Пенелопа Дуглас – Падение (страница 20)

– Я не пытаюсь тебя задеть, золотко, – произнес он, откинув голову на подголовник и поглядывая на меня. – Я всего лишь хочу донести до тебя одну мысль. Водить машину на механике – все равно что заниматься сексом. С каждым по-разному. Это как шифр, который нужно разгадать. – Он провел ладонями по рулю, медленно и нежно. – Понять, к каким местам прикасаться. – Его чувственный голос проникал в мое тело. – Какие облизывать. Посасывать. Покусывать.

Твою мать.

– Да некоторых даже трогать необязательно, – заметил он, – порой нужно только бросать взгляды, дразнить, играть… У всех свои эрогенные точки, каждого заводит что-то свое, Кейси. – Я глазела на него, наблюдая за каждым его движением. Он повернулся и, посмотрев на меня, тихо произнес: – И с этой машиной все в точности так же. Для начала нужно найти сцепление, – пояснил он, и я вскрикнула, когда он резко опустил ногу вниз, выжав педаль. Господи.

Сняв машину с ручника, он положил одну руку на руль, а другую – на рычаг коробки передач – обольстительным, развратным движением.

– Затем газ, – ухмыльнулся он и, не сводя с меня взгляда, поднял обороты двигателя, но не тронулся с места. – Параллельно работая двумя педалями, ты найдешь ту самую точку. Точку, в которой она позволит тебе ею управлять.

Она?

– Выжми его. – Джекс топнул ногой, которая стояла на педали сцепления, и я лихорадочно облизала губы, потому что во рту у меня напрочь пересохло. – А потом медленно жми на газ, – он опустил другую ногу, и я услышала, как двигатель снова взревел, – и отпускай сцепление… медленно.

Его ноги пришли в движение – одна поднималась вверх, другая опускалась вниз.

– Здесь нужен компромисс, – продолжал он, по-прежнему удерживая мой взгляд. – Если я буду спешить, она посыплется. – Он отпустил сцепление, и я дернулась вперед – машина заглохла.

Он выжал сцепление и тормоз и повернул ключ в замке зажигания.

– Но если я буду действовать недостаточно быстро, она никогда не сдвинется с места.

И он держал сцепление выжатым, не шевеля ногой, а другой ногой поднял обороты двигателя – безуспешно.

– Нажимать и отжимать. Газовать и отпускать. – Я следила за его ногами, за тем, как он отпускает сцепление и нажимает на газ.

С трясущимися ногами я во все глаза смотрела на то, как Джекс, отпустив сцепление и нажав на педаль газа, рванул по трассе.

Схватившись за приборную доску, я перевела взгляд на свободную полосу, проносившуюся за окном. Легкая улыбка расползлась по моим губам. Сидеть в машине определенно было веселее, чем стоять в стороне, среди зрителей. Но мне хотелось водить. Я всегда восхищалась Джаредом и Тэйт и всегда мечтала научиться.

– Смотри на меня, – рявкнул Джекс.

Я повернула голову к нему и откинулась на спинку сиденья.

– Для того чтобы машина на механике тронулась с места, ты совершаешь действия, чем-то похожие на секс. Но сам процесс езды – это тоже чистый секс. Порой нужно переключать передачи, ускоряться или, – он посмотрел на меня, – притормаживать.

Он вдавил педаль сцепления и дернул рычаг вниз, отпустил сцепление и снова прибавил газу. Мы рванули вперед, и он повторил весь процесс, только теперь сдвинул рычаг вверх и вправо.

– Каждый раз, когда переключаешь передачи, тебе нужно совершать правильные действия и снова находить ту самую волшебную точку. Когда хочешь ускориться – переключай на повышенную. Когда хочешь замедлиться, переключай на пониженную. – И он похлопал по набалдашнику рычага, указывая на схему с изображением расположения передач.

Джекс проехал полный круг, в поворотах замедляясь и переключаясь на пониженные передачи, а потом снова разгоняясь и переключаясь на повышенные. Его длинные сильные ноги работали синхронно с руками, и, даже несмотря на то, что машину немного уводило с траектории из-за дождя и даже заносило на скользких поворотах, Джекс был словно дирижер – он выжимал и отпускал педали, переключал передачи, тормозил и ускорялся.

Выжимал, отпускал, переключался, газовал. Снова и снова. И всякий раз, когда он прибавлял обороты, я подавалась вперед. Мои бедра вибрировали вместе с мотором, мне стало тепло.

Я скользнула взглядом по лицу Джекса. На скулах у него появилась тонкая пленка пота, отчего его оливковая кожа казалась еще красивее.

Он рассмеялся.

– Перестань так на меня смотреть, Кейси.

Вот дерьмо. Я моргнула и, откашлявшись, решила сменить тему:

– Моя очередь.

Развернувшись к лобовому стеклу и посмотрев на дорогу, я сжала бедра, чтобы погасить огонь между ног.

– Что ж, это было нетрудно. – Я услышала в его голосе смех. Он остановил автомобиль перед финишной чертой. – Если честно, я польщен, что ты выбрала своим учителем меня, а не Лиама.

– Не стоит, – парировала я. – Лиама я об этом и не просила. Просто так все сложилось. Я не хотела домой, а ты был рядом, так что…

Джекс прищурился.

– Смотри не нарывайся, а то будешь вести машину, сидя у меня на коленях, – пригрозил он.

Я закатила глаза и вздернула подбородок повыше.

– Там дождь. Выходи, а я перелезу за руль.

Он скорчил раздраженную гримасу:

– Да, принцесса.

Я решила проигнорировать эту его колкость. Он открыл дверь, и машину заполнили отсветы молний и раскаты грома. Закусив нижнюю губу, чтобы унять нервную дрожь, я перебросила ноги через консоль и, ухватившись за толстый руль, перетащила себя в его кресло, все еще хранившее тепло его тела.

Это тепло разлилось по моему животу и устремилось вниз по бедрам. Дождь хлестал по крыше и капоту, и я почти ничего не видела – только темный силуэт, обогнувший машину.

Джекс открыл пассажирскую дверцу, и в салоне снова послышались звуки грозы.

– Вот спасибо, – сказал он, рухнув в кресло и стряхивая воду с рук. Его длинные черные шорты блестели от дождя, а серая футболка теперь казалась чуточку темнее.

И липла к телу, обрисовывая его рельефный торс.

– Ты в порядке, принцесса? – спросила я с невинным видом.

Джекс пригладил волосы, пропустив мою реплику мимо ушей, и пристегнулся.

– Ремень, – напомнил он мне.

Пристегнувшись в свою очередь, я отрегулировала сиденье, а потом потянулась к зажиганию.

– Погоди. – Джекс положил ладонь на мою руку. Она была такой теплой.

– Сцепление выжато?

Я покачала головой.

– Выжми сцепление левой ногой, а тормоз – правой, – сказал он. – Когда будешь готова, поверни ключ в замке зажигания, ноги не убирай.

Я сбросила шлепанцы и, сделав все, как он сказал, завела машину.

Когда двигатель взревел, я улыбнулась, хотя на нервной почве мои руки и ноги, казалось, меня не слушались.

– Так. – Он взял мою руку и положил ее на рычаг коробки передач. – Это первая передача. – И, продолжая держать мою руку в своей, он переключился из нейтральной на первую.

– Это вторая. – Сжав мою руку, он передвинул рычаг вниз. Моя рука ослабла. Не знаю, почему, я закрыла глаза, чувствуя, как он управляет мною.

– Третья. – Вверх и вправо.

– Четвертая. – Прямо вниз.

– Пятая. – Его низкий голос снова перенес меня вверх и вправо. – И шестая. – Он резко сдвинул мою руку вниз, и у меня перехватило дыхание, а в животе затрепетало.

– А это задняя передача, – сказал он почти шепотом. – И позволь мне дать тебе совет. Лучше вести машину с открытыми глазами, Кейси.

Я резко распахнула их. Да, точно. Я еще не научилась водить такой автомобиль, но уже хотела, чтобы моя следующая машина была на механике.

Сглотнув, я посмотрела на него, нахмурившись:

– Теперь я могу ехать?

Он улыбнулся и, протянув руку, включил музыку. Заиграла композиция Trenches группы Pop Evil.

– Для вдохновения тебе, крепкий орешек.

– Да, точно, – с сарказмом отозвалась я.

Отпустив сцепление, нажала на газ. Машина задрожала и заглохла. Я застыла на месте, потрясенная. Мое лицо залила краска стыда. Я слышала, как Джекс фыркнул, и краем глаза заметила, что его грудь сотрясает беззвучный смех.

– М-м-м… так вот значит, как у тебя с парнями? – пошутил он. – Похоже, я вовремя. – Он взял мою руку и положил ее на рычаг. – Заведи машину.