Павел Я.Н.Г. – Новая угроза (страница 59)

Впереди начал проявляться чёрный куб, в верхней грани которого ярко светилась тонкая оранжевая полоска. Александр Петрович поняв, что он не упадёт на поверхность, решил повернуть руки ладонями вверх и пришёл в ужас. Кисти превратились, правая в левую, а левая в правую. Он согнул пальцы, и они согнулись, как и положено на левой и правой руке. — «Что же это такое? Почему руки поменялись местами?» — мелькнуло у него в голове. Док опять повернул руки и кисти стали нормальными. Ещё он заметил, что не дышит, нет вдоха или выдоха. Такое обстоятельство совсем выбило мысленные процессы врача из колеи. Мелькнула шальная мысль, не умер ли он? Тело продолжало вытягиваться вместе с руками. Тяжесть и давление начали увеличиваться, а реальность запутываться. Счётчик Гейгера смолк вместе с датчиком давления. Но появился неимоверный треск сотен электрических разрядов и мощный гул похожий на гудение гигантской трубы. Ларин повернул голову и снова повторился странный эффект. Поле зрения ещё больше расширилось. Док увидел справа световое неоновое пятно, такое же в котором он сейчас находился и над пятном висящий сверкающий тор. Дальше ещё одно и ещё… Врач повернул голову в другую сторону. Но голова не повернулась, а как будто перетекла влево, расширяя кругозор, и он увидел ту же картину. Много световых пятен идущих в ряд. Александр Петрович начал различать рядом со световыми пятнами нагромождения из неясных форм, в которых угадывалась фантастическая техника. Над техникой медленно проплывали тёмные объекты. Тело Ларина продолжало падать и вытягиваться. Объекты стали принимать более отчётливые формы, а куб, стоящий перед ним стал виден со всех сторон. Док видел одновременно все его грани и стороны. На обратной стороне светился белый круг, а с боков маленькие синие точки. На верхней плоскотсти куба светилась тонкая тёмно оранжевая полоска, заключённая в окружность, и физически ощущался мощный энергетический столб выходящий из этой окружности.

Вдруг кто-то из тьмы схватил Александра Петровича за руку. Ларин разглядел вынырнувшего из размытой мглы карлика в гермошлеме, одетого в мешковатый комбинезон, по которому импульсами пробегали неоновые фиолетовые огоньки. Карлик потянул на себя руку Дока. Через зеркальное защитное забрало шлема маленького человека Александру Петровичу не было видно лица, он видел только своё искажённое отражение, и от этого Доку стало жутко, вдруг Ад действительно существует? Врач попытался вырваться, но тяжесть и внешнее давление не дали сделать резкое движение, только слабое сопротивление. Ларин попытался закричать, открыл рот, но ничего не получилось, он же не дышал. Появились ещё несколько карликов с намерением затащить Александра Петровича в этот ад. Ларин неимоверным усилием вырвал руку и его отбросило назад. Док как Ванька-встанька качнулся начиная медленно принимать вертикальное положение. Длина рук и туловища начали уменьшаться, а куб стал обычным. Стало немного легче, тяжесть чуть-чуть отступила, снова затрещали и запищали датчики, а треск молний начал стихать. Не дотянув до вертикального положения Док почувствовал, что начал падать обратно. И опять ощущение вечного падения. Детекторы смолкли, а треск усилился. Вдруг его кто-то с силой потянул за ноги и буквально через секунду Ларин оказался лежащим на животе, на снегу в кружении стоящих вокруг него ребят Стрелка, Марадоны, Хакера и Ромеро.

— Простите Док, но мы решили пойти за вами, — сказал виноватым голосом Хакер. — Когда мы вышли на улицу, то увидели вас под кольцом в кругу света в застывшей позе идущего.

— Я стоял на месте? — удивился Александр Петрович.

— Да, — кивнул Хакер. — Мы решили вас вытащить оттуда, подумали, что тоже можем пройти барьер, как и вы. Мы же тоже привиты ослабленной Химерой. В общем, проникли через барьер и увидели вас висящем невысоко над землёй и исчезнувшим по пояс.

— Причём ваше тело растворилось наполовину, — подтвердил Стрелок.

— Спасибо ребята, — с трудом сказал врач. Всё тело у него болело, как будто Док разгрузил пару вагонов с углём. — Я думал, что уже не выберусь оттуда. Что я увидел, просто не описать словами. Кстати нужно проверить камеру, — сказал Ларин медленно снимая с головы вместе с шапкой оголовник. — Возможно, на неё кое-что записалось. Ребята помогите встать.

Пацаны помогли Александру Петровичу подняться, и придерживая его вышли из неонового круга, где у световой границы их уже ждали начальник станции Иванов и руководитель исследовательского центра Дроздов.

— Александр Петрович, я же просил вас всех не выходить на улицу, — с досадой в голосе произнёс Дмитрий Сергеевич. — Вы же, товарищ Ларин, чуть не погибли.

— Ну не погиб же, — ответил Док, передавая камеру Дроздову. — Вы знаете, я сейчас такое видел…

— Расскажите потом, а сейчас немедленно в лазарет, — распорядился начальник станции.

Ребята отвели Александра Петровича в медпункт. Дежурный офицер медицинской службы осмотрел побывавших под тором и отправил в седьмой блок, для более тщательного обследования на аппаратах. Пацаны сидели в пятой лаборатории ожидая своей очереди, пока на оборудовании проверяли заражённого, привитого новой вакциной и слушали рассказ Дока. Александр Петрович закончил историю и посмотрел на свои наручные часы.

— Кстати сколько времени? — поинтересовался врач.

— Без пяти семь, — ответил Хакер глянув на настенные круглые часы висящие напротив него, как раз над головой Александра Петровича.

— Странно, мои идут в обратную сторону, — сказал Док показывая свои. — А ведь хорошие, фирменные. Мне ребята из Германии привезли, куда ездили на симпозиум.

Мимо них из лаборатории в сопровождении вооружённой охраны провели бешеного.

— Проходите, — послышался голос из недр исследовательской комнаты.

Проверка здоровья Дока не выявила критических отклонений, несмотря на множественные микроразрывы тканей, которые уже почти зажили, сказалось действие прививки ослабленной Химеры. У ребят вообще ничего не нашли.

Пока проверяли здоровье Дока и ребят, Дмитрий Сергеевич с остальными руководителями, собравшимися в седьмом блоке, просмотрели запись на лабораторном ноутбуке. Она действительно сохранилась, но изображение было нечётким с помехами. Камеру решили отдать в информационный центр. После обследования побывавших под тором, руководители позвали Ларина в столовую в ожидании восстановленных файлов. Конечно, все лезли к Доку с расспросами. Александр Петрович только растерянно улыбался и не мог внятно что-то объяснить.

— Понимаете, я как будто стал видеть одновременно всё вокруг себя. Передо мной стоял куб, и я видел его со всех сторон, не двигаясь с места, — отвечал он.

— Вы в лазарете говорили, что там было много световых пятен по поверхности? Что за техника там была? Кто на вас напал? — галдели руководители.

— Я видел всё расплывчато. И напавшие на меня может плод моего воображения, может мне всё померещилось, — отвечал Александр Петрович.

— А как же след на руке? — не унимались исследователи.

— Самовнушение. Были же случаи проявления внушения на теле человека на физическом уровне, — слабо отбивался Док.

Из лазарета пришёл капитан медицинской службы и строго-настрого запретил задавать одновременно столько вопросов. — С таким яростным натиском вы мне пациента на больничную койку уложите, — закончил он. Учёные заметно притихли.

В столовой, где собрались руководители, окружившие Дока появился Шахермахер и неуверенно подошёл к Дроздову.

— Дмитрий Сергеевич, — обратился он к руководителю научного центра. — Можно мне задать Александру Петровичу пару вопросов.

— Абрам Соломонович, это не в моей компетенции, — ответил профессор. — Обратитесь к Михаилу Олеговичу.

Старый еврей робко подошёл к капитану медицинской службы. — Можно мне задать Александру Петровичу пару вопросов, — попросил он.

— Пару можно, — кивнул капитан.

Шахермахер подошёл к Доку и виновато улыбнувшись, спросил. — Александр, скажите, вы чувствовали тяжесть в теле? Как будто вас сжимают со всех сторон?

— Да Абрам Соломонович, — кивнул врач.

— У вас был с собой счётчик Гейгера?

— Да.

— Была ли радиация?

— Была. Но только, как всплеск. Потом вообще никакой реакции детектора. Получается, там не было даже естественного фона. Ещё был датчик давления. Но он, похоже, вышел из строя из-за резкого перепада.

Экспериментаторы опять загалдели, обсуждая тему исчезновения радиации и перепада давления, но их тут же приструнил Иванов.

— Товарищи учёные, я попрошу, потише, — пробасил он.

— Мне сказали, что вы видели куб со всех сторон одновременно? — продолжил задавать вопросы Шахермахер.

— Да, — кивнул Док. — Моё зрение вообще расширилось. Куда бы я не посмотрел, оно не сужалось, а наоборот расширялось. Я не могу это состояние описать словами. И ещё, кажется, я не дышал.

Абрам Соломонович на секунду задумался, потом осторожно произнёс. — Есть вероятность, что вы первый, в истории цивилизации человек, побывавший в четвёртом измерении.

Все учёные перестали переговариваться, и в образовавшейся внезапно тишине прозвучал голос Дроздова.

— С чего вы взяли Абрам Соломонович?

— Понимаете, четвёртое измерение давно не диковинка для математиков. Им они апеллируют, выводя сложные расчёты взаимодействия массивных небесных тел. Это очень интересная тема и нам, простым людям невозможно понять всей полноты картины происходящих процессов в этом измерении. Там время и пространство могут скручиваться, меняясь местами создавая странные ситуации в виде петель времени. Предмет может пройти сквозь толстую бетонную стену, не нарушив законы физики, а ударная волна от мощного взрыва не порвёт даже натянутой газеты. Левое может стать правым и наоборот и такое тоже не противоречит законам. Ларин мог пробыть там доли секунды по нашему времени, а там могли пройти минуты. Не исключено, если проникнуть глубже, то время вообще для нас здесь остановится, но для находящегося там, ускорится.