Пэппер Винтерс – Долг по наследству (страница 26)

Глава 12

Нила

Иголочка с ниточкой: Я возбуждённа и лежу в постели. На удивление, я спала намного лучше, чем предполагала. Ты хорошо провёл ночь? Лежал в своей кровати и представлял, как я удовлетворяю тебя? Что я делала с тобой? Расскажи, Кайт. Я хочу, чтобы ты перенёс меня из реальности в свою фантазию, более приятную, чем моя нудная жизнь.

Кайт007: Ты возбуждена этим утром? Ты так отчаялась, что решила поговорить о моём члене? Не то чтобы я против этого, я скорее впечатлён твоей развязностью. Расскажи мне больше... Умоляй меня...

Иголочка с ниточкой: Умолять? Как можно умолять, о том, в чём нуждаются оба, больше чем хотят? Ты бы предпочёл, если бы я стояла на коленях? Или, возможно, на спине, готовая ко всему, что ты сможешь мне дать?

Кайт007: Чёрт. Что на тебя нашло? Умоляй. Вообрази, что я навис над тобою, схватившись рукой за свой член. Я поглаживаю его, мой кулак двигается так чертовски быстро при мысли о тебе с разведёнными ногами и ласкающей себя. Опиши мне себя. Сейчас же. Тогда, я, возможно, вознагражу тебя.

Иголочка с ниточкой: Я делаю то, что ты сказал. Умоляю, всхлипываю, лаская себя, пока не начинаю учащённо дышать, а мои мольбы не превращаются в стоны. Я влажная для тебя. Я возбуждена для тебя. Пожалуйста, Кайт. Подари мне фантазию. Дай мне что-то приятное, за что я могу удержаться.

Кайт007: Что это за хрень? Как я кончу, когда ты пишешь такие странные сообщения?

Иголочка с ниточкой: Странные? Нет. Я даю тебе то, что ты хочешь, взамен на то, в чём нуждаюсь я.

Кайт007: Как предполагается, в этом должен быть какой-то смысл, поскольку я не понимаю этого дерьмового кода. Бл*дь, ты, правда, заставляешь меня делать это.

Иголочка с ниточкой: Делать что?

Кайт007: Спрашивать тебя! Ладно, хорошо. Что заставило твои трусики так намокнуть, что ты так сильно захотела меня? Почему, мне кажется, что ты изменилась?

Я уставилась в свой телефон, моё сердце бешено заколотилось. Я пыталась обыграть всё скромно и смело. Я думала, что обманула его, что я всё ещё та Нила, и всё ещё живу той довольной, но скучной жизнью.

Очевидно, нет.

Я перечитала свои прошлые ответы, и так и не смогла увидеть разницу. Неужели я так сильно изменилась?

В Кайте не было ничего ласкового. Не было никаких оснований для меня, пытаться заполучить его, поскольку в моей жизни было достаточно ублюдков, один из них ― Джетро. Не было никакого смысла в том, чтобы позволить ему использовать себя, но это всё было странно. В то же время это имело смысл, потому что я охотно передала ему контроль над собой, это было то, в чём я нуждалась, поскольку моя жизнь постоянно выходила за рамки контроля. В то время как Джетро был готов разрушить, выбросить и управлять каждым дюймом контроля, который у меня был, Кайт восполнял всё это каким-то странным, изумительным способом.

Он монстр, я знаю. Он не ласковый и милый, но он — мой, потому что я выбрала его. Открытое неповиновение было ещё одним глупым очком не в пользу чудовища Джетро Хоука.

Выпрямив спину, я пыталась найти способ, как смягчить Кайта, тогда всё это было бы намного легче принять.

Кайт007: Расскажи мне, затем, заставь кончить. Тебе нужно сделать два дела. Вперёд.

Глубоко вздохнув, я начала печатать сообщение.

Иголочка с ниточкой: Скажи мне, если это выходит за пределы дозволенного, но ответ на твой вопрос: «Почему тебе кажется, что я изменилась?» Отвечу, это потому, что я чувствую себя по-другому. Всё стало другим. Думаю, я всегда боролась против перемен. Мне нравилась обыденность. Я любила рутину. Думала, что перемены разрушат меня. Но... потом... я просто изменилась.

Кайт007: Изменилась? Ты правда хочешь втянуть меня в это? Мой член нереально твёрд, а яйца напряглись от желания кончить. Выкладывай всё, чтобы мы могли добраться до второго пункта в твоём списке.

Иголочка с ниточкой: Изменилась только я. Будто всё, с чем я столкнулась, стало неважным. Просто исчезло...

Кайт007: Исчезло?

Иголочка с ниточкой: Да. Высвободилось, напугало до чёртиков и смутило. Но что-то изменилось внутри и, кажется, будто я выросла.

Я вздохнула. Он пришлёт в ответ что-нибудь ужасное, мой ответ был слишком откровенным. Я знала это. Но всё равно отправила.

Кайт007: Ты вышла за пределы наших рамок. Вернёмся к нашей теме. Давай попробуем то, что ты хочешь. Я рад, что ты выросла, и от этого я чувствую себя намного лучше, осознавая, что не дрочу на извращённую четырнадцатилетнюю девочку. И теперь я кое-что хочу: слишком плохо для тебя, поскольку я не уйду и даже не планирую, прежде чем ты закончишь то, что начала. Давай покончим с этим таинственным дерьмом. Обрати все своё внимание на то, что я запихиваю свой член тебе в рот. Ты пытаешься говорить, но давишься членом, твой голос отдаётся в моих яйцах. Перестань болтать и вернись к делу. Соси.

Я вздохнула. Внутри меня кружились две эмоции: раздражение и признательность. Он ответил на моё признание. Он не заткнул меня и не был идиотом, как обычно. Прогресс.

Временной мягкости было достаточно, для того, чтобы заполучить меня, на следующую пару часов.

Разве ты не хочешь большего?

Моё сердце бешено забилось.

Кайт с одобрением ответил на мои скрытые намёки, но я надеялась...

А неважно на что я надеялась...

Казалось всё, чего я хотела в этом мире — было мне недоступно, включая доброе слово от Кайта. Мы были так близки к нормальному разговору. Изучали друг друга, делились, несмотря на сложность сообщений.

Он позволил мне приблизиться на микросекунду, затем резко отстранился и использовал секс, как инструмент, чтобы удержать меня на месте, и напомнить, что я не играю никакой роли в его жизни, я не его друг и никак не связана с ним. Я была невидимой шлюхой. Бесплатной проституткой, жившей в его телефоне.

Я не могла позволить ему причинить мне боль. Я не могла позволить ему ослабить меня.

Он сделал то, в чём я так нуждалась — напомнил, что я была достаточно сильна. Ничего не оставалось, кроме как закончить разговор, покинуть сексуальную фантазию и вернуться к трагедиям моего нового мира.

Кайт007: Ты не отсосала. Так уж и быть, я немного воодушевлю тебя. Если ты отсосёшь, я верну услугу. Я положу тебя на спину, раздвину твои ноги и зароюсь своим лицом между ними. Я буду кусать тебя, трахать своим языком, пока ты не забудешь всё на свете и не кончишь.

Мой желудок скрутило. Это было не романтично, но в действительности дарило крошечный кусочек тепла, в котором я так нуждалась.

До того, как я успела ответить, пришло ещё одно сообщение.

Кайт007: Расскажи мне, где ты сейчас находишься. Ты обнажена? Поласкай себя пальчиками. Пришли мне фото, если хватит смелости.

Я рассмеялась. Звук раздался в пространстве, которое Джетро любезно предоставил мне на ночь. Рассмеяться было единственным, что я могла сделать. Фото? Чего? Раны на моих ладонях, из-за того, что я вчера ползла до псарни? Или лучше порезы на коленях?

Возможно, он хотел получить фотку моей уютной спальни и прекрасных товарищей по кровати.

Впервые осмотревшись, после того как я проснулась, я позволила всей безнадёжности в этой ситуации взять верх.

Храбрость, за которую я хваталась, как утопающий за спасательный круг, куда-то улетучилась. Болезненное отчаяние заполняло моё сердце и тянуло вниз, словно якоря, за которые я так отчаянно держалась.

По всем стандартам, псарня была роскошной. Крыша была водонепроницаемой. Пол чистый и гигиеничный. Даже было свободное место.

Но оно было не только моим. Мне приходилось делиться.

Сквирл, мой любимец из одиннадцати собак, с которым я провела ночь, толкнул меня в руку. Я назвала его в честь лазающего по деревьям зверька, из-за густой шерсти на хвосте. С собачьей улыбкой, он облизывал мою руку, опираясь на мой торс.

В детстве у меня не было животных. Мы были слишком заняты семьёй, работая и путешествуя по экзотическим местам, чтобы найти поставщиков ткани и разных товаров. До вчерашнего вечера я наивно боялась собак. Что превратилось в ужас, когда Джетро бросил меня сюда.

Я вздрогнула, прижимая Сквирела ближе к себе, воруя его нежное тепло. Прошлой ночью Джетро пытался сломить меня. Без помощи кулаков, изнасилования или грубых слов. Нет, он пытался сломить меня, отобрав права, которые я имела, будучи человеком. Заставляя чувствовать себя не лучше собак, которых он здесь держал.

Он бы преуспел, если бы мой ужас не смягчился замешательством, затем благодарностью. Он сделал мне одолжение, я предпочитала компанию собак. Они не только вытерпели моё вторжение, но и приняли в стаю.

Сквирл облизал мою поцарапанную камешками ладонь, давая знать, что он понял мою боль. Я всё ещё страдала из-за того, что ползала по поместью, мимо безупречных цветников, по идеально скошенной траве, пробираясь сквозь тени отброшенные внушительной оградой.