Пенелопа Дуглас – Сумрак (страница 92)
– Алекс Палмер. – Она скрещивает ноги, опираясь на руку. – Подруга Уилла Грэйсона.
Я напрягаюсь, опуская взгляд на ее фигуру и отмечая про себя, что ни у одного мужчины нет таких «подруг».
– Я все видела, – поддразнила она.
– Видела что?
– Этот момент… глаза-скользящие-по-моему-телу- чтобы-оценить-привлекательность-возможной-соперницы, – сказала она.
Соперницы?
Хихикаю, копаясь в кармане в поисках ключей, пока иду к водительской двери.
– Я не смотрела на тебя оценивающе.
– Значит, проверяешь меня?
– Ага. – Отпираю дверь и открываю ее. – Вот и все.
– Ты насовсем вернулась в город?
– Нет.
– Просто погостить?
– Да.
– И ты остановилась у «Бухты»? – допрашивает она. – Почему?
– Не твое дело. – Стою у двери и смотрю на нее. – Не могла бы ты слезть с моей машины?
Я такая грубая. Как любопытно.
– Меня нужно подвезти, – говорит она. – Если ты не против.
Я делаю паузу.
– Прошу прощения?
– Подбросить, – уточняет она, будто я тупица.
– Я не такси, – парирую я.
И… я тебя не знаю.
– Дерзкая, – поддразнивает она. – Он был прав насчет тебя.
Он? Уилл сказал ей, что я дерзкая?
Что ж, если это худшее из того, что он сказал, полагаю, мне повезло.
Я открываю рот, мне не терпится спросить о нем.
Он в городе? С ним все в порядке?
Счастлив ли он?
Но замираю, зная, что она его подруга, а не моя.
Спрыгнув с капота машины, она встает у двери, глядя на меня.
– Ты меня подвезешь, а я заплачу за пиццу и маргариту, – говорит она.
Пицца и маргарита… Она шутит?
– Чего ты от меня хочешь? – спрашиваю я.
Она меня не знает, и я ни на секунду не сомневаюсь, что это всего лишь уловка.
Но опять же… единственное, в чем обычно не сомневаюсь, когда дело касается людей, – это их худшие намерения, так что…
– Не знаю, – говорит она, немного смягчившись. – Но бывало ли у тебя когда-нибудь такое чувство, что тебе что-то нужно, но ты не знаешь, что именно?
Она смотрит на меня задумчивым взглядом.
– Хочешь выпить, или поплакать, или прыгнуть в самолет и увидеть что-то новое? – продолжает она. – Но все это не то, и ты все еще не можешь понять, что тебе нужно?
Ее слова откликаются во мне больше, чем она думает. Но я знаю, что мне нужно. Просто не могу этого получить.
– Когда увидела тебя в парке незадолго до этого, – рассказывает она, – и узнала тебя, почувствовала, что мы нашли то, чего желали.
Мы?
Зачем я ей нужна?
– «Стикс» – лучшее место на земле, где готовят пиццу, – пропела она.
– Нет. – Качаю головой. – Не там. Я не хочу…
– Чтобы тебя увидели?
Пицца звучит хорошо. И много маргариты звучит фантастически. Мой одинокий гостиничный номер в городе сейчас кажется ужасным, но…
– Не хочу ни с кем сталкиваться, – говорю я. – Спасибо в любом случае.
На мгновение она задерживает на мне взгляд.
– Его сейчас нет в городе. Если это то, о чем ты беспокоишься.
Смотрю на нее достаточно долго, чтобы она восприняла это как согласие и села на пассажирское сиденье.
Его нет в городе? Где же он тогда?
Но это не мое дело. Совершенно неважно.
Сажусь и вижу, как она пристегивает ремень безопасности. Завожу машину, немного растерявшись, но у меня такое чувство, что ей не нравится слово «нет», а я не люблю вступать в споры.
– Где ты живешь? – спрашиваю я.
Думаю, могу подвезти ее домой.
Но она сдвигает солнцезащитные очки на переносицу и отвечает:
– Маргарита в первую очередь.
На следующее утро она тащила мою не до конца трезвую задницу в аэропорт, чтобы я не пропустила свой рейс. Мы начали со «Стикса» и добрались до Меридиан-Сити, где выпили в «Сфере», а затем рухнули в моем гостиничном номере.
Я ненавидела ее, ее потрясающее тело и красивое лицо, и не могла выкинуть из головы, как он прикасался к ней и держал ее в своих руках. И все же не могла питать к ней ненависть, потому что она была великолепна, несмотря на то, с чем ей приходилось сталкиваться в жизни.
Я проснулась с сильнейшей головной болью и видеть ее больше не могла за похмелье, но… она писала, звонила, проверяла меня в течение нескольких месяцев, и я убедилась, что действительно ей нравлюсь.
Пока не вспомнила, что она была хорошей подругой Уилла, а я держала в секрете то, за что могла меня возненавидеть.
Уилл стоял в холле, его глаза горели, я хотела отвести его в свою комнату, закрыть дверь и запереть его там навсегда, но он знал, чем все закончится сегодня вечером.
Не собираюсь пресмыкаться перед ними.
Оттолкнув Алекс, бросилась к двери, но она схватила меня и швырнула на пол.