Павел Вяч – Дело рода (страница 6)

– Что с носом?

– Да так, – неопределённо отозвался пацан, – лестницу со старшаками не поделили.

– Ну-ну, – усмехнулся я. – А ты, значит, ненавидишь работорговлю?

Мне было жутко интересно, что значит приписка Спутник одного из Пяти, но сразу в лоб я спрашивать не стал.

– Позже поговорим, – Саня окинул меня оценивающим взглядом и кивнул на стелу. – Смотри, Лёха инициацию проходит!

На мгновение я словил когнитивный диссонанс – было забавно слышать, как мелкий пацан называет моего бывшего учителя Алексея Александровича – Лёхой.

– Лёха крут, – Саня с уважением посмотрел на стоящего перед стелой мага. – За наших сразу же вписался и вообще, хороший он человек, учитель! Побольше бы таких.

– Хороший, – усмехнулся я.

– Ты его знаешь, что ли? – не на шутку удивился Саня.

– Литературу у меня преподавал, – с улыбкой ответил я, наслаждаясь искренними эмоциями пацана. – Идеалист-романтик.

– Это да, – невольно согласился Саня. – Серьёзно учитель? Ну и дела… расскажи кому – не поверят!

– А не нужно рассказывать, – я внимательно посмотрел на парня.

– Без базара, – покладисто согласился Саня. – О, ну наконец!

Алексей Александрович тем временем завершил инициацию и присоединился к радужному факультету, а ректор объявил праздничный обед.

На столе тут же появились самые разные блюда, и Саня с аппетитом приступил к трапезе.

И я, заразившись от него энтузиазмом, последовал его примеру.

Обед действительно был выше всяческих похвал, а ещё я совершенно точно почувствовал в нём наполненные силой специи и травы.

Кормили в Академии на совесть, не жалея дорогостоящих алхимических ингредиентов, и это было правильно.

Уж лучше заранее гармонично развивать энергетические каналы и мышечный каркас, чем потом мучительно их перестраивать.

Ну а когда мы насытились, я почувствовал приближение Алексея Александровича.

– Саня, я в общагу, а ты?

– Я тоже, – пацан с сожалением посмотрел на недоеденный яблочный пирог и решительно отодвинул от себя тарелку. – Ещё немного и лопну!

Я хмыкнул – этот паренёк был просто кладезем отличного настроения – и поднялся из-за стола, встречая своего бывшего учителя.

– Здравствуйте, Алексей Александрович, – от завуча так и веяло любопытством, удивлением и… смущением, что ли? – а ведь вы мне в тот раз не поверили.

Признаться, мне до сих пор было стыдно за тот день – знал бы, ни в жизнь не пошёл на пятничную вписку!

Но помимо этого стыда где-то внутри до сих пор таилась обида – ведь меня тогда сочли наркоманом и даже слушать не стали.

– Здравствуй… Миша, – Алексей Александрович немного замешкался, словно вспоминая моё имя. – И давно ты здесь?

– Это долгий рассказ, – невесело улыбнулся я, – если у вас найдется час свободного времени, я с удовольствием вам расскажу о своих приключениях.

– Я живу на четвёртом этаже в десятом по счёту кубрике, – Алексей Саныч добродушно улыбнулся. – Заходи, чаю попьём, расскажешь, как здесь очутился.

– Договорились, – кивнул я, чувствуя, как от слов бывшего учителя про чай на душе становится тепло. – До встречи, Алексей Александрович.

Вообще, школьные чаепития с учителями – это одни из лучших воспоминаний о школе.

И я, признаться, очень завидовал классу, у которого Алексей Александрович был классруком. Они постоянно гоняли чаи, играли в Мафию и Денежный поток и просто болтали о жизни.

Да уж, как давно это было… Ещё в прошлой жизни.

Кивнув на прощание Алексею Санычу, я направился к выходу из столовой.

– Саня, – я посмотрел на догнавшего меня пацана. – Можно личный вопрос?

– Валяй, – благодушно махнул рукой парень. – Я, когда сытый, добрый.

– Где твоя снаряга? Ты же явно не пустой на Порог попал?

– Умеешь ты, Миха, настроение испортить, – поморщился пацан. – Я только оказался в пустыне, и тут же под заклинание Сна попал. Бедуины, падлы, вычислили места, куда форточников закидывает, и дежурят там постоянно.

– Даже так, – я покачал головой.

– По крайней мере, раньше дежурили, – мрачно усмехнулся Саня. – В общем, с высадкой мне не повезло.

– Работорговцы? – понимающе покачал головой я.

– Они самые, – подтвердил пацан. – Банда Одноглазого, может, слышал?

– Не слышал.

– И не услышишь, – веско бросил пацан, сворачивая к лестнице, ведущей в общагу. – Порешили мы всех. К слову, этот Одноглазый из наших был.

– Форточник? – удивился я.

– Вот именно, – вздохнул Саня. – Вроде свой, а такие вещи творил… сказать стыдно.

– Да уж, – я покачал головой. – И как ты выбрался?

– Берк помог и Джам, – неохотно протянул Саня. – Правда, потом это вылилось в настоящую войнушку с Чистыми*…

– Ага, – покивал я, усиленно соображая. – А Берк и Джам – это?

– Берк – бывший паладин Братства, – Саня задумчиво посмотрел куда-то наверх. – Хотя… сейчас, наверное, уже и не бывший. Ну а Джам… Слышал про Серого[1]?

– Слышал, – я весь обратился в слух, чувствуя, что сейчас услышу что-то важное.

– Так вот, это он и есть. Я чего на Серый факультет-то пошёл? Хочу, как он, магию отражать.

– А ты, стало быть, его хорошо знаешь?

– Ну не прям хорошо, – смутился Саня, – но нормально.

– И что он может?

– Может оказаться у тебя за спиной и нашинковать своим клинком, – задумался Саня. – Может магию отразить. Даже стрелу и ту отбить может. В общем, он крут. Настоящий антимаг. Настоящий Серый.

– Серый, говоришь? – на мгновенье у меня даже руки зачесались скрестить с ним клинки, чтобы узнать, кто из нас круче.

– Настоящий, – подтвердил Саня. – Видно, что у него свой путь, понимаешь?

Я-то понимал, вопрос – откуда понимал это Саня.

– А ты, Миха, – пацан никак не мог угомониться, – каким путём идёшь?

– Путем Чести, – неохотно отозвался я. – Долго объяснять.

– Не надо ничего объяснять, – серьёзно ответил Саня. – Парни уже рассказали про тебя. Вот только…

– Только что?

– От тебя несёт, как, прости, от рабовладельца!

Саня зло сверкнул глазами, а я вспомнил его сильную черту – Ненавидит работорговлю.