Павел Я.Н.Г. – Новая угроза (страница 68)

На территории России и сопредельных государств до семидесяти процентов бешеных загнаны в отстойники и вырытые огромные ямы. В Китае и Индии дела чуть похуже. В Африке хуже всего. Из северной Африки практически всех эвакуировали, остались только заражённые. Про остальную территорию мало что известно, но больших скоплений не наблюдается. Решено воздвигнуть военные укрепления вдоль Суэцкого канала. На Ближнем Востоке в связи с малой численностью заражённых, арабы неплохо справляются сами. Австралия и Новая Зеландия практически чистые, за всё время пандемии там были зафиксированы несколько сот случаев заражения. Теперь о США. Там мощными неядерными авиабомбами хотели уничтожить единственную заражённую цитадель Аллентаун, так как в лабиринтах улиц уничтожать зомби крайне затруднительно, дорого и опасно. Но из-за образовавшегося барьера в цитадели не обнаружили ни одного бешеного. По их подсчётам бесследно исчезло большое количество заражённых. Около других цитаделей будет применён Беллерофонт, который палубной авиацией доставят в аэропорт, где находится исследовательская база. Туда, на эту базу, были отправлены наши специалисты для помощи в освоении выпуска блокиратора. Канада и Южная Америка просят поддержки, хотя такого разгула инфекции, как у нас там не наблюдается. Я думаю, что в скором времени мы и туда сможем отправить своих специалистов.

— Надо будет помочь, — согласился президент.

В комнату вошёл полковник. — Разрешите? — тихо спросил он.

— Что-то срочное? — поинтересовался президент.

— Да, — кивнул полковник. — Касается космического объекта.

— Что там? — спросил руководитель страны. Увидев, что офицер стушевался, президент улыбнулся и произнёс. — Говорите, от премьера мне скрывать нечего.

Полковник вытянулся в струнку насколько позволял живот. — Астрономы сообщили, три часа назад объект остановился в точке Лагранжа Эл-два Солнце-Земля. При продолжении наблюдений в оптическом диапазоне от него час назад отделилось тело и двинулось по направлению к Земле с предполагаемой скоростью равной первой космической. Ещё через час тело начало увеличиваться в размерах не меняя скорости, и продолжает движение к нам, постепенно расширяясь.

Президент вопросительно посмотрел на премьера, тот в ответ пожал плечами. — Скажите, что значит точка Лагранжа Эл-два Солнце-Земля. И первая космическая, это сколько? — поинтересовался президент у полковника.

Офицер лихорадочно стал что-то искать в карманах кителя и извлёк из одного сложенную бумажку. Развернув её, полковник пробежав по листку глазами сбивчивым голосом зачитал. — Расстояние от точки Лагранжа Эл-два Солнце-Земля до нашей планеты составляет полтора миллиона километров. Первая космическая скорость равна семи километрам, девятьсот десяти метрам в секунду. — Полковник оторвал взгляд от бумажки и посмотрел на президента.

— Если на вскидку, выходит около двадцати дней полёта, — задумчиво произнёс руководитель страны.

— Если только тело не ускорится, — ответил премьер.

— Хорошо. Идите, — приказал президент полковнику.

Офицер спрятал бумажку обратно в карман и удалился из кабинета.

— Вероятно скорость увечится, наши инопланетные союзники рассчитывают успеть к началу вторжения, — сказал серьёзным тоном глава государства барабаня пальцами по столешнице.

— Не исключено, — кивнул министр. — Скорее всего, у них давно всё просчитано в разных вариантах действий и сейчас пришельцы используют один из сценариев.

Глава 15

Переброска

Через полчаса в столовой начали собираться руководители и ведущие специалисты подразделений базы. Техники принесли селектор и водрузили его на сдвинутые столы. Последним в столовую зашёл Дроздов. Все расселись по местам. На повестке дня стоял один вопрос, о срочной эвакуации со станции Полярная звезда. Слово держал руководитель проекта Химера, Дмитрий Сергеевич.

— Сегодня со мной связался начальник карантинных штабов и приказал в срочном порядке всем научным сотрудникам и гражданским в связи с изменением тора, покинуть территорию Полярной звезды. С собой так же забрать практически всё оборудование, плюс сырьё, которое нам доставили из аномалии находящейся под Колпашево.

Начальник станции Иванов Василий Трофимович приподнял руку. — По моему мнению, для такой перевозки потребуется семь самолётов и это на вскидку. Ведь людей и аппаратуры много. А у нас нет в наличии столько транспорта.

— Полетят не все, — ответил ему профессор. — На базе останется обслуживающий персонал из числа ваших военных и один человек из наблюдателей группы Скрипки, Евгений Верещагин. Он решил остаться.

— Я тоже остаюсь, — поднял руку один из сотрудников мониторинговой группы тора.

— И я, — подтвердил другой наблюдатель.

— Мы все работающие в башне, остаёмся, — ответил за всех старший группы Вадим Мельников.

Дроздов на мгновение задумался, затем тихим тоном произнёс. — Я не имею права ни вам, мониторинговой группе, ни тем более военным приказывать, — профессор оглядел присутствовавших и уже громче продолжил. — Но я настоятельно требую всем без исключения покинуть станцию, даже военным. Оставаться здесь крайне опасно. Требовать я же могу?

— Требовать можете, — ответил Мельников. — Но, есть один аргумент в наше оправдание. Судя по мониторингу, наблюдаемый тор пока не представляет для нас никакой опасности и скоро должен исчезнуть совсем. Я не могу ручаться на сто процентов, что здесь ничего не произойдёт. На данном этапе тор ведёт себя спокойно. Его активность в связи с уменьшением в размерах снижается. Без энергетических всплесков и аномалий он стабильно затухает. Судя по более ранним наблюдениям, тор после сбрасывания энергетических полей снова набирал мощность. Нарастание происходило на определённом этапе. Но сейчас этот этап пройден и после его прохождения тор начал сжиматься. Пока что сохраняется барьер и он без изменений. В Антарктиде ведут наблюдения американские коллеги, где находился их исчезнувший тор. Там вообще всё спокойно и они не собираются эвакуироваться. А вот учёным, задействованным в программе Химера и гражданским, конечно лучше улететь.

— Если летят не все, то по моим прикидкам, получается, пять самолётов, — сказал Иванов. — Все равно много. Даже столько свободных машин лётного парка на данный момент у нас нет.

— Куда мы полетим? — поинтересовался вирусолог Семакин Виктор Николаевич.

— На самый ближайший аэродром, — серьёзным тоном ответил Дроздов.

— В Ледовск⁈ — воскликнула токсиколог Гришина Лидия Михайловна.

— Да, — кивнул руководитель проекта.

— Так ведь это карантинная зона! — удивлённо произнёс Семакин.

— Сейчас там относительно спокойно, — ответил ему Дмитрий Сергеевич. — Холодное время года замедлило заражённых, да и многие бешеные ушли из тех мест за беженцами. В Москву заберут только военнослужащих срочной службы и обслуживающий персонал. В Ледовск летят специалисты и спец.подразделения. Совсем скоро на связь выйдет следователь Скрипка, вот с ним и обсудим назревшие вопросы.

— Ледовск на связи, — прозвучал голос радиста из динамиков селектора стоящего на столе.

— Переключайте, — попросил Дроздов.

— Здравствуйте, — поприветствовал следователь присутствовавших.

— Здравствуйте, — ответил Дмитрий Сергеевич.

— Что-то случилось? — взволнованным голосом поинтересовался Скрипка.

— Почему сразу должно что-то случиться? — удивился Дроздов.

— Вышли на связь в неурочное время. Если бы это было связано с тором, мне бы мои люди уже сообщили. Значит что-то важное.

— Да. Москва нас переправляет к вам.

— К нам⁈ — засвистели динамики от возгласа следователя.

— К вам, к вам. Причём почти всех. А это примерно пять самолётов, плюс один московского направления, и того шесть, но он летит. Сможете столько принять.

— Мне надо переговорить с Хмурым, то есть с Чусовым. Подождёте несколько минут?

— Хорошо. Подождём. Конец связи.

Пока Сергей Иванович ходил за Хмурым собравшиеся продолжили обсуждение.

— Сколько у нас в наличии самолётов? — поинтересовался Дроздов у командира лётного отряда Старикова Юрия Николаевича.

— На данный момент пять и есть, — ответил Стариков. — Один из них нельзя трогать, он для экстренных случаев. Ещё заправщик Ил-семьдесят восемь. Остаётся три пассажирских Ту-сто пятьдесят четыре.

— Может пришлют самолёты? — с надеждой в голосе произнесла Лидия Михайловна.

— Будем надеяться, — сказал Юрий Николаевич.

— Про отправляющиеся сюда рейсы никакой информации не поступало, — ответил старший диспетчер Иванков.

— Будем рассчитывать на то, что есть, — произнёс командир лётного отряда, доставая из нагрудного кармана кителя блокнот. Он положил его перед собой, открыл и начал что-то высчитывать, быстро чиркая ручкой по бумаге.

— А как же оборудование? — поинтересовался вирусолог.

Стариков оторвался от вычислений. — Я здесь прикинул количество улетающих, — произнёс он. — Посадочных мест как раз хватит и ещё места останется, которое можно заполнить оборудованием. Самолеты заполнятся пассажирами не полностью, оставшееся пространство укомплектуем приборами. Так же можем задействовать Ил как транспортник. Скрипка как-то говорил, что у него с топливом аврал, предлагаю Ил использовать по прямому назначению как танкер, взять дополнительно топлива, заполнив танки. Пригодится.