Пенелопа Дуглас – Мальчики из Фоллз (страница 50)
— Почти готово! — заявляет Дилан.
— Для кого ты… — Заикаясь, жду, когда снимут следующую полоску. — Для кого ты хочешь хорошо выглядеть в бикини?
— Для себя. Просто для себя. — По голосу понятно, что девушка улыбается.
Либо она не хочет говорить, либо экспериментирует. Тем не менее я рада, что мне не пришлось страдать в одиночку.
— Сделай мне одолжение, хорошо? — просит Дилан.
Очередной треск. Я втягиваю воздух сквозь зубы.
— Какое?
Едва боль утихает, я испускаю хриплый стон.
— Будь добра с ним?
Я замираю, что-то в ее тоне меня настораживает.
— Может, Хоук не нервничал бы так сильно, как сейчас, и не продержался бы так долго, если бы девчонки не заморочили ему голову в старших классах.
Следующую полоску почти не чувствую, оставаясь неподвижной.
— Они стали особо настойчивыми, словно он — какое-то препятствие или достижение. Девушки хотели его, но не любили, а когда Хоук отказывал им, они спасали свою гордость, распуская грязные сплетни.
О, кто бы сомневался, что они так поступали.
От злости сводит живот.
— Он просто стал объектом для шуток ниже пояса. — Ее голос затихает. — Хоук считал дни до выпуска, Аро. Он не мог дождаться, когда выберется оттуда.
Мои пальцы болят. Я немного разжимаю кулаки.
— А я не могу ввязаться в драку с очередной сучкой, защищая его честь, — признается Дилан. — Мой нос до сих пор не вернулся в прежнюю форму после последней драки.
Улыбаясь, стараюсь сдержать смех. Не готова показать ей, что она мне нравится.
Хоуку повезло. Его отец, дяди, кузены… Они все за него горой. Если я когда-нибудь причиню ему боль, уверена, эти люди, движимые любовью к нему, станут для меня не меньшей угрозой, чем Грин Стрит.
Внезапно чувствую укол ревности, потому что хочу быть той, кто защищает Хоука.
Дилан подвозит меня к переулку за пекарней, и я взбираюсь по пожарной лестнице обратно в убежище.
Хоука все еще нет, хотя я даже рада этому. Отправившись в душевую, открываю пузырек его геля для душа, вдыхаю аромат. Из-за стен, выложенных черной плиткой, создается впечатление, будто я спрятана ото всех, а благодаря метру бетона, отделяющему нас от улицы, тут очень тихо большую часть времени.
Это другой мир, но во мне начинает зарождаться чувство, что мое место здесь. Я словно сбрасываю старую кожу.
Ривз скоро придет за деньгами. У нас появятся доказательства, и мы сможем покинуть укрытие.
Ничего не могу с собой поделать, однако надеюсь, что Ривз не появится.
Тогда мне никогда не придется уходить.
Глава 18
Хоук
Я проскальзываю через дверь черного хода, пересекаю кухню и вижу, как головы поворачиваются в мою сторону. Только люди ничего не говорят. Все привыкли к тому, что я тайком пробираюсь в разные места.
Вернувшись к своей работе, официанты загружают подносы, а я распахиваю двери, ведущие в зал. Воздух наполняется грохотом шаров, ударяющихся о кегли.
Осматривая боулинг-клуб, замечаю «братьев» Аро, сидящих здесь без зазрения совести, буквально в центре нашего города.
Кто из них был с ней? Понятия не имею, почему меня это волнует, но вдруг стало волновать. Она сказала, что не любит секс. Они слишком торопили ее? Воспользовались девочкой, когда ей была нужна семья?
Стремительно двинувшись к ним, снимаю капюшон. Плевать, даже если кто-то меня увидит. Я отодвигаю стул от стола, вижу, как Хьюго резко поднимает взгляд, и сажусь.
— Вы не на том берегу реки.
Аксель подхватывает телефон со столешницы, но я многозначительно смотрю на него.
— Не трудись писать Ривзу. Я ненадолго.
Отмечаю камеры в каждом углу, направленные на дорожки, зная, что за нами есть еще несколько. Парни в курсе, что я попаду на записи. Но и они тоже попадут.
Взгляд Хьюго, сидящего напротив, сосредотачивается на мне. Разглядываю его кожаную куртку, от которой наверняка воняет сигаретами, его грязные ногти, правда… Обнаружив у него на шее увеличенную версию татуировки Аро, я понимаю: он привлекает молодых женщин. Ривз нашел идеального мудака, чтобы заманивать их и заставлять действовать по его указке. Не поверю, что Хьюго сумел удержаться и пальцем Аро не тронул.
— Для восполнения нанесенного тобой ущерба потребуется сто пятьдесят тысяч, — излагает он ситуацию. — Не говоря уже о пропавшей сумке с деньгами. В багажнике мы нашли только одну.
Информацию о второй сумке держу при себе.
— Итак, допустим, речь идет о двухстах пятидесяти тысячах, — заявляет Хьюго.
— Накинул немного процентов, да?
— Немного.
Ага, они потеряли около ста семидесяти. В лучшем случае.
— Ты знаешь, что ни к чему хорошему это не приведет, — говорю я. — Смирись с убытками.
Шелбурн-Фоллз может показаться деревенькой с открытки «Холлмарк», но так было не всегда. У моей семьи тоже есть связи. Джаред популярен, Мэдок влиятелен, его тесть опаснее, чем Грин Стрит, а мой отец страшно умен.
— Тебе не стоит привлекать наше внимание, — напоминаю ему.
— А ты собираешься пойти в колледж. — Его глаза ехидно сверкают. — Если хочешь заключить сделку, Аро должна вернуться.
Я пристально смотрю на него.
— Ты ему не нужен, — сообщает Хьюго, и я предполагаю, что он имеет в виду Ривза. — То есть нужен, однако он понимает, что к чему. Мы прекрасно знаем, что
— Она не твоя девочка.
— Я знаю ее гораздо дольше тебя, — усмехается парень. — Именно благодаря мне она оставалась сытой последние три года. Аро — особенная. У меня есть планы на нее.
— О, знаю, что есть.
— Не надо так на меня смотреть, — парирует он. — Уверен, она уже привела себя в порядок и ты выяснил, что скрывается под ее одеждой.
Аксель тихо смеется, и я чувствую, как Николас двигается на своем месте.
Хьюго наклоняется вперед с горящим взглядом:
— Она выглядит настолько хорошо, насколько я думаю?
Под кожей будто огонь растекается, и в то же время я выдыхаю. Он не видел Аро. Не лапал ее.
Отсутствия ответа для него достаточно, чтобы сделать выводы.
— Значит, она в безопасности, — произносит Хьюго плавным тоном. — Я приберегу ее для себя, если так. Мне пора завести семью.
Мой позвоночник превращается в стальной прут.
— Аро станет отличной матерью, — продолжает он. — У нее будет хорошая жизнь. О ней позаботятся, обещаю.
Я встаю, не желая продолжать этот разговор.
И если я хоть как-то смогу повлиять на ее судьбу, Аро больше не придется заниматься воспитанием детей, пока она не будет к этому готова, черт побери.
Направившись к выходу, вдруг слышу у себя за спиной: