Пенелопа Дуглас – Сумрак (страница 87)
– Мне нужно поговорить с мистером Кинкейдом, – сказала секретарю, кладя руки на длинный стол.
Она взглянула на стопку пакетов, которую пересчитывала.
– О чем?
Открыла рот, но не успела ничего сказать, как меня опередили.
– Она войдет только после меня.
Я обернулась и увидела мокрые волосы Тревора Криста, прижимающего салфетки к носу.
– Я подожду, – сказала секретарю.
Посмотрела на дверь Кинкейда и увидела, как за матовым стеклом движутся тени, и от неопределенности у меня скрутило живот. Я села на пару стульев дальше от Криста, пытаясь подслушивать, но могла разобрать лишь бормотание. Я испытывала искушение, позволить парням взять вину на себя, потому они бы выкрутились и избежали наказания в отличие от меня. Но я не такая.
– Ты не хочешь спросить меня, что случилось? – спросил Тревор.
Посмотрела на него, внутри меня пробежала волна сочувствия.
Просто еще один день в Тандер-Бэйе.
– Мне все равно, – сказала я. – Извини.
Тревор усмехнулся, наблюдая за движением теней, почти не слушая бормотание за дверью, и продолжил.
– Когда-нибудь все это им аукнется, – выплюнул он.
Он говорил о Всадниках. Я догадывалась, что они – или кто-то один из них – сцепились с ним.
– Все так говорят, – вздохнула я.
Даже я сама так говорила когда-то.
– Это случится, – возразил он. – И я буду не единственным, кто посмеется.
Посмотрела на него и увидела, как сжалась его челюсть. Он злился.
Часть меня восхищалась Тревором. Единственное чувство к брату, которое он показывал, – ненависть. Я понимала это, но не была уверена насчет остальных.
Дверь в кабинет Кинкейда открылась, и из него вышли люди, включая моего брата.
Он увидел меня, и я выпрямилась, ломая голову над оправданием.
– Мальчики, возвращайтесь в класс, – сказал Кинкейд. – Вы можете тренироваться во время седьмого урока, так что на празднование выйдете пораньше. Не заставляйте меня сожалеть об этом, и я серьезно, Торренс.
Дэймон усмехнулся, когда Мартин встал в стороне, глядя на меня испепеляющим взглядом.
– Что ты здесь делаешь? – спросил он.
– Собираю информацию о колледжах, – сказала я, вставая, и подошла к брошюрам на стене.
Взяла одну из них.
Что там произошло? О чем они говорили? Мартин знал о чем-то?
– Тревор, – сказал Кинкейд. – Заходи.
Тревор вплотную подошел к Дэймону, выглядя по-настоящему храбрым, словно не был на фут ниже его.
– Знаешь, когда-нибудь я перестану быть ребенком, – выдавил он, – и ты будешь драться с кем-то своего роста.
– Это все равно будет нечестный бой, принцесса, – сказал Дэймон, глядя ему в глаза, – но ты можешь попробовать. Просто захвати с собой немного смазки.
Уилл рассмеялся, и Майкл оттолкнул Дэймона от брата.
– Достаточно. Пойдем в класс.
Но эти двое не сдвинулись с места, ни один из них не хотел уступать первым.
– Все в класс… сейчас же! – Кинкейд рявкнул.
Парни разошлись, продолжая сверлить друг друга яростными взглядами. Я постояла некоторое время, пытаясь понять, что случилось.
Кажется, обошлось без проблем. Хорошо.
Должна ли признаться? Я остановилась, ожидая, уйдет ли брат, но Уилл подтолкнул меня в сторону двери.
– Ничего не говори, – прошептал он, чтобы Мартин не услышал.
Мои слова, извинения и объяснения застряли у меня в горле, и я натянуто улыбнулась брату, уходя обратно в класс. Но его взгляд сказал мне: он знал, что я что-то задумала.
Дэймон стучал по шкафчикам и поднимал шум, пока мы шли по коридору.
– Увидимся на экономике, – сказал Уилл Майклу, притормаживая меня, пока остальные не прошли мимо нас.
Мы остановились в пустом коридоре, второй урок уже начался, а парни исчезали за углом или ушли вверх по лестнице.
– Он знает? – тихо спросила я. – Кинкейд?
– Ага, – сказал он, кивая. – Я имею в виду, он думает, что это были мы с парнями. Он не может этого доказать, но и пытаться не собирается.
Значит, они позволили ему поверить, что это были они? Почему они это сделали?
– Думаю, хорошо быть тобой, – сказала я с благодарностью.
Уилл подошел ближе, глядя на меня сверху вниз.
– Они передумали и засыпали могилу МакКланахана. – Он прочистил горло, рассказывая новости. – Она стала достопримечательностью. Что означает, они не хотят иметь дело с постоянным вандализмом, поэтому оставят его там, где он всегда покоился.
Итак, сработало.
Действительно сработало.
– Наступила реальность, – заявил он.
Ха?
– Ты говорила об этом вчера вечером, когда забиралась в кровать, – заметил он. – Сегодня наступила реальность. Я менее реален ночью? Поэтому сегодня утром ты отдаляешься от меня?
Конечно, было весело. Я бы хотела, чтобы это повторилось снова, но…
– Кто это делает с тобой? – потребовал он ответа.
Я напряглась и отступила на шаг.
– У тебя везде синяки, – его глаза переместились к моему лбу и небольшому порезу, который я скрыла косметикой. – Это твой брат?
Мои руки дрожали.
Он это понял.
Знала, что однажды он догадается.
– Эмми, перестань мне врать, – мягко сказал он. – Знаю, что что-то не так. Знаю это. Расскажи мне.
Ком в горле становился все больше. Боже, хотела ему все рассказать.