Павел Вербицкий – Финансовые проблемы (страница 7)

Я осторожно вытащил стопку газет. Поверху ползало странное существо. Полукруглое, но с ровным «брюшком». Оно было похоже на огородного слизня. Белоснежного цвета, с редкими сероватыми и коричневыми крапинками. Без глаз или усиков, вообще без каких-либо отличительных черт. Казалось, что сверху на стопке газет лежала горка снега. Существо жадно поедало бумагу, ползая по поверхности, оставляя дырки на газетах, будто прожорливая гусеница на листе.

– Господи, да что же ты все-таки такое? – я сел, опираясь на стену. Покачал головой, не в силах справиться с изумлением. Это было невероятно!

Я бросил взгляд на настенные часы в холле. Черт, я опаздывал! Нельзя! Быстро собрался, постоянно посматривая на своего прожорливого питомца. Думаю, что оставлять его вот так в аквариуме уже опасно.

– Прости, купюрка… – осторожно я взял существо в руку.

Слегка влажное, теплое и мягонькое. Почти как подушечка. Казалось, в руках я держал котенка, только это существо не издавало никаких звуков. Я снова решил спрятать ее в спортивную сумку и в шкаф. Нет! Нужно было понадёжнее. За кроватью я еще давно обнаружил небольшую дыру в стене, вероятно появившуюся в результате какого-то инцидента у прошлого съёмщика. Владелец квартиры не стал особо с ней возиться и замаскировал обоями. А я, после недолго пребывания в квартире, когда начал передвигать мебель, случайно наткнулся на нее, но ничего не заявил хозяину жилплощади. Ну, дыра и дыра – жить не мешает! Но кто ж знал, как полезна она окажется в итоге. Недолго думая, я положил сумку в пространство за стенкой. Заслонил обоями, а рядом поставил стул.

Пока я этим занимался, вдруг вспомнился отец и то, как он постоянно что-то прятал в нашем старом доме. От матери я узнал, что папанька якобы занимался всякой контрабандой. Он отнекивался до последнего, ведь у мамы на вооружении кроме слухов ничего не оказалось. Однако даже это стало подовом для предстоящего развода. Что же касается меня, я догадывался о контрабанде, но тоже ничего сказать не мог. Впрочем, все это теперь осталось в далеком прошлом.

– Потерпи, дружок! Я недолго, обещаю!.. – проговорил я купюре. Погладил ее перед уходом.

Уже в университете, еще с улицы, я услышал удивленные и радостные реплики студентов. Обычно мне было не особо интересно их слушать. Лучше сказать, что вообще никого не было интересно слушать, кроме друзей. Но сейчас ситуация в коридоре показалась мне занятной!

– Вот это новости! Представляете, по всему городу люди находят целые пачки денег! Интересно, какой это чудак додумался их разбрасывать – говорила одна девушка.

– Слышали уже! – говорили другие.

– Да он не чудак, а псих какой-то… Типа Робин Гуд двадцать первого века! – проговорил Женя, появившийся из-за угла коридора.

– Я и не против такого психа! – смеялась Барбара рядом с ним.

Деньги на улице? Робин Гуд? Разбрасывался деньгами? Действительно бред. Любой сразу покрутит пальцем у виска. Это было очень странно! Но больше меня волновало, как это может быть связано с моей невероятной находкой?.. Или просто совпадение?..

– Марк! – подбежала ко мне Барбара, когда я уже сидел за партой в аудитории. – Ты слышал об этой новости? Весь университет гудит – многие, и не только студенты, находят на улицах города пачки денег.

– Да, слышал, слышал! – ответил я резко, выйдя из своих размышлений.

– Марк, ты вчера рассказал, что деньги у тебя от лотереи были… Это ведь неправда? Ты тоже их вот так нашел? Угадала? А хотел типа выставить себя счастливчиком?.. Юморист!

– Верно, верно, – снова кивал я, чувствуя, как начинаю беспокоиться.

– А это не ты, случайно, сделал?! – резко, в своем стиле, атаковал Женя, навалившись на мой стол. – А то, товарищ, ты странный иногда бываешь.

– Делать мне, блин, нечего! Денежки раздавать налево и направо! – покачал я головой и усмехнулся.

– Да это уже не новость, народ, – неожиданно влезла в наш разговор какая-то девушка. Почти не удалось ее рассмотреть за другими. Только светлые волосы. Но уверен, я видел ее впервые. – Неделю назад в городе несколько раз находили мешки с купюрами на помойке…

– Я тоже слышал, – поддержал ее какой-то парень. – Я нашел с десяток купюр на выезде из города. А еще мой знакомый говорил, что в переулке находил много их… Что-то странное стало твориться в последние недели в Эдембурге.

– Да какая разница?! – проговорил Женя вызывающе. – Деньги есть деньги! Народ, кто сегодня отправится на них тусить?!

Некоторые радостными криками поддержали Евгения.

– А вдруг они ненастоящие? Типа подделки?.. – вдруг высказалась слегка взволнованно Барбара.

– И то верно! – удачно вклинился я в обсуждение. – А то радуетесь, радуетесь, а она фальшивка на самом деле. И посадят вас на долгое и прекрасное…

– Марк, ты, как всегда, в своем репертуаре фантазируешь.

– Нам все равно ничего не будет, – добавил Женя. – Мы тут все жертвы и ничего не знаем… Будут искать виновника, того, кто их сделал.

Большинство студентов согласились с этим заявлением.

– Но они настоящие, – поделился мыслями какой-то другой студент. – Я по пути в университет зашел в банк. Они проверили и сказали, что все найденные купюры оказались настоящими.

– Я тоже так поступил, все верно… – подтвердил еще кто-то.

В общем, полемика увлекла многих.

Я же вместо этого задумался о сказанном той красивой девушкой. Встав и осмотревшись, я уже не нашел ее в аудитории. А так хотелось расспросить ее. Ладно! С одной стороны, никаких вообще подозрений в мою сторону нет. Но, с другой стороны, черт его знает! Что вообще, в конце концов, происходит?! Было ли это связано с моей особой купюрой?..

Просто слиняв с последней лекции, я понёсся домой чуть ли не со скоростью света. Замедлил шаг только один раз: впереди я заметил на остановке мужчину в черном костюме и в очках. Как же он сильно выделялся среди остальных прохожих. Он хоть сам понимал это? Просто гении маскировки! Вскоре к остановке подъехал черный джип, мужчина сел в него. Машина сразу тронулась с места. Все люди на остановке проводили ее взглядами.

Еще несколько минут пробежки по палящему солнышку в компании дорожной пыли и по приятной тени многоэтажек – и я оказался у себя дома.

– Ну, как ты, дружок?! – вынул я купюру из сумки.

Вместе с ней наружу буквально вывалился поток денег. Теперь и купюрой назвать это существо было затруднительно. Хм, просто не знал, как назвать его.

– Наверное, лучше дать тебе имя, дружок! – я задумался, а тем временем отнес его обратно в аквариум. Налил воды и сунул газеты.

– Знаю! – гордо объявил я, подняв руки к потолку, словно сообщая самому господу. – Теперь тебя будут звать Финанс! Звучит! Тебе нравится?

Я опустил голову и в очередной раз ошалел от увиденного.

Совершенно беспардонно, издавая забавные звуки, смахивающие на шлепки, существо, теперь гордо носящее имя Финанс, медленно, но методично выбиралось из аквариума, ползя по его стенкам подобно пауку.

– Ну ты даешь! – выпалил я, наклонившись к питомцу.

Он вскоре выбрался и неуклюже шмякнулся на стол. Некоторое время он не двигался, затем ринулся и вцепился в другие газеты. Отскочив от них как мячик, существо скатилось и свалилось на пол. Я вообще не мешал ему, а только заворожённо, с улыбкой наблюдал. Господи, как же это было мило! Почти… Да какое почти?! Настоящий живой и забавный питомец. Не буду ни себя, ни кого-либо обманывать – я привязался к нему! Он казался таким беспомощным и милым. Сердце мое забилось сильнее.

Глава 5

Необычная жизнь с Финансом продолжалась. С каждым днем я все больше и больше понимал, что все случилось не зря. Неужели для простого счастья в жизни хватит обычного чувства, что ты кому–то нужен, несешь за кого-то ответственность? Я по-настоящему любил Финанса! От одного вида этого копошащегося забавного беловатого комка радости я чувствовал тепло, разливающееся по телу и заполняющее каждый его микрон. И плевать было на деньги… Стопками я складывал их в свою спортивную сумку в шкафу. С каждым днем приходилось покупать все больше и больше газет. Воду приходилось уже таскать чуть ли кастрюлями. А себе я покупал только самое необходимое. С опаской я иногда осознавал, что рано или поздно мне придется что-то делать со всеми этими деньгами…

– Ты мой маленький! А кто тут такой хорошенький?! И такой вечно голодный! Готов скушать все газеты мира… – говорил я, гладя его влажную и мягкую поверхность. Хотя лучше это назвать кожей.

Не знаю, каким образом он слышал меня, или, лучше сказать, чем именно, но воспринимал он прекрасно. Едва я начинал с ним разговаривать ласково, как кучка белоснежной субстанции мило раскачивалась из стороны в сторону и пыталась прижаться к моей ноге или руке.

Купюры словно бы выходили изнутри его тельца. Сначала возникали рисунки на коже. Я бы даже сказал, они были похожи на татуировки. Затем новые купюры отслаивались, подобно рыбной чешуе. Выглядело это настолько странно и неестественно, что временами мне до сих пор казалось, что все происходящие – сон. Но лучше бы этот сон длился вечно! Возвращение в прежнюю серость рутины было бы самым большим неуважением к себе. Даже преступлением!

Я сильно волновался и переживал за Финанса, когда был в университете. Дома, занимаясь уроками, читая книги или копаясь в телефоне, зависая во всемирной паутине, я часто посматривал на него. Бывало, я невольно отвлекался от дел и наблюдал, как милый питомец выбирался из аквариума, носился по комнате и пытался ползать по стенам. Он внимательно изучал окружение, в котором жил. Несмотря на то, что Финанс был влажным, он совершенно не оставлял никаких следов.