Павел Жданов – Семьяне. Инструкция, которую не дают в роддоме (страница 9)

Шаг второй — найти источник. Откуда эта программа? Из семьи? Из культуры? Это ваша подлинная ценность — или автоматически воспроизведённый паттерн?

Шаг третий — принять решение. Принять осознанно: я продолжаю эту программу — или я её прерываю?

Прерывание программы — это не всегда лёгкий процесс. Иногда программа настолько глубоко записана в подсознание, что сознательное решение «я буду иначе» не работает. Потому что сознание контролирует поведение примерно 5% времени. Остальные 95% — это подсознательные автоматизмы.

Именно поэтому работа с подсознанием — с теми программами, которые мы не осознаём, — является ключевой для тех, кто хочет по-настоящему изменить паттерны своей семьи. Это то, с чем я работаю в своей практике. И результаты, которые я вижу, — убеждают меня снова и снова: когда программа меняется на уровне подсознания, поведение меняется естественно — без усилий воли и без постоянного самоконтроля.

Но самый первый шаг — просто увидеть программу. Назвать её. Спросить себя: это — я? Или это то, что мне передали — и что я автоматически передаю дальше?

ЧАСТЬ V. КРИЗИСЫ

Точки разрыва или точки роста

«Кризис — это не конец истории. Это самая важная её глава».

ГЛАВА 17. СЕМИЛЕТНИЕ КРИЗИСЫ И ДРУГИЕ ЗАКОНОМЕРНОСТИ

Циклы, которые существуют — хотим мы этого или нет

В 1973 году советский психолог Дмитрий Элькин, изучавший динамику семейных отношений, сформулировал концепцию «семилетних циклов» семьи — периодов, в которые система отношений проходит через трансформацию. Позднее эту концепцию развили немецкие исследователи Гюнтер Бауман и Клаус Остальски, опубликовавшие в 1990-е годы серию работ о предсказуемых циклах семейного развития.

Суть: примерно каждые семь лет (плюс-минус два года) семья переживает период, когда старые паттерны взаимодействия перестают работать, и системе необходима перестройка. Это не «кризис как катастрофа». Это «кризис как переход».

Первый цикл — примерно 1–3 год совместной жизни: завершение фазы влюблённости, первая встреча с реальностью друг друга.

Второй цикл — примерно 5–7 лет: появление детей изменило систему, накопилась ежедневная рутина, первые признаки «мы стали другими — а договор не обновился».

Третий цикл — примерно 12–15 лет: дети подросли, карьеры выросли, возникает вопрос «кто мы теперь — как пара?» Именно этот период называют «кризисом среднего возраста» — хотя правильнее было бы называть его «кризисом переопределения».

Четвёртый цикл — около 20–25 лет: дети уходят из дома. «Пустое гнездо». Двое снова наедине — и, возможно, впервые за долгое время обнаруживают: кто этот человек рядом со мной?

Знание об этих циклах не защищает от кризиса. Но оно защищает от главного страха кризиса: «это конец». Нет. Это переход. И то, насколько хорошо вы его пройдёте, зависит от того, как вы к нему отнесётесь.

Кризис как диагностика

Я предлагаю смотреть на семейный кризис как на диагностику системы. Не «что-то сломалось». А «что-то перестало работать — и нам это показывают».

Что именно показывают кризисы?

Накопившиеся невысказанные потребности. То, что годами откладывалось «на потом». Паттерны, которые перестали соответствовать тому, кем вы стали. Роли, которые устарели — но не были пересмотрены.

Пара, которая умеет проходить кризисы — становится сильнее после каждого. Пара, которая их избегает или замалчивает — накапливает давление до тех пор, пока оно не взрывается.

Дэнни ДеВито и Рея Пёрлман: 30 лет вместе — и всё же разошлись

Дэнни ДеВито и Рея Пёрлман — одна из самых известных голливудских пар — прожили вместе 30 лет и вырастили троих детей. Несколько раз расходились и сходились вновь, последний раз окончательно расставшись в 2017 году.

ДеВито в интервью журналу People говорил, что их отношения были «живыми» — со всеми кризисами, которые это предполагает. «Мы несколько раз начинали заново», — сказал он. — «Это не значит, что мы потерпели неудачу. Это значит, что мы оба пытались».

Тридцать лет — это не провал. Это жизнь. Со своими циклами, кризисами, перезапусками.

Суть не в том, сколько вы вместе. Суть в том, как вы проживаете это время.

Как пройти через кризис: три шага

Шаг первый: признать, что кризис есть. Не «у нас всё нормально, просто устали». А честно: «что-то в нашей системе не работает — и мы оба это чувствуем». Это не капитуляция. Это честность, с которой начинается изменение.

Шаг второй: исследовать, а не обвинять. Не «кто виноват?» — а «что происходит?». Какие потребности не удовлетворены? Что изменилось у каждого из нас — и не было замечено? Что «устарело» в нашем способе быть вместе?

Шаг третий: обновить договор. Кризис — это сигнал к тому, что семейный договор нуждается в пересмотре. Новый этап жизни требует нового соглашения — о ролях, о приоритетах, о том, чего каждый хочет от этих отношений сейчас.

ГЛАВА 18. ИЗМЕНА: КОНЕЦ ИЛИ НАЧАЛО?

Самая болезненная тема

Я знаю, что этот раздел читают с особым вниманием. Потому что измена — то, что случается в реальных семьях. В тех, где любили. В тех, где не планировали. В тех, где казалось, что «у нас такого не будет».

Статистика в этой области сложная, потому что люди не всегда честны в опросах. Но исследования, которые используют поведенческие маркеры вместо прямых вопросов, дают картину: в разных странах от 20% до 40% людей в длительных отношениях имеют опыт измены — или опыт партнёра с изменой.

Это значит, что измена — не исключение из правил. Это часть человеческой реальности, которую нельзя игнорировать.

Я не буду рассуждать о морали. Это не книга по этике. Я буду говорить о том, что происходит после — и что с этим делать.

Почему это происходит: три корня

Понять причину — не значит оправдать. Но без понимания невозможно ни восстановление, ни осмысленное решение о том, что делать дальше.

Корень первый: дефицит близости в паре. Это не значит «в сексе» — это значит в эмоциональном контакте. Измены чаще всего случаются не потому что «та/тот был лучше». А потому что «с той/тем я чувствовал(а) себя живым/живой, видимым/видимой, важным/важной».

Исследование Эстер Перель — бельгийского психотерапевта и автора книги «Право на налево», ставшей мировым бестселлером, — показывает: большинство мужчин и женщин, переживших измену, описывают момент её начала не как «я хотел другого партнёра», а как «я хотел почувствовать себя собой».

Это важный и болезненный вывод: измена — это часто симптом потери себя внутри отношений. Не проблема с партнёром. Проблема с собой.

Корень второй: незакрытые детские раны. Люди, которые выросли с ненадёжным стилем привязанности, нередко бессознательно саботируют близость. Когда становится «слишком хорошо» — когда отношения становятся настоящими и глубокими — старая программа говорит: «опасно, уходи». Измена становится способом создать дистанцию — не осознавая этого.

Корень третий: отсутствие осознанности. Большинство измен не начинаются с намерения. Они начинаются с незначительной близости, которой не ставится граница. С рабочего ужина, который немного затянулся. С переписки, которая стала немного личнее. С «это просто дружба» — до тех пор, пока это уже не дружба.

Без осознанности — без понимания собственных потребностей и границ — человек попадает в эту ситуацию не из злого умысла. А из слепоты.

Восстановление после измены: возможно ли это

Да. Это возможно — но не всегда, и не автоматически.

По данным исследования Американского института семьи, около 60–70% пар, в которых произошла измена и которые обратились за профессиональной помощью, сообщали об улучшении отношений после работы — причём значительная часть из них описывала брак после восстановления как более глубокий и осознанный, чем до.

Это не значит, что нужно прощать измену в любом случае. Это значит, что измена — это не автоматически конец. Это кризисная точка, из которой возможны разные выходы.

Для восстановления нужны три вещи — и без каждой из них ничего не выйдет.

Первое — полная честность. Не «расскажу ровно столько, сколько спросишь». Всё, что нужно партнёру, чтобы снова начать доверять. Полутона и умолчания не снижают боль — они создают новую.

Второе — понимание причины. Не только «что произошло», но «почему». Что в отношениях создало для этого почву? Что сыграло роль в истории каждого? Без ответа на эти вопросы — всё повторится. С тем же человеком или с другим.

Третье — намерение обоих. Восстановление невозможно, если один хочет попробовать, а другой остаётся из страха одиночества или вины. Нужны оба. Осознанно. Без принуждения.

История Хиллари и Билла Клинтон

Скандал 1998 года — Моника Левински — является одним из самых публичных примеров измены в истории. Хиллари и Билл Клинтон прошли через это публично — с нацией в роли зрителей.

В своих мемуарах «Живая история» Хиллари пишет о том периоде с редкой откровенностью. Она описывает гнев, растерянность, период, когда не могла смотреть на мужа. Она описывает работу над собой и над отношениями. И то, что было принято решение остаться вместе — осознанно.

Их брак продолжается по сей день — уже более 48 лет. По публичным высказываниям обоих, это брак, который прошёл через трансформацию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.