Пенни Ллэйн – Почему роботы убивают? (страница 6)

– Помоги! – крикнул Ханне, она тут же вцепилась в ноги Беллы, и вдвоём они унесли тело в кабинет Макса. Весь кухонный пол в осколках. Я ещё чувствовала на губах привкус мяты, но перед глазами – застывшее лицо Беллы. Она видела нас. Точно видела. Я вошла в кабинет Макса и чуть не вскрикнула, рассмотрев её в кресле. Волосы лежали рядом на столе, задняя часть черепа отсутствовала, внутри небольшая полость, в ней плата с процессором – её мозг. Срез кровоточил, я еле сдержала тошноту. Вблизи и с пустыми глазами она напоминала куклу. Я провела пальцем по руке андроида – кожа на ощупь другая. Не как у людей. Будь я внимательнее, сразу бы поняла, что она не живая. Макс склонился у док-станции, пальцы в крови, я поспешно отвела взгляд. Он обернулся и нахмурился, увидев меня:

– Тебе не стоит на это смотреть. Кажется, с одной из микросхем проблемы, я исправлю.

– Она увидела нас. И сломалась.

– Не думаю. – Он подошёл ко мне, я посмотрела на его перепачканные руки и испуганно отступила. Заметил мой взгляд, Макс вздохнул: – Кровь искусственная. Имитация. Белле не больно, она отключена.

– Зачем наделять их чувствами? Чтобы они страдали?

– Кэти… – Он поправил очки, оставив на них красный след, – чувства ненастоящие, их можно выключить нажатием одной кнопки. Ты принимаешь всё слишком близко к сердцу. С Беллой случился небольшой баг, ничего серьёзного. Скажи Лиззи, пусть подаёт ужин, я скоро подойду.

Я покинула кабинет и пошла в столовую, хотя меня не покидала уверенность, что не смогу проглотить ни кусочка. Он вёл себя так, будто никакого поцелуя не было. Вероятно, для него это ничего и не значило. Поддался моменту. Сейчас его больше заботила Белла. Макс закрылся в кабинете до поздней ночи, я же лежала в постели без сна, прислушиваясь к каждому шороху в коридоре, и заснула только после того, как хлопнула дверь в его спальню. Когда спустилась утром на кухню, он уже уехал в центр. Сделала себе кофе, отмахнувшись от услужливой Лиззи, потом вышла к бассейну. Сегодня довольно жарко с самого утра, неплохо бы поплавать, но купальника у меня нет. Я села на край и просто болтала ногами в воде.

Когда вернулась в дом, откуда-то со второго этажа донеслись звуки музыки. Я неслышно поднялась по лестнице, мелодия манила, я словно видела перед собой чёрно-белые клавиши, представляя, как руки порхают над ними в экзотическом танце. Двойные стеклянные двери в зал оказались открыты, на полу – белый ковёр с высоким ворсом, в котором тонули ножки старинного рояля «Steinway & Sons». За роялем, спиной ко мне, сидела Белла, покачиваясь в такт музыке. Что-то классическое, знакомое, но вспомнить не получилось. Я стояла, замерев на пороге, в движениях девушки-андроида скользило отчаяние, мелодия лишь добавляла трагизма. Пальцы в последний раз коснулись клавиш, и в зале наступила тишина. Белла, почувствовав мой взгляд, оглянулась.

– Ты прекрасно играешь. Что за композиция? – Я робко улыбнулась.

– «Долина Обермана» Ференц Лист. – Она окинула меня равнодушным взглядом и встала из-за рояля, вышла на балкон, я снова разглядывала её спину, затем перевела взгляд на инструмент. Руки буквально чесались, так хотелось ощутить приятную гладкость клавиш под пальцами. Но не решилась: я покусилась на её Макса, а теперь ещё и рояль. Ушла на цыпочках – сегодняшняя Белла пугала меня больше, чем прежняя.

Я постепенно привыкала к новому месту, незаметно стала чувствовать себя как дома. Постоянно напоминала себе, что здесь лишь временное пристанище, но думать об этом не хотелось. Много читала. Как-то вечером спросила про модуль (микрокомпьютер, подключающийся к любому устройству) – с коммутатора не всегда удобно, Макс, посмеиваясь, завёл меня в мою спальню, подошёл к столу напротив кровати и что-то нажал под столешницей. В середине стола из незаметной прорези выдвинулся плоский, не толще листа бумаги, дисплей, а прямо перед ним – прозрачная мини-клавиатура. Макс нажал на крайнюю кнопку со значком Power, на экране появилось приветствие.

Несколько дней я была предоставлена сама себе – Макс до позднего вечера пропадал в своих лабораториях. С Лиззи и Ханной тоже можно общаться, но большую часть времени я проводила за мольбертом. Белла на глаза почти не показывалась, а, если мы и пересекались, то будто не замечала меня. Иногда Макс по вечерам закрывался с ней ненадолго в кабинете, наверно, экспериментировал с программами.

Глава 6

Сегодня утром я, как обычно, спустилась на кухню выпить кофе. Привычным движением коснулась пальцем кнопки и почувствовала сильный удар, будто в меня врезался грузовик, пальцы сжались, оставляя на ладонях отметины, сердце учащённо забилось, в глазах потемнело. Я падала в бездну. Бесконечно долго. Очнулась от встревоженного голоса Макса. Открыла глаза – белый потолок. На секунду показалось, что я снова в клинике. Повернула голову набок. Гостиная. Я лежала на диване, Макс расположился рядом на стуле, за его спиной – Лиззи и Ханна.

– Что случилось? – В голове немного шумело, но в целом я чувствовала себя нормально.

– Кофемашина из строя вышла. Тебя ударило током. – Он выглядел озадаченным и немного испуганным.

– Не везёт мне с машинами, они так и норовят меня убить, – попыталась пошутить я, но он не улыбнулся. Я коснулась его руки: – Со мной всё в порядке. Немного испугалась.

– В офис уже не поеду. – Он взглянул на часы. – Можем посмотреть фильм. Я скучал по нашим разговорам.

Я прижала руки к груди, пытаясь унять безумный стук сердца и кивнула. Мы переместились в его спальню и весь вечер валялись на кровати и залипали в старый детективный сериал. Даже ужин Лиззи принесла в комнату. Макс смешно передразнивал героев, я хохотала до коликов в боку. Ненадолго прервались на новости, затем он включил другой фильм. Мелодраму. Я почти не следила за сюжетом, Макс закинул руку, неловко обнимая меня за плечи и уставившись в экран с притворным интересом. А я боялась пошевелиться и потерять волшебные ощущения от его прикосновений. Он наконец-то избавился от своего видавшего виды свитера, последнее время почти всегда на нём белая в узкую чёрную полоску рубашка с коротким рукавом, пуговицы которой неизменно притягивали мой взгляд. Ужасно хотелось их расстегнуть.

Интересно, преследуют ли его подобные желания? Если бы я знала, что проведу с ним полдня, оделась бы иначе. Сейчас на мне обычный летний сарафан с незамысловатым узором в цветочек и юбкой ниже колена – ничего сексуального. И всё, на что мне хватило смелости – прижаться плотнее к плечу Макса. Но этого оказалось достаточно, чтобы он оторвался от экрана и вопросительно посмотрел на меня. Я вздрогнула, приоткрыв рот – воздуха не хватало от волнения. Рука Макса коснулась моей щеки, а его губы жадно впились в мои, заставив меня охнуть от неожиданности. Я наконец решилась исполнить своё желание и потянулась к пуговицам на его рубашке, пальцы дрожали от волнения, затягивая процесс.

У него с моим сарафаном отношения складывались куда быстрее: я не успела и глазом моргнуть, как он стянул тонкие бретельки с плеч и потащил его вниз за подол, обнажая грудь. Бюстгальтер под такие модели не предусмотрен. Я покраснела, но он не заметил, освобождая меня от одежды не слишком быстро, любуясь на каждый оголённый участок тела. Здесь я Белле точно проиграю. Эта мысль заставила замереть и потянуться за спасительным покрывалом, небрежно сброшенным на пол нашей вознёй. Но Макс остановил меня, рубашка полетела на пол, за ней – мой сарафан, он прижал меня к кровати, одной рукой пытаясь вытащить ремень из брюк. Мне хотелось кричать. Это такое блаженство – чувствовать, как его кожа соприкасается с моей. Невыносимая пытка ожидания сводила с ума. Ремень наконец выскользнул и упал на пол, глухо брякнув пряжкой. Но Макс вдруг замер, устремив взгляд в сторону двери, я повернула голову и вскрикнула: Белла стояла, прислонившись к стене, скрестив руки на груди, и смотрела прямо на нас. Её глаза зловеще блестели в полумраке комнаты.

– Чёрт! – Макс скатился с кровати, на ходу застёгивая штаны и, грубо схватив её за руку, выволок за собой из спальни. Я слышала топот их ног в коридоре. Закутавшись в покрывало до подбородка, трясущимися руками собрала с пола одежду, выглянула в коридор – никого. В два прыжка достигла своей комнаты и забралась на кровать, по-прежнему прячась в спасительное покрывало. Щёки в потёках от слёз. Перед глазами лицо Беллы – без единой эмоции. Спустя несколько минут раздался стук в дверь, я вздрогнула.

– Кэти, ты здесь? Можно, я войду? – Макс постучал ещё раз и, не дожидаясь ответа, вошёл в комнату. Я вжалась в стену. Он сел рядом, не касаясь меня: – Извини. Не знаю, что на неё нашло. Продолжим?

– Думаю, сейчас не подходящий момент, – еле слышно отозвалась я.

– Да, действительно, – он молчал несколько секунд, затем робко спросил: – Можно я останусь? Не хочу спать один.

Я удивлённо подняла на него глаза.

– Просто хочу поспать с тобой в одной постели. В буквальном смысле этого слова. Если ты не против.

– Хорошо. Я не против. – Пульс снова участился. Интересно, я спала когда-нибудь в одной постели с мужчиной? Хоть в каком-нибудь смысле? Подумала, что нет. Макс, скорее всего, чуть не стал моим первым. Если бы не эта проклятая машина. И я бы хотела, чтобы первым был именно он. Возможно, даже единственным. Я боялась, что не смогу уснуть рядом с ним, но слишком многое произошло в этот день и организму требовалась передышка. Проспала всю ночь как убитая. Когда проснулась утром, Макс уже ушёл, оставив бледно-розовый цветок в высокой изогнутой вазе. Я улыбнулась. Он нашёл время сорвать его в саду и принести мне.