Пенни Ди – Безумно красив (ЛП) (страница 30)

— Может, не для текилы. — Сказал Дин, и его глаза засветились похотью, когда переместились на мою грудь.

Хит глубоко вдохнул, зажмуривая закрытые глаза. Я знала, что он борется с желанием ударить Дина. Даже в состоянии опьянения, на его лице я могла увидеть слабую сдержанность.

Вместо этого он отвернулся от Дина и повернулся ко мне.

— Ты пьяна, Харлоу. Я отвезу тебя домой, пока ты не отключилась.

Он подошел, чтобы помочь мне встать со стула, но я неуклюже оттолкнула его и чуть не упала, но он поймал меня в свои крепкие объятия. Дин встал.

— Я отвезу ее домой.

Хит метнул в него убийственный взгляд.

— Она пьяна. Она никуда с тобой не поедет.

— Отвали, Хит, — предупредил Дин.

Хит усадил меня на стул и развернулся. Он был выше и гораздо внушительнее Дина.

— Послушай меня, придурок, я знаю, что ты делаешь, и не допущу этого. Пытаешься напоить ее так, чтобы уговорить ее раздеться? — он наклонился ближе, а его голос был устрашающе низким. — Мне стоит даже за попытку надрать тебе задницу.

Дин прищурился.

— В любое время, когда ты захочешь попытаться, красавчик.

Вдруг я почувствовала слабость, и мир начал вращаться.

— Меня сейчас стошнит, — пролепетала я заплетающимся языком.

Без колебания, прежде чем я это поняла, Хит подхватил меня и вывел на улицу. Как только меня коснулся ночной воздух, я выплеснула все содержимое своего желудка.

Одной рукой Хит держал меня за бедра, чтобы я не свалилась, а другой убрал мои волосы назад. Когда спазмы, наконец, прекратились, я встала напротив него.

— Я в порядке, — пробормотала я, немного не уверенная так ли это. Потом вспомнив, что Дин все еще был внутри, я легко толкнула Хита. — Я возвращаюсь.

Он крепче сжал меня.

— Я так не думаю, Харлоу. Единственное место, куда ты поедешь — это домой.

Вторая попытка оттолкнуть его, была столь же неэффективна. Я не справлюсь с ним.

— Ты не можешь говорить мне, что делать, — огрызнулась я.

— Могу, когда в твоих венах алкоголя больше, чем плазмы.

Он попытался отвести меня подальше от входа в клуб, но я горела желанием свалить от него.

— Отпусти меня. — Я закачалась на высоких каблуках и неуверенно поправила свое платье. — Разве у тебя нет девушки, чтобы в нее засунь свой член?

Брови Хита от удивления поползли вверх, но быстро вернулись на место.

— Прямо сейчас я очень занят, пытаясь убедиться, что ты благополучно доберешься домой.

— Я не пойду домой!

— Да, пойдешь.

Я попыталась вернуться в клуб, но Хит встал на моем пути.

Пьяная, расстроенная и немного злая на него за то, что он такой придурок, я положила руки на его грудь, чтобы оттолкнуть. Он не двинулся с места.

— Уйди с дороги, ты, придурок!

— Если ты думаешь, что я дам тебе вернуться туда и позволю этому мудаку изнасиловать тебя, то ты сумасшедшая.

— Он не мудак. Он горячий! — я огрызнулась, безуспешно пытаясь сосредоточиться.

— Ты пьяна сильнее, чем я думал, — пробормотал он.

Неуверенно качаясь на каблуках, я сказала:

— Какого черта ты пытаешься указывать мне, что делать? Я даже не нравлюсь тебе так, как другие девушки.

Я покачнулась, и Хит схватил меня за руки, чтобы удержать.

— Эти слова могут быть справедливыми с тех пор, как ты открыла рот, — сказал он спокойно.

Если я была бы трезвой, то, быть может, слегка и обиделась. Но я была накачана текилой, чертовски пьяна, и его слова задели меня до глубины души. Для сравнения, это заставило меня чувствовать себя неполноценной. Очевидно, я была недостаточно хороша для него, как и орда поклонников. Или все другие девушки, которых он заставил кричать.

Я ненавидела то, как чувствовала себя, когда снова толкнула его в грудь.

— Ты такой игрок…

Следующее, что я почувствовала, Хит поднял меня и перебросил через плечо.

— Опусти меня! — кричала я, взбрыкивая ногами и хлопая его по спине.

Он проигнорировал меня и продолжил идти.

— Я. Не. Шучу. — Кричала я.

— Да, да, — Хит приподнял меня.

Когда он меня опустил, мы были рядом с его сексуальным блестящим Челенджером, и Хит пристегнул меня ремнем на пассажирском сидении.

— Чтобы ты знала, Х-бомба. Если тебя стошнит, ты все уберешь. Поняла?

Прежде чем мой охмелевший мозг смог это переварить, он был рядом со мной на водительском сидении и завел двигатель. Когда огни города расплылись, моя голова склонилась набок.

— Для сведения, я хочу, чтобы ты знал, что я не пьяна, — сказала я нечленораздельно.

Он покосился.

— Для сведения, я хочу, чтоб ты знала, что ты пьяна в стельку.

Я повернула голову и посмотрела на него. Он смотрел прямо перед собой, его точеный подбородок освещался уличным светом.

«Черт побери, а он горячий», — подумала я, прежде чем повернуть голову в сторону и отключиться.

10 глава

ХИТ

Пьяные девушки точно не были моими любимицами. Бог знает, сколько раз за свою жизнь я натыкался на них.

Они заполняли клубы, и многие из них были нашими фанатками, так что я уважал их за верность группе и нашей музыке. Но они могли быть неприятными. Навязчивыми. Настойчивыми. Проблемными.

Так что я, насколько это было возможно, этим пользовался. Они были пьяны. И вещи, которые слетали с их языка, могли быть не сказаны, будь они трезвыми. И они делали вещи… вещи, о которых, вероятнее всего, потом сожалели. В том числе, выплескивание на меня своих напитков, потому что они ожидали от меня чего-то большего, хотя я изначально ничего им не предлагал.

Поэтому, когда Харлоу обняла меня за шею и начала нежно покусывать мое горло, несмотря на пронзившее меня чертовски поразительное удовольствие, я должен был напомнить себе, что это нереально. Она была пьяна, а я помогал ей, планируя отвезти к себе домой, уложить ее в постель и ухаживать, пока она не протрезвеет. Вот и все. Ничего более. Она твердила, что не хотела возвращаться к себе домой, поэтому я привез ее к себе, где она была в безопасности, и я мог убедиться, что с ней ничего не случится.

Но, Иисус Христос, то, как она своими удивительными губами прикасалась к моей шее, я как будто ощущал это по всему телу.

Каждое их касание к моей шее, делало меня таким твердым, как чертова торпеда. Это сводило меня с ума. Если она прикоснется ими к моим губам, то я потеряю самоконтроль. Иисус Христос.

— Почему ты не смотришь на меня, как на других девушек? — спросила она невнятно. Ее голова раскачивалась, как у статуэтки собачки на приборной панели в машине пожилого человека.

— Потому что ты не такая, как другие девушки.