Павел Вяч – Три богатыря. Часть 2 (страница 16)
– Нужно лететь в Сибурск, – согласился Добрыня. – Вопрос – кому?
– А тебе в гильдию магов разве не нужно?
– Что-то мне подсказывает, – гном посмотрел на висящего рядом библиотекаря, – что Репсак при наличии книг поможет мне лучше любого архимага.
– Это так, – с гордостью кивнул библиотекарь. – В своё время я заведовал императорской библиотекой, пока император не отправил меня приглядывать за своим непутёвым братцем.
– А братец у нас – тот самый Бадан? – усмехнулся Алёша. – Муром, похоже, ты оказался прав. Подумать только! Мы убили пра-пра-прадядю нынешнего императора.
– Мы упокоили нежить, – поправил товарища Илья. – Значит, Добрыня не летит.
– Не, – гном покачал головой. – У меня сбор урожая, стройка гильдии магов, да и библиотеку нужно наполнять.
– Мне тоже несподручно, – Муром почесал затылок. – По хозяйству столько всего навалилось. Да и с Вовочкой нужно аукцион пошерстить.
– Так пускай Алёша и отправляется, – неожиданно предложил Добрыня. – И артефакты из общака заберёт, и к богине Удачи заодно заглянет. Помнишь, Алёш, ты говорил, что у тебя квест с ней висит.
– Есть такое, – медленно кивнул Алёша, прикидывая про себя все плюсы и минусы поездки. – В принципе, звучит, как план.
– Вот и отлично, – подытожил Муром. – Тогда Добрыня разбирается с Репсаком и урожаем, я с аукционом и планом стройки, а Алёша летит в Сибурск за книгами, квестом и заначкой.
– А потом, – подхватил Добрыня, – идём выполнять клановые квесты. Ведь нам ещё население Малых Вых нужно увеличивать.
– Вот и договорились, – согласился Алёша. – Но сначала… есть, мыться и спать!
Глава 7
Илья Муром не знал, что снилось его друзьям, но все его сны были до боли похожи и начинались примерно одинаково.
Сначала он слышал визг тормозов и скрежет железа, затем видел сигнальные огни кареты «скорой помощи».
Потом картина сменялась белоснежной больничной палатой, в которой лежала Машенька.
На мониторе – кажется, он называется холтер, – в такт пульсу бежит рваная линия.
И в те моменты, когда пики этой линии пробивают верхнюю планку, слышится неприятный писк.
И он, почему-то, вместо того чтобы смотреть в лицо своей дочери, не может отвести взгляд от этой кардиограммы.
Пик… Пик… Пик…
Бездушный звук вонзается в мозг раскалённой спицей, а сама линия медленно, но верно превращается в график биржевых котировок.
Валютные пары, фьючерсы на нефть и зерно, голубые фишки – скачки курсов и уровни поддержки заполняют собой всё поле зрения.
Сколько бы раз Муром ни видел этот сон, он всегда развивался по одному и тому же сюжету.
Сначала ему показывали семью, затем деньги, а потом…
Пик!
График резко рванул вверх, превращаясь в клинок.
Пик!
Ослепительно-белый клинок вспарывает матово-тёмный уровень поддержки, и в следующий миг Муром появляется перед драконом.
Три головы, длинные языки пламени, блестящая на солнце стальная чешуя.
Но до него ещё нужно дойти, ведь на пути у Ильи десятки мрачных типов – виновники того злополучного визга тормозов и скрежета металла.
Что может быть прекрасней, чем своим умом и мастерством зарабатывать все деньги мира?
Развивать предприятия, постоянно пробуя себя в новых сферах?
Разве что… тратить заработанные деньги. И не на себя – при всех своих заработках Илья оставался довольно скромным и аскетичным человеком – на семью!
Разве может быть что-то прекрасней? Что-то желанней?
Любимое дело и семья…
И вновь по ушам бьёт тот злосчастный визг тормозов, и вновь перед Муромом появляются крепкие парни с недобрым взглядом.
Вряд ли в жизни может быть что-то прекрасней любимого дела и семьи, но однозначно есть кое-что более желанное.
И это… месть.
Глаза Мурома вспыхнули огнём, и клинок в его руках с гулом рассёк воздух.
Неважно, что было до.
Порядочный человек, хороший семьянин, надёжный товарищ…
После того как несколько ублюдков покусились на самое святое, что у него есть, – на его семью, весь этот налёт цивилизованности слетел, словно шелуха.
Он найдёт этих уродов. Чего бы это ему ни стоило.
И никто – Муром погрозил мечом дракону, пускающему языки пламени, – никто не сможет его остановить.
– Ну что, братцы, – Илья, не удержавшись, зевнул и посмотрел на своих друзей. – Как спалось?
– Муть всякая в голову лезет, – поморщился Алёша. – А так нормально.
– Мне приснился любопытный рецепт, – отозвался Добрыня, что-то черкающий в своём блокноте. – Так что, чем раньше мы закончим и быстрее пойдём работать, тем лучше.
– Как был трудоголиком, так им и остался, – усмехнулся Муром.
– Кто бы говорил, – парировал Добрыня. – Итак, что у нас по планам?
– Прежде чем перейдём к делам, нужно решить один важный вопрос, – Муром остановил на гноме свой тяжёлый взгляд. – Что сегодня ночью устроили твои подопечные?
– Ничего не знаю, – Добрыня тут же открестился от произошедшего инцидента. – Вон, у них спроси.
– Я вас слушаю, – Муром уставился на находящихся за спиной Добрыни домового и призрака.
Но ни Иван Иваныч, ни Репсак не горели желанием рассказывать о произошедшем ночью погроме.
– Да чего их слушать? – удивился Алёша. – Выпороть обоих и предупреждение выписать! Устроили, понимаешь, дворцовый переворот.
– Я, как замковый домовой, имею право знать, что творится на вверенной мне территории! – с вызовом протянул Иван Иваныч.
– А я, как библиотекарь, обязан обеспечивать чистоту библиотеки! – заявил призрак. – И поддерживать тишину!
– Добрынюшка! – взвился домовой. – Ну ты-то хоть ему скажи!
– Мастер Добрыня! – Призрачный библиотекарь и не подумал уступить. – Что о себе возомнил этот домовой!
Добрыня страдальчески прикрыл глаза и сделал вид, что его нет на планёрке.
– Отдай их мне, Муром, – с нехорошей улыбкой протянул Алёша. – Три дня, и как шёлковые будут.
– Не надо т-т-три дня, – тут же сдал назад домовой. – Добрынюшка, скажи ему!
– Три дня – это слишком много, – вынужденно согласился Репсак. – К тому же, знаю я методы этих вояк. Бегать да прыгать. Но на меня этот примитивный рычаг воздействия не подействует.
– Уверен? – Алёша оценивающе посмотрел на призрака. – Муром, мне даже одного дня хватит.