Павел Я.Н.Г. – Энтропия (страница 59)

— Надеюсь, что успеют создать карантинные зоны на подступах к городу? — с надеждой в голосе произнёс Дмитрий Сергеевич.

— Скорее всего нет. Этот город будет перевалочным пунктом. Вы полетите дальше. Пункт назначения, приарктическая станция. Во времена Союза там была военная база с неплохой инфраструктурой, недавно её восстановили и модернизировали. Теперь восстановленная станция может принимать среднемагистральные самолёты. Туда уже прибыли другие специалисты. Развернёте там производство Беллерофонта.

— Есть на чём там производить? — поинтересовался Дроздов.

— Есть. Месяц назад туда и ещё в два других места начали завозить оборудование. Одно из производств стали создавать в Казахстане в городе Павлодаре на базе старого химического комбината. Второе в Волгограде. Арктическое направление самое перспективное, инфицированные туда практически не идут. Возьмите с собой всё нужное. Сколько вам надо времени на сборы?

— Мы уже давно на чемоданах.

— Берите только самое необходимое и в путь. Удачи, — рация отключилась. Профессор вернул её Глебу Юрьевичу.

— Нужно организовать прямо сейчас группу, которая поедет на аэродром и подготовит полосу для посадки. И ещё одну для подготовки заправки самолёта. Поедут скорпионы. Подключат энергию, — отдал распоряжение Дмитрий Сергеевич. — Оставшиеся люди займутся погрузкой оборудования.

Призрак, ошивающийся уже второй день в научном центре, вызвался помочь в расчистке полосы. На тигре ловцов они поехали за К-700 в свой лагерь. Прибыв туда Призрак собрал всех спартаковцев во внутреннем дворике.

— Сегодня прилетает самолёт! Будет эвакуация! — громко пробасил он.

Все тут же оживились. Некоторые даже захлопали.

Но! — Призрак поднял руку. — Летим только до следующего города, который находится на пути бешеных! Самолёт доставит эвакуируемых туда, для пересадки! Но дальше полетят не все! Направление полёта приарктическая база! Нас оставят в городе и мы по идее должны будем уйти оттуда вместе с эвакуационными колоннами, — Призрак осмотрел присутствовавших. — Лично я остаюсь здесь! — прогудел он. — Здесь относительно безопасно! Бешеные почти все ушли! Местность знакомая! В разорённом Шелтере полно оружия! Запасы еды можно поискать в оставленном жилье и брошенных сёлах! Кто со мной! Решайте быстрее, самолёт скоро сядет!

К удивлению и радости Призрака все спартаковцы единогласно вызвались остаться. Приступили к вызволению из бокса Кировца. Тигром выдрали ворота гаража, краном сняли секцию забора, после чего К-700 выехал прямиком в аэропорт за рулём которого находился Кардан и с ним один из спартаковцев, бывший диспетчер аэропорта. Следом за трактором шёл тигр в котором сидели ловцы и с ними Призрак.

— Судя по знаку на воротах одного из гаражей он у вас сквозной. Почему вы через него не выехали? — спросил Призрака рядом сидящий Артём.

— Там низкие проёмы. Кировец не проходит, — ответил здоровяк.

Над Сосновогорском нависли тяжёлые тучи, добавив темноты в надвигающиеся сумерки. Поднялся ветер. Машины неслись по грунтовке срезая путь, ведь времени до прибытия воздушного борта оставалось всё меньше. Впереди свистя турбиной пылил Кировец, за ним не сильно подпрыгивая на ухабах летел тяжёлый внедорожник.

— Плавный ход у вашей машины, — заметил Призрак.

— Само собой. Ведь весит броневик немало, — усмехнувшись ответил Артём.

Вскоре прибыли на аэродром. Там уже суетились скорпионы готовя заправщик. Кардан не откладывая дело в долгий ящик с ходу трактором убрал с полосы разбросанные обломки самолёта сдвинув их далеко в сторону от ВПП. Сверкая фарами на автобусе и двух грузовиках подъехали эвакуируемые. Люди выйдя из транспорта тут же начали разгружать оборудование. После выгрузки все столпились возле аэровокзала. Порывы ветра усилились, начался мелкий дождь, но люди не прятались в здании с надеждой всматриваясь в пасмурное небо. И вот вдалеке послышался гул моторов. В тёмной выси появилась еле различимая точка, которая увеличиваясь превратилась в самолёт.

Зажглась взлётная полоса. Самолёт включил фары, выпустил шасси и начал снижаться. Тут же подогнали бензовоз к рулёжной полосе для закачки топлива. Борт коснулся колёсами взлётки побежав по ней зеркально отражаясь в свете фар от мокрого покрытия полосы. Вот он остановился и гудя турбинами начал разворачиваться на рулёжке для взлёта. Наконец борт остановился. Скорпионы подогнали трапы с топливозаправщиком. Началась погрузка. В самолёт на носилках занесли раненых, они пока не могли быстро ходить и даже говорили с трудом. Загрузили контейнеры с реактивами, вакциной и составляющими её компонентами. Кое-что из оборудования. Погрузились сами. После дозаправки отогнали бензовоз. Призрак с Карданом убрали трапы. Самолёт включил турбины начав разгоняться. Борт добрав скорости задрал нос начав подниматься в воздух. Авиалайнер лёг на крыло делая облёт аэропорта. В иллюминаторы в надвигающихся сумерках ещё можно было разглядеть провожающих. Их было всего двое, Призрак и Кардан, они одиноко стояли на фоне тёмного брошенного здания аэровокзала рядом с Кировцем и Тигром махая руками. Тускло светились только окна диспетчерской башни из которой третий спартаковец вёл воздушную машину. При выходе из виража люди сидящие в самолёте увидели, как к взлётной полосе сверкающей посадочными огнями через поле со стороны сталелитейного завода бежали бешеные в ярких жилетках, как Кардан с Призраком и диспетчером садились в Тигр рванувшем в сторону Сосновогорска. Самолёт закончил вираж и лёг на курс.

— Что же теперь будет с ТЭЦ? — поинтересовался Дмитрий Сергеевич у командира скорпионов.

— Ничего страшного не произойдёт, — ответил Глеб Юрьевич. — Вчера мы запустили дизельные генераторы остановив турбины в градирнях. Выработается топливо, электричество исчезнет. То же самое и с аэропортом.

— А потом можно будет станцию запустить? — полюбопытствовал профессор.

— Конечно, — кивнул главный скорпион.

Летели уже больше двух часов. Пилоты с землёй были на постоянной связи, им сообщили, что в зоне посадки погода меняется не в лучшую сторону. Уже при подлёте им дали отмену, погода в принимающем аэропорту резко ухудшилась.

— Ищем другой аэропорт, — отдал распоряжение командир воздушного судна. Он начал крутить ручку приёмника, но кроме треска эфира ничего не было слышно. Наконец передали общую сводку. Сесть в ближайших аэропортах не представляется возможным. — Летим обратно, — распорядился командир.

Через час самолёт вышел из зоны непогоды. Так как летели они назад, навстречу сумеркам, видимость ухудшалась.

— Командир, до Сосновогорска мы не дотянем, — доложил второй пилот. — Сильный встречный ветер. Большой расход топлива.

— Садимся в Северогорске, — принял решение первый пилот.

Вскоре появился тёмный город. Он чёрным пятном выделялся на сером фоне посевных полей окружавших его.

— Попробуй запросить посадку, — произнёс первый пилот.

— Так город ведь эвакуирован, — возразил напарник.

— Попробуй. Может ещё осталась оперативная группа управления полётами.

Второй пилот включил рацию. — Мы на подлёте. Ответьте. Я борт сто двадцать три, я борт сто двадцать три. Мы на подлёте. Ответьте, — второй пилот посмотрел на командира экипажа. — Не отвечают. Никто не отвечает.

Лайнер лёг на крыло и начал снижаться, делая большой вираж. Дворники еле справлялись с набегающими струями дождя. Вдруг в приёмнике раздался треск и послышался монотонный голос передающий координаты аэропорта.

— АТИС работает, — радостно сказал второй пилот (ATIS, служба автоматической передачи информации в районе аэродрома). — Ребята уходя её не отключили.

— Хорошо, что она функционирует на автономном питании, — ответил командир. — Отправь радиопеленг, пусть нас сориентирует, — он включил внутреннюю связь. — Пристегните ремни, будем садиться.

Лётчики направляя машину по радионавигации и приборам подлетели к ВПП. Самолёт, освещая посадочную полосу фарами в сгущающейся тьме гудя турбинами на всю округу сел в пустом аэродроме. Борт вырулил к рулёжке и заглушил двигатели. Люди облегченно вздохнули, но никто не стал хлопать в ладоши, как будто боясь нарушить образовавшуюся тишину, только капли дождя барабанили по обшивке воздушного судна.

— Будем выгружаться? — поинтересовался Семакин у Дроздова.

— Это, как решат лётчики, — ответил профессор. — Предпочтительнее конечно оставаться на борту.

— Приготовиться к выгрузке, — сообщил командир воздушного судна.

Дмитрий Сергеевич поспешил в кабину пилотов.

— Простите, не знаю вашего имени, — сказал он обращаясь к первому пилоту.

— Игорь Станиславович, — ответил лётчик. — По какому вопросу?

— Можно ли нам, пассажирам оставаться в самолёте?

— Не желательно, — ответил пилот. — Дозаправка в такую погоду с людьми на борту не допустима. В любой момент может начаться гроза, разряд молнии способен вызвать пожар.

— Но как же оборудование?

— Для нас важнее сохранить специалистов, а не железяки. Без вас оборудование превратится просто в груду металлолома.

— Но если повредится самолёт, то как мы улетим?

— За это не беспокойтесь. Я сразу же отправлю запрос на новый борт.

Дроздов вернулся в салон. — Первыми выходят скорпионы и ловцы, — распорядился он.

Бойцы спустились по надувным трапам и перебежками добрались до здания аэродрома. Проникли внутрь аэровокзала. Вернулись через десять минут.