Пенелопа Дуглас – До тебя (страница 13)
В кафе «У Денни» из меню пропала яичница. Отлично. Хреново. Плевать.
Все проходило мимо меня, потому что ничто меня не трогало.
До тех пор, пока одиннадцать месяцев спустя, жарким августовским вечером, девчонка с глазами цвета неба перед дождем и солнечными волосами снова не вдохнула в меня жизнь и огонь.
Глава 7
– Пайпер, давай же! – крикнул я в сторону озера. – Гроза надвигается. Пора ехать.
– Не уезжай, – раздался голос Мэдока за моей спиной. – Давай лучше ко мне домой. Продолжим вечеринку там. – Он расстелил покрывало на каменистом берегу и лежал на нем рядом с какой-то девчонкой, имени которой, вероятнее всего, даже не знал. А в отдалении из моей машины доносились звуки песни
Когда сегодня днем мы приехали на озеро Суонси поплавать и отдохнуть, нас было шестеро, но довольно быстро компания разрослась человек до двадцати пяти и даже больше. Утром мне надо было на работу в автомастерскую, и я воспользовался этим предлогом для того, чтобы смыться.
По правде говоря, мне просто было отчаянно скучно. Я больше не пил на людях. Не ходил на вечеринки. Не вырубался в чужих домах. И раз я не надирался, меня ничего не радовало. Да я вообще больше не задумывался о том, что меня радует, а что нет. Теперь меня интересовало только то, что позволяло скоротать время.
– О, детка, – простонал Мэдок, обращаясь к девчонке. – «Сникерс» – не единственное, что бывает размера кинг-сайз.
Я улыбнулся. Хотел бы я оказаться в его шкуре. Каждый день был для него как день рождения, и вот ему снова пять лет, и он прыгает в бассейн с шариками в детской пиццерии
– Ты же не сразу повезешь меня домой, правда? – Моя нынешняя игрушка, Пайпер, вышла из воды. Она выжимала свои длинные темные волосы, и брызги летели во все стороны.
Да, я козел. Она не игрушка, знаю. И другие тоже. Но у меня с машиной были более серьезные отношения, чем с кем-либо из них, поэтому получалось, что все они – просто мимолетное развлечение.
Пайпер перешла в выпускной класс школы, как и мы, и прежде я не раз ее видел, но она никогда не вызывала у меня интереса. Она была прилипчивой и все время выделывалась. Пайпер знала, что она красивая, и думала, что этого вполне достаточно.
Да я ее просто терпеть не мог. До тех самых пор, пока… на празднике по случаю Дня независимости не узнал, что ее отец – тот самый гад, который арестовал меня в прошлом году. Тот мерзкий коп, который пихнул меня коленом в спину и прижал лицом к полу, надевая наручники.
О да, вот тогда у меня возникло желание поиграть с ней.
– А ты как думаешь? – спросил я, но это не было вопросом. У Пайпер была роскошная фигура, и мне нравилось, что она с готовностью реагировала на любое мое предложение. И пока не слишком много болтала, мы могли поразвлечься.
– Эй, ты знаешь, какой сегодня день? – заплетающимся языком весело проговорил Мэдок, отвлекая меня от воспоминаний. – Ровно год назад та девчонка, Тэйт, сломала мне нос на вечеринке. О, как она тогда взбесилась.
Я напрягся, но продолжил ни на кого не глядя натягивать футболку.
– Джаред, она разве не должна уже вернуться? То есть, она же вроде как на год уезжала? – уточнил Мэдок, как будто я был тупым. – Так вот год прошел.
– Заткнись, идиот. – Закатив глаза, я наклонился, чтобы подобрать с земли свои мокрые шорты. Перед тем, как вытащить Пайпер из воды, я уже зашел за деревья и натянул джинсы.
– О чем он говорит? – Пайпер стояла передо мной, но я даже не смотрел на нее.
– О Тэйт. Соседке Джареда, – отозвался Мэдок. – Она учится в нашей школе, но в прошлом году уехала, – объяснил он, а потом повернулся ко мне. – Ну, и где же она? Я скучаю по этой девчонке.
Он сел, а я уткнулся в свой телефон, но чувствовал, что приятель за мной наблюдает.
Я покачал головой.
– Ее отец сейчас в командировке в Германии, ясно? Он получил там работу на семь месяцев и не вернется домой до декабря. Сказал, что она начнет учебный год там. Доволен, тупица-который-везде-сует-свой-нос?
Компания мистера Брандта весной отправила его в Германию, поэтому с мая я приглядывал за их домом и забирал почту.
Мэдок посмотрел на меня таким взглядом, словно я только что запретил ему съесть мороженое на десерт.
– Облом, приятель. Хотя она, наверное, обрадовалась. Она нас терпеть не может.
И тут я ощутил смутное удовлетворение.
Тем вечером, когда мистер Брандт рассказал мне о своей командировке, я устроил у себя дома очередную вечеринку. Вместо того чтобы напиваться где-то еще, я мог запросто надраться, никуда не уезжая. И это помогало.
Я ждал, что Тэйт вернется из Франции в июне, как только закончится учебный год, но, когда узнал, что ее не будет до декабря, у меня возникло желание впечатать кого-нибудь в стену.
Мне нравилось ненавидеть ее, и я хотел, чтобы она вернулась в свой проклятый дом.
Но я просто проглотил эту боль, как поступал с прошлой осени. Я уже привык выполнять все на автомате и делать вид, что происходящее меня не волнует.
И сейчас мне снова нужно было забыться.
– Поехали. – Я взял Пайпер за руку и потянул ее за собой к машине.
– Но я вся мокрая. Мне нужно переодеться, – пожаловалась она.
– Да, – с улыбкой отозвался я. – Я тебе помогу.
Дороги были чертовски скользкие. Этим летом дожди шли нечасто, и из-за масляной пленки на асфальте машину постоянно заносило.
Но здравого смысла притормозить у меня не хватило.
Я на скорости влетел на подъездную дорожку к дому и в гараж, хотя торопиться мне было некуда. Дома меня не ждало ничего, кроме тишины, а я не выносил тишину.
Закрыв гараж, я вошел в дом через кухню, стянул с себя черную футболку и бросил ее в корзину с грязным бельем. От нее пахло Пайпер.
– Эй, приятель, – поприветствовал я Мэдмэна, который слетел ко мне с лестницы. – Иди сюда.
Я открыл заднюю дверь, чтобы он мог сделать свои дела, и, не запирая ее, взбежал наверх, чтобы поставить свой отрубившийся мобильник на подзарядку.
Как только мне удалось его включить, пришло сообщение о пропущенном вызове от отца Тэйт.
Мы же всего несколько дней назад с ним переписывались. Он хотел убедиться, что со мной и с его домом все в порядке.
Я не знал, что ему сейчас от меня нужно, но в любом случае перезванивать ему сегодня не собирался.
Тут я резко вскинул голову, услышав пронзительный скрежет со стороны окна.
– Чертово дерево. – Я швырнул телефон на кровать и, подойдя к окну, поднял жалюзи. Проклятое дерево, которое росло между нашими с Тэйт окнами, приносило одни неудобства. Нам постоянно приходилось подрезать ветви, потому что в ином случае они пробили бы в доме дыры. Этой весной я сказал матери, что дерево нужно просто спилить, но технически оно росло на участке Брандтов, а они, полагаю, хотели его оставить.
Мистер Брандт обычно подстригал его в самый раз, не слишком сильно. Я мог дотянуться до ветвей даже после того, как их подрезали.
Подняв окно и высунувшись из него наружу, я обнаружил ветку, которая скребла по оконной раме над моей головой. Раз мистер Брандт уехал, мне самому придется разобраться с этим завтра.
Дождь лил как из ведра, и в ярком свете уличных фонарей все вокруг блестело. Я скользил взглядом по лабиринту ветвей, отгоняя воспоминания о том, как я царапал о них ноги или сидел на них вместе с Тэйт.
Я любил это проклятое дерево и хотел, чтобы его спилили.
И тут… я больше не смотрел на дерево.
Мой взгляд уловил луч солнца посреди темного неба, и, черт возьми, я оцепенел.
– Какого черта? – прошептал я, не дыша и не моргая.
Она стояла в своей спальне, прислонившись к раме открытой балконной двери. И тоже смотрела на меня.
Она же должна быть в Германии со своим отцом как минимум до Рождества.
Я напрягся всем телом и оперся на подоконник, но глаз от нее оторвать не мог. Я словно оказался в альтернативной вселенной, где Тэйт была лакомством, а я умирал от голода.
Я на мгновение зажмурился и сглотнул, сердце колотилось чуть ли не в горле. Я был измучен, взволнован и благодарен одновременно.