Павел Вяч – Хирург-1. Береги честь смолоду (страница 3)
Вроде бы глупо идти в лес, где, по идее, и обитают волки, но больше тропинок я вокруг не наблюдал. Да и бродить по холмам по колено в снегу как-то не хотелось. Тут же был шанс, что я выйду на какую-нибудь сторожку или, чем чёрт не шутит, в деревню.
Тропинка медленно, но верно уводила меня вглубь леса, а волчий вой, пугая до печёнок, раздавался то ближе, то дальше.
Временами я замирал на месте и обращался в слух, ругая себя последними словами за то, что, как дурак, попёрся в лес. Но ничего не происходило, и я продолжал двигаться вперёд.
Лес становился всё гуще и темнее, а тропинка то огибала высоченные сосны, то ныряла под поваленный ствол похожего на дуб дерева, заманивая меня в самую чащобу.
С каждым пройденным шагом накатывала необъяснимая паника, но я раз за разом успокаивал себя и шёл дальше.
И в тот момент, когда мой иррациональный страх достиг предела, и я чуть было не бросился назад, моим глазам открылась скрытая от посторонних глаз поляна.
На дальнем краю стояла большая палатка, у входа в которую находилась стойка с оружием и прямоугольными щитами.
Слева от палатки стоял шатёр, от которого так и веяло жутью.
Но самое главное – в центре поляны, вокруг хитро сложенного костра, который практически не давал дыма, сидели люди в волчьих масках.
Причём маски были такого высокого качества, что казалось, будто они живые.
Вот только я отчего-то не спешил приветствовать этих не то реконструкторов, не то сектантов.
По крайней мере, базовый человеческий инстинкт, отвечающий за выживание, призывал меня или застыть на месте, или бежать.
А уж когда один из этих чудиков поднял голову и негромко завыл, по моей спине пробежал холодный пот.
Ведь именно этот вой я и слышал последние полчаса!
Стараясь не делать резких движений, я осторожно шагнул назад.
Увиденное никак не укладывалось в голове, но часть меня, отвечающая за выживание, так и ревела белугой: «Прочь! Назад! Беги! Назад!»
Я медленно, моля всех богов о том, чтобы под моей ногой не хрустнула ветка, сделал ещё один шаг назад и… врезался спиной во что-то твёрдое.
С поляны послышалось приглушенное не то кхеканье, не то кашель, и моё сердце ушло в пятки.
В такие моменты тяжело объективно оценивать ситуацию, но сейчас мне казалось, что сидящие вокруг костра сектанты насмешливо смотрят на меня, скаля такие настоящие зубы и поблёскивая черными глазами.
Медленно, даже обречённо, повернувшись, я увидел запахнутый на груди плащ, из-под которого поблёскивала воронёная кольчуга, и, подняв голову, поймал на себе изучающий взгляд волчьих глаз.
Пар, вырывающийся из оскаленной пасти, нитка слюны, стекающая с оскаленных клыков, ярко-красный язык, ходящий туда-сюда…
Какая, к чёрту, маска!
Передо мной стоял здоровенный мужик с волчьей головой и пусть коротким, но настоящим мечом!
Он шумно выдохнул, и это послужило своеобразным триггером, благодаря которому состояние «замри и не двигайся» переключилось на «бей и беги».
Правая рука сама нырнула в нагрудный карман и выхватила оттуда перцовый баллончик.
Время растянулось, будто бы кисель, и я, словно в замедленном режиме, видел, как моя рука медленно-медленно, словно находится под водой, поднимается вверх и жмёт на распылитель.
Пшшшш!
Волколак, или оборотень, или чёрт знает кто такой, зарычал, отшатнулся назад и, выронив меч, схватился за свою морду.
Моё тело же действовало так, словно над ним кто-то взял контроль.
Перцовый баллончик полетел на снег, а я, вцепившись в своё корявое копье, на создание которого убил почти целый час, ткнул им куда-то вперёд и вверх.
И, не глядя на результат своих действий, обогнул захрипевшего… мутанта и рванул вперёд.
Не знаю, зачем я выпустил из рук копьё, но сейчас мне было не до него.
Я мчался, словно заяц, за которым устроила охоту стая волков, и это было недалеко от реальности.
Я летел по тропинке, даже не думая срезать путь по прямой.
Вся моя суть, всё моё естество стремилось лишь к одному – убраться из этого чёртового леса и убежать от чёртовых фриков как можно дальше!
И почему я не выбрал те чёртовы холмы?!
Пару раз затылок обжигало холодом, а мимо пролетали странные короткие копья.
Дважды я периферийным зрением замечал, что по сугробам ко мне движется чья-то размытая тень, но лишь взвинчивал темп.
За спиной звучала дикая какофония из лая, воя, звона кольчуги и мечей, но все эти звуки заглушал бешеный стук моего сердца.
Я мчался, словно на крыльях, чувствуя, как открывается второе, третье и даже четвёртое дыхание! Но, стоило мне вылететь из леса, как из меня будто выпустили воздух.
Разум, столкнувшись с действительностью, вынужден был признать, что никакого плана у меня нет, а чёртова полянка с двумя дебильными столбиками никак не походит на надёжное укрытие!
Сердце выскакивало из груди, ноги налились свинцом, и я, каким-то чудом добежав до своего чемоданчика, как подкошенный, рухнул наземь.
Бежать дальше в холмы сил не было от слова «совсем», к тому же, это было бессмысленно.
Уж на ровном-то пространстве эти мутанты догонят меня, как нечего делать…
Какой там военкомат! Какие там Оксана и методист-истеричка!
В этот момент я, как никогда, остро понял, что всё это – сущая ерунда по сравнению со смертью.
А я, несмотря на все навалившиеся проблемы, дико не хотел умирать.
Сам не помню, как у меня в руке оказался скальпель с убитым лезвием, но я стиснул его так, словно от него зависела моя жизнь.
Умом я понимал, что скальпель – далеко не лучшее оружие, но ничего не мог с собой поделать.
Эта полоска стали давала так необходимую мне иллюзию защиты.
– Какой же я дебил! – пробормотал я, вспоминая брошенное копье, перцовый баллончик и меч мутанта. – Ну, ей-богу! Что мне стоило подхватить с земли хотя бы перцовку, или даже клинок!
Охвативший меня страх, переходящий в панику, требовал действия, поэтому я не придумал ничего лучшего, чем присесть за деревянный столбик и, распахнув свой чемоданчик, судорожно в него зарыться.
Миорелаксанты, анальгетики, нейролептики, антидоты, седативные, транквилизаторы и прочие лекарства помочь мне никак не могли.
Разве что вколоть себе какое-нибудь седативное?
Фонендоскоп, тонометр, катетеры и зажимы, жгуты и перевязочные пакеты тоже.
Пинцет, ножницы и скальпели?
И что я буду с ними делать? Метать, как чёртов ниндзя?
Я с отчаянием посмотрел на шприцы и захлопнул чемоданчик.
Тяжёлый – глядишь, и прикроюсь им от первого удара, или, если повезёт, долбану кого-нибудь в морду.
– А-ха-ха! – истерично рассмеялся я, представляя себе схватку студента-медика и двухметрового оборотня в облачении римских легионеров.
– Не майся дурью, Саня, – прошептал я, затравленно наблюдая, как из леса выскакивают разъярённые мутанты. – От судьбы не убежать…
На меня накатило какое-то равнодушие, и я, опершись на неожиданно тёплый столбик, поднялся на ноги.
Возможно, это был отходняк от скоротечной схватки и не менее скоротечного бегства, возможно, во мне что-то перемкнуло…
Но я совершенно спокойно смотрел, как рычащие от злости волколаки приближаются к моей полянке.
Кто-то из них хромал, подволакивая раненую ногу, кто-то зажимал пробитое плечо…