Пелем Вудхауз – Перелетные свиньи. Рад служить. Беззаконие в Бландинге. Полная луна. Как стать хорошим дельцом (страница 39)
— Эмсворт!
— А? — произнес лорд Эмсворт, всегда произносивший «А», если его окликали. — Это вы, Икенхем! Вы в городе?
— Ну конечно, — отвечал пэр. — Разве вы меня не заметили? Я был красивей всех. Алый Крест шепнул Синей Мантии: «Не оборачивайтесь, но скажите, кто этот статный граф?», а Мантия ответил: «Черт его знает… Наверное, очень важный человек». Как хорошо вас встретить! Императрица здорова?
— А? Да, да, да, да, спасибо. С ней Джордж Сирил, я ему доверяю.
— Замечательно. Ну, пойдем, побеседуем. За углом хороший бар. У вас вид усталый, тяжело все это носить.
Усевшись в хорошем баре, лорд Икенхем сказал снова:
— Да, вид усталый. Тяжелая штука, я обычно не еду. А вы почему приехали?
— Конни заставила.
— Понимаю. Это она умеет. Очаровательная женщина…
— Кто, Конни? — искренне удивился девятый граф.
— Хотя и не на всякий вкус, — прибавил граф пятый. — Ну, как все в замке? У вас там земной рай.
Лорд Эмсворт не умел горько смеяться, но он слабо заблеял. В земном раю нет Конни, герцога, Лаванды и юных христиан. Потом он помолчал.
— Не знаю, что делать, Икенхем, — сказал он в конце концов.
— Заказать еще стаканчик.
— Нет, нет, спасибо. Я так рано не пью. А говорил я про замок.
— Что-нибудь не так?
— Все. У меня секретарша, очень плохая. Хуже Бакстера.
— Не может быть!
— Нет, правда. Лаванда Бриггз. Она мне жить не дает.
— А вы ее увольте.
— Что вы! Ее Конни наняла. Да, и герцог у нас гостит.
— Опять?
— А у озера, в парке, — юные христиане. Они все время кричат. Один бросил булочку мне в цилиндр…
— Разве вы носите цилиндр?
— Это был выпуск в школе. Конни заставляет меня носить цилиндр на эти балы. Я зашел в шатер, когда пили чай, а один мальчик бросил в меня булочку. Сбил цилиндр. Икенхем, он из этих христиан, я просто уверен!
— Да, картина безотрадная, прямо Чертов остров. Не удивлен, что вы дрогнули. — Глаза лорда Икенхема странно засветились. Мартышка узнал бы этот свет; он предвещал приятные и полезные приключения. — Вам нужен союзник. Он поставил бы на место секретаршу, герцога, Конни и вообще расточал бы сладость и свет.
— Ах! — вздохнул лорд Эмсворт, представив себе эту утопию.
— Хотели бы вы, — спросил Икенхем, — чтобы я приехал в Бландинг?
Пенсне лорда Эмсворта, падавшее в роковые минуты, исполнило адажио на шнурке.
— А вы бы могли?
— Конечно. Когда вы возвращаетесь?
— Завтра. Спасибо, Икенхем.
— Не за что. Мы, графы, должны помогать друг другу. Вы не возражаете, если я прихвачу друга? Я бы не стал вас утруждать, но он из Бразилии, без меня он заблудится в Лондоне.
— Из Бразилии? Там живут?
— Иногда. Вот он — жил. Не знаю, чем он занимается, но предполагаю, что он придает орехам их удивительную форму. Значит, я его беру?
— Конечно, конечно, конечно. Очень рад.
— Мудрое решение. Кто знает, чем он поможет? Женится на вашей Лаванде, увезет в Бразилию…
— Да…
— Или отравит герцога малоизвестным ядом. В общем, не пожалеете. Ест он все… Когда вы едете?
— В одиннадцать сорок пять, с Паддингтонского вокзала.
— Ждите нас там, Эмсворт, — сказал пятый граф. — Как справедливо заметил Лонгфелло, я к любой судьбе готов. Позвоню-ка я этому другу, пусть складывает чемодан.
Через несколько часов, выпив перед обедом в клубе «Трутни», Мартышка Твистлтон узнал от лакея, что к нему пришли, — и пал духом. Пришельцы слишком часто говорили с ним о деньгах, а дела его были в беспорядке.
— Коротенький, жирный? — нервно спросил он, припомнив представителя фирмы «Хикс и Адриан», которой он задолжал за рубашки и носки.
— Что ты! — сказал какой-то голос за его спиной. — Я бы назвал его изящным.
— Ах, дядя Фред! — обрадовался племянник. — Я думал, это не вы.
— Нет, я. Дорогой Мартышка, я решился сюда зайти, зная, как ты мне рад. Мы, Икенхемы, не ждем в передних. Что ты пьешь? Закажи и мне. Артерии станут тверже, но что в этом плохого? Билл не здесь?
— Нет. Он поехал к себе.
— Ты его давно видел?
— Ну, тогда. Я дома не был. Ты хочешь меня угостить?
— Да. Если не теперь, когда же? Уезжаю в Бландинг.
— Что?!
— Встретил Эмсворта, просит помочь. У него, у бедняги, неприятности.
— А что такое?
— Что угодно. Секретарша терзает. Данстабл никак не уедет. Леди Констанс отобрала любимую шляпу и отдала добродетельным беднякам. Скоро доберется до охотничьей куртки. Да, и юные христиане!..
— Кто?
— Видишь, сколько у меня дел? Надо устранить секретаршу…
— Христиане?
— …переправить герцога в Уилтшир; сломить упорную Конни, вселить страх божий в юных христиан. Людям мелким это не по плечу. К счастью, я не мелок.
— Какие еще христиане?
— Ты не был в таком отряде?
— Нет.
— А теперь почти все бывают. Собираются шайками, в сельской местности. Так их и называют, Отряд Юных Христиан. Конни пустила их к озеру, разбили лагерь.
— Эмсворт их не любит?
— Их никто не любит, кроме матерей. Чего ты хочешь от Эмсворта? Отравляют воздух, орут, визжат, а на школьном выпуске сбили булочкой цилиндр.
Мартышка покачал головой.