Павел Я.Н.Г. – Энтропия (страница 13)

— Не могла, — согласился Виктор. — Что это за капсула?

— Космическая разработка КБ Королёва для дальних перелётов в космосе.

Профессор коротко рассказал об устройстве и назначении капсулы.

— Частичный анабиоз? В семидесятых? Вот это да! — восхищённо произнёс Виктор.

— Так ты говоришь, что не было повреждений от огня?

— Да, — кивнул Виктор. — Слава говорил, что сейф был открыт. Иначе как бы он достал папки?

— Вот это интересно. Мы с твоим отцом обсуждали включение дезинфекционной установки. По официальной версии, пуля срикошетила, попав в кнопку запуска. Кнопки были везде и большого размера, так что версия вполне правдоподобная. Но у нас была своя версия, среди экспериментаторов находился крот. Он включил дезинфекционную установку, проник в щитовую, где в сейфе хранились результаты экспериментов, с целью хищения документов, пока была всеобщая суматоха. Откуда такой вывод? Когда мы эвакуировались с агрополигона, твой отец обратил внимание, что дверь в щитовую была приоткрыта, а он её закрывал на ключ. Я тогда не придал этому значения.

— Почему хранили документы именно там? — поинтересовался Виктор. — Ведь электрощитовые не предназначены для таких целей.

— Потому что щитовая находилась рядом с главным и аварийным выходами и все документы в случае опасности можно было быстро вынести, — пояснил Дроздов туша бычёк в пепельнице. — Агрополигон тоже не для опытов над людьми создавался. Мы же всё делали подпольно, наспех переоборудовав не предназначенный для этого объект. Разве ты не в курсе?

— В курсе чего? Того, что всё делалось подпольно? Первый раз от вас слышу. Нам всем, входящим в совет при штабе, вкратце рассказали содержание папок и показали киносъёмку не вдаваясь в подробности. В папках были не только описания экспериментов, но и перечень препаратов, их составы, на каком оборудовании и где они создавались, а создавались вакцины именно на агрополигоне. А этот комплекс, где мы сейчас находимся, появился после провала эксперимента?

— Не совсем. Он тут был всегда и предназначался для исследований свойств металлических сплавов. Раньше здесь стояли испытательные лабораторные гидравлические прессы. Потом, в перестройку здесь проводились исследования новых лекарств. Ведь в их создании тоже нужны прессы. В начале двухтысячных нас вернули и уже решили на базе переоборудованного лабораторного комплекса делать импортные лицензированные лекарственные препараты. На этом заводе вообще занимались чем угодно, только не выплавкой стали. Комбинат начал работать по профилю совсем недавно, когда восстановили печи. Но мы отошли от темы крота. Версия у нас была такая, в суматохе эвакуации ренегат проник в щитовую, каким-то образом вскрыл сейф, вывалил всё на пол, но в спешке не смог найти, то что нужно, а может его вспугнули. Сами папки ему были не нужны, только их содержимое, поскольку спрятать в одежде бумажные листы проще. Отводя от себя подозрения он с последними сотрудниками забежал в комнату, где был запасной выход. Система открывания аварийного люка не сработала сразу и возможно из-за этого не произошло дезинфекции. Но это мои умозаключения. Меня сейчас больше волнует, как выжили подопытные? Твой отец говорил о каком-то трансформаторе питающем капсулу. Но ведь питания электричеством не было. Неужели аккумуляторная батарея?

— Вполне возможно. И не батарея, а РИТЕГ, радиоизотопный термоэлектрический генератор. Такие, как раз в космической отрасли применяются, и давно. Например, в Вояджерах, они до сих пор работают. А наземный РИТЕГ вообще можно было рассчитать на пару сотен лет.

— Так наверное и есть. Но мы отвлеклись от нашего основного занятия. Разливай, — сказал профессор.

После очередной дозы спиртного Дроздов продолжил рассказ.

— Нас с твоим отцом, после провального эксперимента отправили сюда, прямо на этот объект, на котором мы сейчас находимся. Как я уже говорил, было это в самом конце восьмидесятых. В то время шли реформы, предприятия перепрофилировались, переходя на выпуск не свойственной им продукции. Например, танковые заводы начинали выпускать кастрюли и сковородки. Зря Витя улыбаешься.

— Да помню я все эти реформы, — ответил Громов. — Просто мне смешно от их бестолковости.

— Так и есть, бестолковщина была повсюду. В общем этот центр исследований металлических сплавов переделали под фармацевтическое отделение изучения лекарственных средств иностранного производства с перспективой выпускать подобные. Мы работали, выполняя научные изыскания, строили планы на будущее. Но скоро всё в стране начало разваливаться прямо на глазах. Нас закрыли. В смысле приостановили весь сталелитейный завод. Позже сюда, на предприятие, приехали итальянцы с немцами и выкупили часть производства. Агрокомплекс тоже пытались купить, как поговаривали, за очень хорошие деньги, но наши не продали. В начале двухтысячных нас вернули и мы стали работать над противовирусными препаратами для какой-то западной фармацевтической фирмы. Попутно, нелегально конечно, мы с твоим отцом проводили опыты по созданию антидота от Химеры. Наработки то остались, да и Громов старший всё это время не сидел сложа руки. Потом меня перевели в столичный институт. Отец уже самостоятельно записал финальную часть нашей работы, весь технологический процесс создания блокиратора. Он понимал, чувствовал, что-то произойдёт. Всегда говорил, тот первый неудачный эксперимент ещё заявит о себе, — Дмитрий Сергеевич нервно побарабанил пальцами по столешнице, потом взял нож начав резкими движениями нарезать колбасу с сыром. — Проект Химера, код пятнадцать, — мрачно произнёс он. — Хотя настоящее название препарата «Гидра», под индексом DXS восемнадцать. — Дроздов положил ножик вопросительно посмотрев на Виктора. — Чего сидишь? Наливай.

Громов разлил напиток. Стукнулись, выпили.

— По прибытии сюда, то есть три дня назад, — продолжил профессор закусывая килькой из банки. — Я проявил инициативу синтезировав блокиратор, когда проверял оборудование. Благо, что заблаговременно завезли нужные препараты. Кстати, меня прислали сюда только проинспектировать комплекс. Но теперь работы прибавилось. Расписать тех.процесс задача не из лёгких. В общем я провёл тесты на распад и пришёл к выводу, надо добавить солей тяжёлых металлов, они замедлят действие препарата. Я рассчитываю на два часа плюс, минус пятнадцать минут. Блокиратор мы с твоим отцом в те давние времена условно назвали «Беллерофонт».

— Беллерофонт? — удивился Виктор. Ещё бы. Согласно традициям в учёной среде принято присваивать древнегреческие имена мифических героев и существ вновь открытым объектам или явлениям. Но не синтетическим препаратам. Хотя про Химеру у Громова вопросов не возникло. Слишком распространённое слово, давно обозначающее разные вещи. Да и вообще, это название проекта, что не противоречило научной этике. — Это не тот, который победил Химеру? — уточнил он.

— Тот самый, — кивнул профессор.

— Как же действует Беллерофонт? — поинтересовался Виктор беря пару кружочков копчёной. Он переложил их сыром и водрузив на галету отправил в рот.

— Первые опыты мы проводили на собаках ещё в восемьдесят девятом и не здесь, не в этом городе. Заражённые Беллерофонтом животные при введении блокиратора с помощью пневматического ружья, начинали нам подчиняться, выполнять команды. При этом вся их агрессия сходила на нет. Минут через десять, пятнадцать они опять становились неуправляемые, готовые сожрать всё, что им попадалось. Здесь копии документов, — полковник показал на папки лежащие на столе, — описание всех опытов в разные годы. Также рассказы очевидцев, принимавших участие в экспериментах, записанные с их слов и ими же подписанные. Есть также записи военных, участвовавших в испытаниях в боевых условиях. Как твой отец всё это раздобыл, ума не приложу. Сейчас мы просмотрим интересный видеоматериал. В нём показано применение препарата в боевых условиях.

— Значит слухи о применении неизвестного препарата в бою, не солдатские байки о бессмертных бойцах, — сделал вывод Виктор.

— Любой слух имеет основу, — кивнул профессор.

Дмитрий Сергеевич извлёк ноутбук из той же тумбочки, из которой недавно доставал коньяк. Положил компьютер на стол, предварительно сдвинув рукой закуску на угол. Открыл крышку, подключил провод идущий от накопителя. Включил питание. Дождавшись, когда загорелся рабочий стол полковник полез в недра операционки, поелозил там нервно двигая пальцем по тачпаду тихонько ругаясь себе под нос.

— Нашёл, — тихо сказал он. — Вот, смотри, — с этими словами Дмитрий Сергеевич нажал левую кнопку тачпада. — Правда звук никудышный, постоянно шумит ветер перекрывая голоса. Зато внизу экрана есть дублирующие титры. Всё, началось.

На мониторе появилась заставка, «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. ТОЛЬКО ДЛЯ СЛУЖЕБНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ».

Глава 4

Подопытный

.

На мониторе появилось мрачное скалистое узкое ущелье. Смена кадра. На грунтовой дороге в глубине ущелья стоял подбитый танк выбрасывающий вверх жидкие клубы серого дыма. Прямо на въезде в ущелье застыла пара бронетранспортёров, за которым укрылась небольшая группа советских солдат вооружённых автоматами, следом стояли крытые шишиги и зилы. Замыкал колонну ещё один танк. В безоблачном синем небе высоко над ущельем кружили два боевых вертолёта.