Пенн Коул – Искра вечного пламени (страница 13)
– Это было потрясающе! – с восторгом выпалил он, глядя на меня с таким благоговением, словно это я спасла Лили. – Так ты…
– Можно где-нибудь вымыть руки? – прохрипела я. Воздух с трудом попадал в легкие, тело едва справлялось с бурей противоречивых эмоций.
При виде моих дрожащих, окровавленных рук Эльрик отшатнулся.
– О… да, конечно. – Он вывел меня в коридор и показал. – Последняя дверь направо.
Судорожно кивнув, я заковыляла вперед. Дворец дико кружился перед глазами. На полпути колени задрожали, грозя подогнуться. Я привалилась к ближайшей стене и закрыла глаза.
Я чувствовала себя отвратительно невесомой – словно мой желудок раз за разом проваливался куда-то вниз. Призрачное покалывание в ладонях не прошло, я ощущала серебристый свет, одновременно холодный и горячий, словно лед и пламя. Отзвуки
После нескольких мучительно долгих минут к ногам вернулся вес. Дыхание восстановилось, пульс больше не зашкаливал.
Я оторвалась от стены и повернула к умывальной, когда огромная сила притянула меня к себе. Твердая рука стиснула мой локоть и дернула назад, так что я оказалась лицом к лицу с таинственным мужчиной, опекавшим Лили.
– Куда ты идешь? – настойчиво спросил он.
С минуту я не могла пошевелиться. Он оказался куда ближе ко мне, чем прежде. Так близко, что я рассмотрела квадратный подбородок, скулы, похожие на отвесные скалы; нос, острый, как лезвие тесака. Я вдохнула кедр и кожу его лесного мускуса. И заметила, что его льдистые глаза, яркие на фоне загорелой кожи, не статично синие – они мерцали, подсвеченные кружащимися вспышками света и прожилками тени.
Боги, до чего он красив!
От таких предательских мыслей я нахмурилась и взглянула на руку, стиснувшую меня. Его кожа казалась обжигающей.
– Если вам дорога ваша рука, уберите ее с моего предплечья, – предупредила я.
Взгляд брюнета прошелся по мне. Я практически слышала его мысли, пока он критически оценивал меня – рост, телосложение, кинжалы, – решив в итоге, что серьезной опасности я не представляю. Гордые мужчины и прежде меня недооценивали – неизменно себе на погибель.
– Руку прочь! – рявкнула я и наклонилась так, чтобы незаметно подобраться ладонью к кинжалу.
Несколько напряженных секунд он удерживал мой взгляд, потом наконец отпустил меня.
– Как ты это сделала с Лили? – спросил он с обманчивой мягкостью.
– Я целительница. Это моя работа.
Он шагнул вперед, а я отступила.
– Твои глаза…
– Я не Потомок, – перебила я, прекрасно понимая, к чему все идет. Отрепетированный ответ я отчеканила чуть ли не механически. – Я родилась с карими глазами. Радужка потеряла цвет из-за болезни. Многие жители города могут это подтвердить.
– У тебя под ладонями появился свет…
– Это все Лили. Я тут ни при чем. Я смертная.
Мои слова его не убедили – он внимательно оглядывал мое лицо, высматривая ответы, которые я дать не могла.
Передо мной стоял Потомок, которого я разыскивала месяцами. Я уже открыла рот, чтобы спросить его про мою мать, но какой-то инстинкт велел прикусить язык.
Я не могла избавиться от мысли, что, впустив этого типа в свою жизнь, открою дверь, которую потом не закроешь. И судя по резкому тону и удушающей энергии, погружать его в свой мир не стоило. Раз он был готов убить мою мать, чтобы заставить ее замолчать, то что сделает с остальной моей семьей, если решит, что мы тоже знаем его секреты?
Он глянул через плечо на пустой коридор, затем понизил голос до шепота:
– Если ты смертная наполовину…
– Нет!
Его лоб прорезала морщина.
– Твой отец… он родом из Фортоса?
Мысли закружились в бешеном водовороте: «Откуда он?.. Он имеет в виду командира или?.. Неужели он?..»
Похоже, выражение моего лица ответило на его вопрос.
Он возвел глаза к потолку и буркнул:
– Замечательно.
– Что… Как вы?..
– Тебе нельзя здесь находиться. – Мужчина кивком показал на мои кинжалы. –
Меня снова бросило в ярость. Потомкам убить нас – раз плюнуть. Но разве мы для них угроза?
– В чем проблема? – огрызнулась я. – Боитесь маленькой смертной женщины?
– Это вряд ли, – ответил он без эмоций. – Смертная или нет, ты умрешь, не успев даже вытащить кинжал из ножен.
На одно глупое мгновение мне захотелось проверить, подействует ли его угроза.
– Тогда в чем проблема? Я думала, оружием смертных вашу кожу не проткнуть.
– Так и есть, но дети – исключение. – Лицо Потомка тотчас напряглось, словно он тут же пожалел о сказанном.
– Думаете, я бы ранила
Он открыл рот, чтобы ответить, но замолчал, потому что я подалась вперед, остановившись, только когда наши лица оказались вплотную друг к другу и его дыхание согрело мне губы. Я ткнула окровавленным пальцем в крепкую грудь и с удовольствием заметила, как глаза мужчины расширились от удивления.
– Если бы я хотела навредить тем детям, я оставила бы вашу драгоценную принцессу Лилиан умирать от кровопотери. Мы,
Челюсть Потомка напряглась, но он промолчал.
Я скривила губы:
– Если позволите, мне нужно вымыть руки. Похоже, я испачкалась, спасая ваших людей. – Я резко развернулась и зашагала прочь.
И лишь оказавшись в умывальной и услышав тихий щелчок замка, я тяжело опустилась на пол и разрыдалась.
Глава 6
Я хрипло рассмеялась, представив, как жалко выгляжу. Сижу, перепачканная в крови, на полу самой роскошной умывальной из тех, которыми мне доводилось пользоваться, и рыдаю.
Умывальня была размером в половину моего дома, куполообразный потолок украшала ручная роспись, изображающая неспокойное вечернее небо. Сквозь звезды, которыми были усеяны сапфировые и обсидиановые завитки, лился свет, и меня озаряло их неровное сияние.
В нише стояла статуя-фонтан богини Люмнос, поднимающейся из бурлящего бассейна. Ее окружали умывальники из чистого золота. Банки из резного хрусталя с мылом и духами рядами выстроились на полках вдоль стены. Имелся даже камин, в котором догорали последние угольки, согревая пирамиду мягких, пушистых полотенец.
Я опустила взгляд на пол из темного мрамора, белые и золотые прожилки которого кружились у кровавых следов, ведущих прямо ко мне.
– Прекрасно, – пробормотала я. – Просто замечательно.
Я смахнула слезу тыльной стороной ладони, сама толком не понимая, по какой причине плачу. Возможно, из-за того, что своей некомпетентностью чуть не убила совсем еще юную девушку. Или из-за того, что невыносимый Потомок смотрел на меня, как на букашку, которую нужно раздавить каблуком.
Или я просто по-детски скучала по маме.
Встреча с брюнетом вернула меня в тот проклятый вечер. В тот день я в последний раз видела веселые морщинки вокруг маминых глаз, слышала ее звенящий смех и чувствовала тепло наших переплетенных рук, когда мы вместе шли в город.
До сих пор я не позволяла себе думать, что мамы больше нет. Ради своей семьи я поддерживала иллюзию того, что она жива и рано или поздно вернется домой.
Но, сидя в королевском дворце в окружении Потомков – от чего мама всю жизнь пыталась меня спасти, – я чувствовала, что пути назад нет.
Что это прощание.
Жизнь после Орели Беллатор.
«Пять минут, – позволила себе я. – У тебя пять минут на жалость к себе. Потом встанешь и вернешься к работе».
Я прислонила голову к холодной каменной стене, закрыла глаза, и шесть месяцев сдерживаемой боли обрушились на мое разбитое сердце.