Павел Вяч – Купец I ранга (страница 64)

— Потерял сознание от полученных ран, но жить будет, — поспешил успокоить меня Виш. — Он подождет.

— Тогда… — я нахмурился, принимая непростое для себя решение. — Веди к магику.

Глава 27

Идти по кладбищу, в которое превратилась центральная пещера кобольдов благодаря моим усилиям, было до тошноты противно, но я справился.

А дальше дело пошло намного быстрее.

Редкие кобольды, которым повезло убраться из пещеры, при виде меня в ужасе убегали или сворачивались в клубочек, закрывая руками голову.

Это были в основном работяги, и я, хоть и вооружился телескопической дубинкой, но не пускал её в ход.

Несмотря на информацию о том, что за каждую сотню убитых в Проколе монстров, стела дает подарок, я не смог заставить себя поднять дубинку.

И уж тем более опустить её на голову съежившемуся кобольду.

Хорошо хоть Виш не стал настаивать на геноциде недомерков и довольно быстро довел меня до жилища шамана.

— Вот они, голубчики.

Виш так и фонтанировал любопытством, причем, насколько я понял, его интересовали не Худяш и воин кобольдов, а то, как я поступлю.

Магик лежал на полу, из последних сил пытаясь разжать пальцы навалившегося на него кобольда.

В боку воина, которого шаман хотел посвятить в альфы, торчала рукоять кинжала, а сам он, хрипя и отплевываясь кровью, стискивал горло Худяша.

Мне хватило одного взгляда, чтобы понять — жизнь Худяша зависит от моего решения.

То, что кобольд не жилец, было очевидно. Но он твердо намеревался забрать магика за собой в могилу.

— Ххххрррра, — выдавил из себя Худяш, бешено вращая глазами.

В принципе, при должной фантазии можно было интерпретировать его сип как мольбу о помощи.

Кобольд тоже не остался в стороне. Он, хрипя и пуская кровавые слюни, поднял голову и посмотрел мне в глаза.

Воин, в отличие от магика, не произнес ни слова, но в его взгляде я увидел… немую просьбу.

Да, в его глазах плескалась ярость, но это было ожидаемо. Вот только вместо нечеловеческой ненависти и злобы я увидел непоколебимую жажду… честной схватки?

— Я не стану тебе мешать, — я демонстративно скрестил руки у себя на груди. — Ты в своем праве.

Меня услышали оба.

Магик обреченно засипел, перестав сопротивляться. Воин же яростно зарычал, без раздумий обменивая свою жизнь на смерть врага.

— Сурово, — прокомментировал Виш, безразлично наблюдая за тем, как стекленеют глаза новика. — Кстати, если бы Худяш не сдался, то кобольд бы умер раньше. Тебе его не жалко?

— Жалко у пчёлки в попке, — буркнул я, заставляя себя смотреть на схватку кобольда и Худяша до конца. — Собаке — собачья смерть.

— Справедливо, — усмехнулся Виш. — Я рад, что ты не оказался размазней, Макс.

Я много чего мог сказать Вишу, но промолчал.

Да, всё мое воспитание и привитая с детства мораль восставали против совершенного поступка, но я знал, что поступил правильно.

Я был готов закрыть глаза на многое из того, что творил Худяш, но оставлять у себя за спиной человека, который скорей всего убил Илана и хочет убить меня — верх глупости.

А я не считаю себя глупым человеком.

— Ррррааа! — кобольд, выдавив жизнь из Худяша, победно рыкнул и безжизненно рухнул на магика.

— Минус два, — прокомментировал Виш. — Забирай кинжал, зуб даю, Крысин выдал из своих закромов, и иди к топчану. Под ним тайник шамана…

Обратная дорога заняла у меня порядка двадцати минут.

Виш провел меня через пять тайников, и мой Инвентарь пополнился зачарованным кинжалом Крысина, семью золотыми, одним магическим кристаллом и двумя костяными амулетами.

По пути мы нашли Бура, валяющегося в окружении дюжины кобольдов, и я, оказав здоровяку первую помощь, дотащил его до «нашего» коридора — привести Коровина в себя оказалось непосильной задачей.

К счастью, в «нашем» коридоре я нашёл фон Штерна, и тащить Бура вдвоем оказалось в разы легче.

Увы, но несмотря на заверения Виша о том, что все будет в порядке, Коровин был плох.

Множественные раны ног и рук, разбитое в кровь лицо, несколько здоровенных шишек на голове — пращники кобольдов нет-нет, да и попадали по нашему танку.

И тем не менее, эти раны не были настолько серьёзными, чтобы из-за них умирать!

Бур же выглядел так, будто находится при смерти…

В итоге, мы с фон Штерном решили плюнуть на потенциальные трофеи и хабар — по словам Виша, в подземелье осталось около пятнадцати тайников — и потащили здоровяка к выходу из Прокола.

О том, что Прокол закрыт, мне сообщил Виш — все воины кобольдов оказались перебиты, ну а рабочие, видимо, не считались за угрозу.

Мне, кстати, было очень интересно, что с ними происходит после закрытия Прокола, но сейчас для таких вопросов было не время и не место.

Ну а когда мы добрались до скулящего Ростика, нам с фон Штерном пришлось несладко.

Ландер потащил Бура на себе, а я подставил плечо безногому Инженеру.

До водопоя мы дошли каким-то чудом.

Виш сорвал себе голос, предупреждая об опасности, а я чуть было не поседел, глядя на то, что творят мои боевые товарищи.

Ландер, таща на себе Бура, несколько раз проходил в опасной близости от ловушки, а Ростик, прыгая на здоровой ноге, дважды чуть было не попал в зону действия каменного капкана.

Оставшемуся без стопы Инженеру не помогла даже телескопическая дубинка, которую я ему вернул.

Нет, он мог ковылять, опираясь на неё, но в таком случае точно бы собрал все ловушки.

Пришлось помогать…

В итоге, мы с фон Штерном смогли перевести дух только оказавшись в пещере с водоемом.

И только там Ландер спросил об участи магика.

— Что с Худяшом? Оставляем ребят здесь и идем за ним?

— Во-первых, ещё немного, и Коровин откинет копыта, — я кивнул на посеревшего здоровяка. — Во-вторых… нет больше Худяша.

— Ясно, — по фон Штерну было видно, как сильно он хочет спросить, что произошло, но новик сдержался. — Где ты его… нашел?

— В хижине шамана. Его задушил проходивший посвящение кобольд.

— Вот как… — по лицу фон Штерна было непонятно, поверил он услышанному или нет. — Сможешь найти то место?

— Смогу, но зачем?

— Тело нужно вернуть, — нахмурился фон Штерн. — Пусть Худяш был сволочью, но он был нашей сволочью.

— Как благородно, — Виш сделал вид, что от умиления прослезился. — Но так-то фон Штерн прав. Среди послушников Храма вернуть тело павшего товарища считается достойным поступком. К тому же за каждый сданный стеле амулет полагается награда.

«Коровин выдержит?» — мысленно поинтересовался я.

— Должен, — поморщился Виш. — Не понимаю, в чем проблема. Дышит так, будто вот-вот откинется, но внешние раны не критичные. Влей в него восстанавливающее зелье, и нормально.

Точно! И как я мог забыть про флягу с зельем восстановления?