за одним столом в красной столовой, где было так много боли, — я отвёл Нилу за руку в нашу комнату. Когда-то давно мои комнаты назывались холостяцким крылом, но теперь они были нашими супружескими апартаментами. Медовый месяц, прежде чем я сделаю ее своей женой.

Мы вошли в крыло. Однако вместо того, чтобы отвести ее в постель, я дал ей ключ.

Стоя у подножия небольшой лестницы, ведущей на склад этажом выше, ее черные глаза встретились с моими в замешательстве.

- Что это?

Я мягко улыбнулся.

- На прошлой неделе мне удалось оставить кое-что из своего прошлого позади. Пришло время и тебе сделать то же самое.

Заключив ее в объятия, я пробормотал:

- Время отпустить прошлое, чтобы мы все могли двигаться дальше и исцелиться.

Я не хотел думать о том, что она там найдет. Ей придётся столкнуться с этим. Точно так же, как мне пришлось столкнуться с Катом.

Она позволила мне обнять себя, ее желание ко мне росло по мере того, как мы прикасались друг к другу. Я больше не мог откладывать это. Я и так слишком долго откладывал это.

Отстранившись, я отпустил ее, проводя рукой по волосам.

Она нахмурилась, вертя ключ в пальцах.

- Что он открывает?

То, что ты не захочешь видеть.

Поднявшись на первые несколько ступенек лестницы, я протянул ей руку, приглашая следовать за собой.

- Я тебе покажу.

Она молча последовала за мной вверх по извилистой каменной лестнице, нервозность наслаивалась на ее мысли по мере того, как мы поднимались все выше.

Мы ни с кем не столкнулись. Не было страха быть пойманным камерами не было необходимости прятаться от сумасшедших с угрозами расправы. Просто обычный дом и обычная ночь. Но я собираюсь сделать очень необычную вещь.

Нила замедлялась по мере того, как мы поднимались все выше.

- Куда мы направляемся?

Я не оглядывался назад. Если бы я это сделал, я бы усомнился в разумности того, что я делал. Это был не мой выбор - решать, было ли это неправильно. Он принадлежал Ниле.

- Почти пришли.

Когда мы поднялись на третий этаж Ката, она запнулась.

- Скажи мне.

Схватив ее за руку, я потащил ее по коридору, устланному плюшевым ковром. Здесь, наверху, пространство не украшали ни произведения искусства, ни вышивка. Эти комнаты были невидимой частью Холла. Место, где хранились секреты, а долги были спрятаны навечно.

- Увидишь.

Я повел Нилу дальше по коридору, остановившись перед комнатой, в которую ей не разрешалось входить. Это была не просто комната, а могила воспоминаний. В Холле было еще так много неизведанных уголков. Она побывала лишь в небольшой части моего дома, и большинство комнат были такими же гостеприимными, как и все остальные.

Но не эта.

В этой жили кошмары.

Мекка для хранения всех полученных долгов.

На резной двери были изображены розы и тюльпаны, похожие на ужасные цветочные композиции, которыми наслаждалась Бонни. В тот момент, когда содержимое будет очищено, я уничтожу и эту дверь.

Взяв ключ из дрожащих пальцев Нилы, я вставил его в замок и открыл дверь. Тихий щелчок механизма заставил меня с трудом сглотнуть. Я чувствовал себя так, словно вторгся в то, во что не должен был, входил в царство, не предназначенное для меня.

- После тебя.

Мое сердце бешено заколотилось от серьезности ее лица.

- Что... что там внутри?

Я мельком взглянул на ковер, заставляя себя не утонуть в ее внезапном страхе.