Пенелопа Дуглас – Убежище (страница 49)
– Порой, когда все вокруг становится невыносимым, я смотрю вверх.
Он непонимающе сдвинул брови. Запрокинув голову назад, я посмотрела на потолок.
Все еще не понимая, парень последовал моему примеру.
Пар клубился в воздухе над нами, рассеиваясь то тут, то там, и открывая вид на белый гранитный потолок душевой. Кристаллические вкрапления камня мерцали в приглушенном свете. На миг мои мысли поднялись вверх вместе с дымкой, словно легкое перышко, взмывшее в облака.
– Смена перспективы… – Я замолчала. – Это помогает. Правда?
Парень улыбнулся, его плечи расслабились.
– Нам стоит как-нибудь опробовать этот способ ночью под открытым небом.
Нам?
Вдруг он откашлялся и выпрямился, отпустив меня.
– Я найду для тебя одежду, ладно? Почему бы тебе не присесть? Погрейся еще под душем.
Неохотно попятившись, я кивнула. Ему стало стыдно? Я не хотела, чтобы Кай уходил, но он выглядел так, будто торопился поскорее отсюда выбраться. Может, пожалел о том, что все мне рассказал?
Я была рада, что он это сделал.
Парень указал на пол душевой.
– Оставайся здесь, хорошо?
Он вышел из кабинки и окликнул:
– Алекс!
Прежде чем я успела посмотреть, Кай закрыл дверцу душевой.
Я осталась на месте, больше не чувствуя холода. Он только что держал меня в объятиях, не предавшись алчности и не требуя ничего взамен. Даже Дэймон никогда не был таким терпеливым и понимающим.
В редких случаях, когда мой брат считал необходимым проявить хоть какую-то ласку, его объятия не длились дольше нескольких секунд. Мать, наверное, была последним человеком, державшим меня так.
Я сползла по стене, плюхнулась задницей на плитку и подтянула колени к груди. Закрыв глаза, делая медленные, размеренные вдохи, ощутила, как тепло разливается под кожей.
Все мысли смешались, каждая конечность показалась невероятно тяжелой, словно весила десять тонн. Потеряв счет времени, я полностью отключилась.
– Бэнкс? – послышался тихий голос.
Мог пройти час или всего минута, я бы все равно не заметила.
Шевельнувшись, испустила тихий стон.
– Бэнкс?
Голос прозвучал ближе, и я медленно приоткрыла веки.
Алекс, та девушка с вечеринки, одетая в ярко-розовые шорты и белый спортивный лифчик, присела на корточки рядом со мной, боясь попасть под струю воды.
– Кай попросил принести тебе сухие вещи, – пояснила она. – Я ждала снаружи. Просто заглянула сказать, что у меня есть кое-что из одежды для тебя. Но можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь.
Я шмыгнула носом, открыла глаза и выпрямила спину.
– Все в порядке, – воскликнула я, поднявшись на ноги. Алекс тоже встала.
– Ладно, – ответила она, попятившись, и указала на настенную вешалку. – Здесь полотенца и пакет для твоих мокрых вещей. Сменная одежда лежит на скамейке в раздевалке.
Кивнув, я невольно почувствовала признательность за ее проницательность. Я не позвонила парням, и мне нужно было во что-то переодеться, пока моя одежда не высохнет. Насколько я знала, здесь имелись стиральные машины и сушилки для полотенец.
Девушка быстро ушла. Протянув руку, я выключила воду. Затем сняла с крючка полотенце, промокнула волосы, заплетенные в косы, и повесила его обратно, после чего торопливо разделась. Стянув с себя мокрую куртку, бросила ее на пол. Вслед за ней отправилась моя фланелевая рубашка, сапоги, носки, джинсы и белье. Пока я разматывала нагрудную повязку, с каждым движением ощущала себя все лучше. Наконец мои груди оказались свободны. Я закрыла глаза и тихо застонала.
Укутавшись в то же самое полотенце, быстро затолкала вещи в белую хозяйственную сумку, которые продавались в «Сэнсо» на ресепшене, очевидно принесенную Алекс. Я расплела косички, растрепала локоны и вытерла голову другим полотенцем. Потом, протянув руку за дверь, схватила маленькую стопку одежды и услышала женские голоса. Похоже, тренажерный зал уже открылся для посещения.
Я закрыла дверь и осмотрела вещи, ища остальные.
– Что? – вырвалось у меня.
Черные эластичные брюки, которые наверняка обтянут ноги, словно вторая кожа, и серый спортивный топ с символом «Найк» в центре. Я издала измученный стон. Твою мать, а где все остальное? Я не могла надеть эту ерунду.
Я натянула брюки и снова посмотрела на топ, больше похожий на лифчик. У нее в раздевалке должно быть еще что-нибудь. Хотя бы толстовка.
Мягкая ткань брюк обтягивала бедра и ягодицы; я заворчала от чувства дискомфорта. Было странно ощущать на себе вещь, так плотно прилегавшую к коже. Но когда сняла полотенце и потянулась, чтобы повесить обратно, на секунду остановилась и вдруг заметила, насколько удобнее было двигаться в одежде «по фигуре». Во сто крат легче, чем в моих вещах.
Просунув руки и голову в топ, я с трудом натянула его на себя и быстро поправила груди.
Затем закрыла глаза и зажмурилась.
Приоткрыв дверь, выглянула наружу. Мне не хотелось ходить в таком виде.
Ох, кого я пыталась одурачить? Каждая присутствовавшая здесь девушка была одета почти идентично, так что я ничем не выделялась бы среди них. Дэймон привил мне неуверенность в себе, будто если я покажу оголенную лодыжку, мужчины набросятся на меня, как волки.
Вытерев ноги, я вышла из кабинки, подняла сумку с одеждой и бросила полотенца в корзину, установленную возле душевой. После чего прошла в раздевалку, обнаружив там нескольких женщин, спешивших на занятия.
– Ты хорошо выглядишь, – произнес кто-то.
Обернувшись, я увидела Алекс, стоявшую, уперев руки в бока. Она осмотрела меня с головы до ног и кивнула. Я напряглась.
– У нас примерно одинаковый размер, – задумчиво отметила она, подойдя ближе и взяв меня за руку. – А так и не скажешь, учитывая то, как ты обычно утопаешь в своей одежде.
Она забрала мою сумку и бросила ее девушке из обслуживающего персонала в черной футболке-поло с эмблемой «Сэнсо», которая тут же все куда-то унесла. Надеюсь, чтобы высушить.
– Я ношу не такие уж большие вещи, – пробормотала я.
Алекс подвела меня к туалетным столикам и надавила на плечи. Уставшие ноги подкосились, и я обессиленно упала на стул. Она сразу же начала меня причесывать.
Протянув руку к расческе, я огрызнулась:
– Я сама могу это сделать.
Но девушка увернулась.
– Не можешь. – Она взяла со стойки что-то завернутое в фольгу и бросила мне на колени. – Тебе нужно поесть.
Я подняла мягкий, теплый сверток.
– Что это?
– Кай заказал буррито на завтрак.
Бросив его обратно себе на колени, я ответила:
– Я не голодна.
– Он предупредил, что ты это скажешь. – Зажав в кулаке несколько прядей, Алекс тщательно расчесывала кончики. – Еще Кай передал, что тебе хватит ума не участвовать в заведомо проигрышных спорах, к тому же практичный человек вроде тебя не станет зря терять время из-за мелочи вроде дурацкого буррито.
На моих губах появилась улыбка. Точно подмечено.
Аромат свежей тортильи ударил в нос, и в животе вдруг заурчало. Утром я так и не поела.
Девушка все еще боролась с моими запутанными волосами. Я развернула буррито и откусила. Нежное яйцо, пряная сосиска, лук, сладкий перец и халапеньо с небольшим добавлением сыра… Это был лучший завтрак. Не сдержавшись, я откусила еще один кусок, даже толком не проглотив предыдущий.
– Хорошая девочка. – Алекс подмигнула мне и включила фен.
Мои волосы взметнулись вверх, а шум фена заглушил все звуки, оставив меня один на один с буррито. Чаще всего я постоянно находилась в движении и даже не задумывалась о том, хотелось мне есть или нет, поэтому могла целый день продержаться на яйце с тостом. Марина всегда что-нибудь готовила, и порой мне удавалось схватить остатки трапезы с кухни или быстро съесть миску супа из кастрюли, которую она оставляла на плите, но чаще всего это был либо перекус на бегу, либо ничего.