Пенни Ллэйн – Мятежная (страница 46)

Совсем забыла про Ванин день рождения, вспомнила, когда мы уже собирались ехать во дворец.

— Да я и не думал отмечать, — невозмутимо ответил сын, — не до этого сейчас. И вообще… скоро полнолуние. И точную дату мы всё равно не знаем.

Я с тревогой перевела взгляд на Дарью. Мы пришли сюда из-за Вани! А у меня самое главное вылетело из головы.

— Я проведу ритуал, — успокоила нас девушка.

— Когда? До полнолуния осталось чуть больше недели!

— Вот именно тогда. В другое время не сработает. У нас только один шанс.

По спине пробежали мурашки. Захотелось забиться в тёмный угол и никого не видеть. Плевать на голосование, на толпу ожидающих, на этот город! Я могу потерять сына, и тогда всё зря.

— Опаздываем, — дёрнул меня за руку Ваня. Он не нервничал, разве что казался серьёзнее, чем обычно.

Жители почти единогласно проголосовали за смертную казнь. Они жаждали мести. Жаждали крови за все свои страдания. И, наверно, они заслужили свой приз. Последнее слово за мной. Я ещё не согласилась управлять городом, но меня уже короновали и ждут решения.

Я стояла в бывшем кабинете Лидии у окна и смотрела вниз на толпу, заполняющую задний дворцовый двор. Лидия и её приспешники будут сожжены. Приговор в исполнение приведут роботы, хотя многие из местных с удовольствием бы согласились бросить зажжённую спичку. Но никто из них не заслуживал жить с осознанием, что стал убийцей. Пусть все мы таковы косвенно — все, кто проголосовал «за». И самый главный палач здесь я — за мной последнее слово. Имела ли я на это право? Забрать чью-то жизнь? Пусть даже монстра, не ведающего жалости?

— Ты приняла правильное решение, — тихо произнесла Дарья за моей спиной.

— Убить убийцу во имя прекращения убийств — цинично, тебе не кажется?

— Иногда другого выхода нет. — Она положила руку мне на плечо: — Зло нужно остановить.

— А кто я такая, чтобы решать где добро, где зло? По сути, мы пришли из другого бункера и спровоцировали бунт!

— Бунт назревал давно.

— Но именно мы захватили отстроенный вампирами город, а их хотим сжечь на костре. Для них зло — мы!

— Лидия ничего не строила, у неё были рабы, которые вкалывали без выходных, питаясь объедками. Многие умерли, так и не увидев результаты своих трудов. Эти твари не заслуживают твоей жалости.

— Я не жалею, я боюсь, что во имя добра мы заключаем сделку со злом. И где уверенность, что правда на нашей стороне, а не на их?

— Да, всё в мире относительно, — спокойно согласилась ведьма, — но в природе у жертвы всегда есть шанс — дать отпор или убежать. У нас этот шанс отняли. Вампиры нарушили равновесие…Ты должна выйти к людям. Они ждут.

— Не могу.

— Можешь. Иначе они почувствуют твою слабость. Правитель не имеет права быть слабым.

— Значит, я не гожусь в правители.

— Ты сильнее, чем думаешь, — Дарья смотрела мне в глаза, не мигая. — И я спасу твоего сына, как обещала. Но сейчас ты должна быть там, с нами.

Мы спустились по лестнице, во двор я вышла с высоко поднятой головой, толпа приветствовала. Я подошла к трибуне, с которой ещё недавно Лидия объявляла вампирский ужин. Мы оставим традицию, только теперь каждую субботу будем праздновать освобождение.

Вампиров и четырёх ведьм привязали серебряными цепями к столбам в самом центре. Близко никого не подпускали: роботы ровными рядами охраняли приговорённых. Но периодически из толпы летели камни, и некоторые из них достигали цели. Карл зачитал приговор, изредка бросая на меня взгляд. Я стояла, не шелохнувшись, сжав губы и глядя прямо перед собой. Казалось, если сделаю хоть одно движение, тут же грохнусь в обморок. Подошёл Тёма, опираясь на костыли, и обнял меня одной рукой. «Я рядом», — беззвучно шевельнул губами.

— Поджигай! — Удивительно, но голос прозвучал уверенно и сильно, я сжала Тёмину руку и оглянулась на Ваню с Дарьей. Они тоже стояли, обнявшись. Роботы синхронно поднесли горящие факелы к приговорённым. Я отвела взгляд в сторону, стоило огромных усилий не рвануть с места подальше от корчащихся в огне тел и душераздирающих криков. Я должна была остаться. Я поклонилась Тьме, чтобы освободить Свет. У меня достаточно сил, чтобы справиться с этим.

Тёма отпустил мою руку и, склонив голову, скрылся за дворцовыми дверями. Его примеру последовали ещё несколько человек и почти все оставшиеся вампиры. Я простояла до конца, пока в центре двора не остался лишь пепел. Толпа поредела, народ потихоньку расходился, а я превратилась в статую — боялась шелохнуться, вперив невидящий взгляд куда-то поверх сваленных у забора куч грязного снега.

— Всё кончено. Идём, — Ваня обнял меня за плечи и помог подняться по ступенькам на крыльцо. Прежде чем войти во дворец, оглянулась — роботы убирали мусор, сгребая его большими пластиковыми совками.

— Вам нужно переехать во дворец, — обратился ко мне Карл, как только мы вошли в главный зал.

— Это необязательно. — Больше всего мне сейчас хотелось остаться одной, а не решать вопросы жилья.

— Негоже королеве жить на краю города. Твоё место во дворце. Сделаем ремонт, чтобы ничего не напоминало, — настаивал Карл.

— Так положено, — поддакнул Михайло. — Тебе здесь понравится, сделаем всё по-твоему вкусу. Я ребят подгоню.

— Хорошо. Мы переедем. Позже. Ремонтом пусть Тёма занимается. — Я бросила на него умоляющий взгляд, муж понял без слов.

— Все деловые вопросы решим на следующей неделе, — твёрдо заявил Тёма, беря меня под руку, — а сейчас королеве надо отдохнуть.

Мы вышли на свежий воздух и почти бегом, насколько позволяли костыли, помчались к ближайшей свободной карете. Уже внутри расхохотались, запыхавшись, кашляя от нехватки воздуха, будто нашкодившие дети, улизнувшие с места преступления.

— Ко-ро-ле-ва-а-а, — протянул важным тоном Тёма и снова зашёлся в хохоте.

— Прекрати! — молила я. — Уже живот болит.

Смех стих, мы молча смотрели в окно и улыбались.

— У тебя получится, — вдруг серьёзно заявил Тёма. — Может, это то, чего тебе всегда не хватало. Устанавливать свои правила, а не подчиняться чужим.

— Боюсь, что мои правила тоже не всем понравятся.

— Ну, не без этого. Советник поможет, — усмехнулся Тёма.

— О нет, ни за что!

Глава 65. Ритуал

За ремонт во дворце взялись сразу же: Миха привёл, наверно, всю свою стаю оборотней, Тёма чертил планы и показывал мне идеи интерьеров. Незаметно я заразилась их воодушевлением и с удовольствием разглядывала нарисованные мужем картинки. Потихоньку перевозила вещи на новое место жительства, Ваня помогал разобраться с делами и постоянно подсовывал мне расчёты Советника. От количества свалившихся на меня проблем кружилась голова. В городе мало врачей, почти нет учителей — вампиры не заботились о населении.

— Учителей можно запустить голографических, — успокаивал Ваня, — пока первое поколение не получит нормальное образование.

— Ты сможешь это сделать? — удивлялась я.

— А что там сложного? Загружу программы и вперёд! Вот с врачами засада: вампиры не болеют, а на остальных им было плевать, лечили только приближённых.

— Среди ведьм есть целители. Да и знахари что-то да умеют.

— Это антинаучно, — сморщил нос сын.

— Наука так и не смогла объяснить магию, но признала её существование, — парировала я.

— Ладно, придётся как-то объединять магию с наукой, — почесал затылок Ваня.

Но сейчас помочь могло только волшебство. Полнолуние. Ваня почти всю ночь не спал, даже зелье Дарьи не помогало. Он постоянно чесался и странно дёргал головой.

Около восьми вечера мы приготовились к ритуалу. Дарья сказала, что нам с Тёмой присутствовать незачем (тем более он только недавно избавился от костылей и ещё разрабатывал ногу), но разве я могла оставить сына одного в такую минуту? Она пожала плечами и вытащила из чулана лыжи, молча протянула мне и мужу.

— Мы идём в лес, — пояснила, поймав мой недоумённый взгляд.

На сани мы погрузили большое корыто, сложив в него всё необходимое, и выдвинулись в путь. Небо почти потемнело, осталась лишь тонкая золотисто-розовая полоса от заходящего солнца на горизонте. Перед нами распахнули ворота, почтенно склонив головы при виде меня, двое мужчин. Тёма усмехнулся, я сердито сдвинула брови.

По городской очищенной дороге сани противно скрипели, за стеной снега ещё много и идти стало легче. До леса рукой подать, но не он был нашей конечной целью — пришлось ещё лезть на гору. Здесь гулял ветер, больно кусая лицо кружащимися в воздухе снежинками. Дарья разожгла костёр и подвесила над ним ведро со снегом, корыто поставила рядом. Ваня молча наблюдал, за всю дорогу он не проронил ни слова. Я подошла к нему и обняла, он уткнулся мне в плечо:

— Всё будет хорошо, мам.

Я вдохнула запах его волос. Если не выйдет, я больше никогда не увижу сына.

— Готово, — окликнула нас Дарья, выливая воду в корыто. Разложила возле себя несколько склянок и тряпичных мешочков, перетянутых толстой нитью. Достала из одного пару камней, зажала их в кулаке, беззвучно шевеля губами, и кинула в воду. Вода зашипела и помутнела. Затем последовала щепотка какой-то травы из одной склянки, другой. Ведьма сидела с полуприкрытыми глазами, словно в трансе, шепча что-то неразборчивое и размахивая руками над корытом.

— Раздевайся, — скомандовала она Ване и кивнула на воду. Ваня мгновенно подчинился и через пару секунд уже сидел в корыте, поёживаясь от холодного воздуха.