Павел Владимиров – Ардирир (страница 2)

В Найроби температура воздуха сильно отличалась от той, которая была, когда Юрий покидал Краснокаменск. В Кении стояла жара – около двадцати пяти градусов.

Кенийский заповедник оказался первым в списке мест, которое Зернов обязан был посетить.

Глава 3

Зернову выделили гида, который исполнял и роль охранника. Такой своеобразный телохранитель в легком бежевом костюме. Темнокожий гигант, который не затерялся бы среди игроков в баскетбол.

Парня звали Жофер, он, к удивлению Юрия, прекрасно говорил по-английски.

– Когда мне только исполнилось семнадцать лет, я и два моих брата отправились в Кению из Камеруна как беженцы, – рассказывал Жофер. – Младший брат Луи не перенес длительную поездку и умер. В итоге сейчас в Кении только я и старший – Ариль, который тоже работает в ЮНЕП, в отделе логистики.

– Жаль слышать такую историю. У меня вообще не осталось близких родственников. Отец и мать погибли, родных братьев и сестер нет, как и жены и детей.

Жофер посмотрел на Зернова сверху вниз.

– Ты еще молод и крепок телом. Заведешь семью. Пойдем, буду говорить и показывать.

Некоторые слова охранника Юрий не до конца разбирал, но большинство было понятно.

– Туризм очень важен для Кении. Найроби посещает много иностранцев. Люди приезжают в ЮНЕП. И конечно, посетить заповедник. Природу Кении стараются сохранить любой ценой.

– Многие мои соотечественники считают, что Африка – это последнее место на Земле, куда бы они отправились жить. И ругают ваш континент другими плохими словами, – сказал Зернов.

– Да, многие страны Африки долго ощущали влияние Европы. Потом европейцы уехали, оставив после себя одни развалины. Кения, как и мой родной Камерун, не единственные страны с подобной историей.

Юрий слышал о колониях британцев и немцев в Африке. Теперь ему было немного стыдно, что и сам думал об этом государстве как о клоаке мира, а также что все африканцы сплошь грязные и необразованные. Не умеют читать и писать.

Жофер продолжал:

– Во время Второй мировой войны долгое время шли жестокие бои в Северной Африке и на территории Магриба, – охранник легко рассказывал с видом историка в солнечных очках.

Зернов знал, что Советской армии на территории Африки в то время не было, но и не должно было быть. Советскому Союзу хватило сполна боевых действий на своей территории и в Европе, когда освобождали ее от немецких захватчиков.

– Либерия, ЦАР, Конго, Сомали – страны, где постоянно вспыхивают военные конфликты. Подробности того, что происходило в начале девяностых в Руанде3, я знал очень хорошо. Нигер, куда тебе и другим ученым предстоит отправиться, не был исключением. Там тоже хватало кровавых восстаний и госпереворотов. Сейчас, к сожалению, я не в курсе того, какая в Нигере обстановка. Но если вас туда отправляют, то не оставят без охраны. Либо сейчас там мирная ситуация.

Зернов и без помощи Жофера знал немного африканскую историю. В словах камерунца ощущался холод.

Глава 4

За три дня до встречи в ЮНЕП Юрий в сопровождении Жофера успел посетить ряд интересных мест. Главным из них, конечно, является Национальный парк дикой природы. Это настоящий заповедник, не то что зоопарки, в которых бывал россиянин. Здесь можно посмотреть на диких зверей в их естественных условиях обитания. Некоторые виды животных привезены из других мест, чтобы оградить их от охотников и браконьеров.

Что говорить, если в свое время в охоте на животных были замечены влиятельные люди разных стран мира.

– Знаешь, что такое африканское сафари? – спросил Жофер.

– Это охота на животных, часто на редкие виды – тигров, антилоп, даже носорогов. Что-то такое я видел по телевизору. Все это незаконно, – ответил Юрий.

– Это Африка, друг. И то, что нелегально, незаконно, запрещено, никого не волнует. Мы беднейший континент в мире. Богатые люди, когда приезжают сюда, творят что хотят.

– Жофер, такие вещи происходят не только в Африке.

– Ты хочешь сказать, что у вас в России бывает такое же?

– Богатые делают что хотят в России на каждом шагу. В политике коррупция есть всюду. Ее стараются истребить. Но это очень сложно, – ответил Зернов. Жофер только покачал головой.

Есть в Найроби также интересный Железнодорожный музей, который посвящен открытию первой Восточно-Африканской железной дороги. Известно, что королева Виктория присутствовала на ее открытии в семьдесят первом году. А вот Змеиный парк из-за нелюбви к змеям было решено не посещать.

Во время посещений этих мест Зернов постоянно замечал человека в черной бейсболке с логотипом «Кливленд Кавальерс» и темных очках, который фотографировал за его спиной. Также заметил этого незнакомца и недалеко от гостиницы, где остановился.

– Жофер, ты раньше не видел того человека? – спросил Юрий.

– Тот, что с фотоаппаратом? Он, как мне известно, входит в группу, которая отправится в Нигер. Какой-то бывший военный. Скорее всего, как раз для вашей охраны. А что?

– Ничего, просто я встречал его и раньше.

– Нет тут ничего необычного. Тех людей, кто прилетает в Найроби по приглашению ЮНЕП, размещают в гостинице, в которой ты остановился. Так что не беспокойся.

Странно, но Зернову казалось, что человек с фотоаппаратом следит за ним и ходит по пятам. Возможно, ему приказали узнать больше о людях, которые отправятся в Нигер. Видимо, это просто паранойя. Человек с фотоаппаратом просто посещает те же места, что и россиянин с Жофером. Но чтобы в то же самое время?

Юрий поблагодарил гида за экскурсию и попрощался с ним в холле гостиницы. В целом это все, что удалось узнать о Кении и Найроби в свободные дни в столь короткий срок. Остальное время Юрий проводил за изучением геологической обстановки в Нигере.

Глава 5

Комплекс ЮНЕП, как и главное здание, располагался в так называемом зеленом центре Найроби, рядом с Карурским лесом. Как сказал Жофер, этот новый комплекс был открыт чуть более полугода назад, в конце марта. Сам центр так и дышал чистым воздухом, и ощущалась здоровая экологическая среда.

Хорхе Энрикес, первый заместитель Ахима Штайнера, оказался высоким и худым мужчиной с густой копной черных волос и короткой прямой бородкой с сединой. На нем были серый костюм, белая рубашка, бежевые туфли. Он приветствовал членов будущей экспедиции в холле здания и пригласил в конференц-зал на третьем этаже, где все расселись по местам.

Энрикес заговорил:

– Добрый день, дамы и господа. Позвольте поприветствовать вас в Найроби. Большое спасибо, что откликнулись на приглашение и согласились приехать. Как всем известно, вы находитесь в здании ЮНЕП. Для тех, кто не в курсе, ЮНЕП – это комплексная программа под эгидой ООН по окружающей среде. Первостепенная задача ЮНЕП в Африке – это защита окружающей среды и помощь в устойчивом развитии континента.

Африканский континент богат природными ресурсами. Здесь огромное количество полезных ископаемых, нефти и газа. Все эти залежи могут достаточно влиять на развитие экономики.

На континенте огромная доля запасов урана. И вот я подошел к главной теме.

А тема нашей встречи и вашего будущего путешествия – обсуждение научно-исследовательской экспедиции в глубину Республики Нигер под эгидой ООН и непосредственно ЮНЕП. Необходимо установить и подтвердить новое крупное месторождение нестандартного вида урана. ООН сильно обеспокоена первыми результатами, показавшими, что такой уран можно сразу использовать в военных целях, и всеми силами постарается этого избежать. Все это имеет огромное значение и очень серьезно, если это то, о чем мы подозреваем. Главное, при помощи взятых образцов исследовать и подтвердить вид урановой руды, ее особые свойства.

Комиссия ООН по правам человека призвала все страны пресечь изготовление и применение боеприпасов из урана. Сто сорок одно государство одобрило запрет на его использование в военных целях. Вид урана, который вам предстоит изучить на месторождении в Нигере, может быть вдвойне опасен.

– О каком виде конкретно идет речь? – спросил мужской голос из зала.

– Мы точно не знаем, но для этого все тут и собрались, – ответил Энрикес. – Теперь позвольте представить членов экспедиции.

Он по очереди начал называть будущих коллег Зернова, с которыми россиянину придется провести бок о бок ни много ни мало две с половиной недели.

Непосредственные товарищи по ремеслу, геологи, специалисты по урану и другим радиоактивным металлам:

Абрахам Стоун, мужчина, который задал вопрос. Сорок три года, Мельбурн, Австралия. Сотрудник одной из крупнейших уранодобывающих компаний мира Rio Tinto. Самый опытный геолог из пятерки специалистов предстоящей экспедиции. Огромный опыт в исследовании месторождений в родной стране. Такой же высокий и худой, как Энрикес. Черные волосы чуть не достают до плеч. Немного сутулится.

Флориан Паскаль, тридцать восемь лет, Анже, Франция. Ученый-геолог, ранее работал на месторождениях Африки в числе сотрудников компании AREVA. Невысокий, смуглый. Светлые волосы, нос тонкий, короткий. Осторожный и все осматривающий взгляд. «Человек-параноик», – про себя отметил Юрий.

Александр Захаров, тридцать пять лет, Астана, Казахстан. Сотрудник компании «Казатомпром». Большой опыт работы на месторождениях. Невысокий, коренастый, черные волосы. Одет в штаны и футболку цвета хаки.