Павел Уваров – Мир накануне раннего Нового времени (страница 12)
На восточном направлении стареющий Казимир и его сын Александр Ягеллончик, назначенный наследником литовского престола, уже не думали об экспансии на северо-восток, стараясь удержать хотя бы Верховские княжества и Смоленскую землю. Казимир понял, что если он продолжит поддержку церковной унии, то его православные подданные захотят перейти под власть Ивана III, который сможет тогда вторгнуться на пограничные земли ради «спасения православия». Поэтому с начала 1480-х годов Киевские митрополиты поставлялись уже только патриархом Константинопольским.
Пограничная война Москвы и Литвы все же разразилась в 1487–1494 годах, но она хотя бы не стала войной за веру. В ходе этого и последующих конфликтов постепенно будут утрачены Верховские земли и Смоленщина. Но в целом Литовская Русь останется лояльна своим правителям. Города и области легко добивались от них подтверждения своих прав и свобод, шляхта и магнаты находили польскую модель государственного устройства более привлекательной, дававшей большую власть над крестьянами и большую свободу от централизаторских поползновений правителей. В 1514 году польско-литовское войско нанесет серьезное поражение войскам Василия III под Оршей, что надолго остановит натиск Московского государства. Однако противостоять восточному соседу Литве можно будет лишь путем дальнейшего слияния с Польшей, более сильной, более населенной, способной обеспечить доминирование в сфере культуры.
Претензии польско-литовской элиты на господство на Восточно-Европейской равнине ушли в прошлое, сместившись в область мифологии. «Сарматский миф» и жанр «сарматского портрета» будут напоминать, что шляхта — потомки сарматов, легендарных свободолюбивых властителей степей, отличных от «черни», «хамов» — славянских и литовских простолюдинов.
Московский князь Василий, сын Василия I и Софьи Витовтовны, взошел на престол в 1425 году. У него сразу же разгорелся конфликт с дядей — Юрием Звенигородским. Оспорить престол у молодого князя сразу не удалось, мешали его защитники — митрополит Фотий и дед Василия, могущественный Витовт. Но после их смерти конфликт перешел в активную стадию. Войны сменялись перемириями до того момента, когда Василий был разбит Улуг-Мухаммедом в 1445 году под Суздалем и попал в плен. За князя был назначен огромный выкуп, тяжким бременем упавший на его земли. Это стало поводом для заговора Дмитрия Шемяки, сына Юрия Звенигородского. В феврале 1446 года Василий II был ослеплен и отправлен в ссылку. Однако московские служилые люди остались верны князю Василию, получившему теперь прозвище «Темный», и в конце 1446 года освободили Москву. Дмитрий Шемяка бежал за Волгу в свое удельное княжество — Галич. После ряда поражений он укрылся в Новгороде Великом, где в 1453 году был отравлен. Постепенно Василию Темному удалось укрепить пошатнувшееся положение Москвы. Он даже смог купить ряд рязанских земель на правом берегу Оки, вплоть до верховьев Дона.
После того как Московская митрополия стала независимой от патриарха Константинополя, попавшего под власть султана, митрополит Иона впервые назвал Василия II «царем», что соответствовало императорскому титулу. Поставление митрополита зависело теперь только от воли великого князя московского, начинавшего осознавать себя единственным православным государем, сохранившим независимость. Но совместить притязания на царское достоинство с зависимостью от хана Орды было невозможно.
После смерти Василия II (1462) на престол вступил его сын, 22-летний Иван. Уже на следующий год он присоединил Ярославское княжество, не испрашивая на это ярлык у хана Большой Орды. Новгород Великий — «северный исполин», чьи владения доходили до Ледовитого океана и полярного Урала, де-факто сохранял полную самостоятельность, оставаясь боярской республикой, но формально еще с XIII века признавал верховенство великих князей владимирских, чей титул носили теперь московские князья. Когда часть новгородской знати к 1470 году начала склоняться к переходу под сюзеренитет Казимира и под омофор Киевской митрополии, Иван III выступил в поход и летом 1471 года нанес новгородцам поражение на реке Шелони. Полная ликвидация новгородской независимости произошла позже, зимой 1477/78 годов. Поводом стал отказ новгородских бояр назвать великого князя не только своим «господином», но и «государем».
После отражения ордынского похода 1472 года Иван III перестал выплачивать дань и начал переговоры о союзе против Казимира IV и Ахмат-хана с крымским ханом Менгли-Гиреем, фактически перестав считать себя зависимым от Большой Орды, хотя при этом и стремился оттягивать военное столкновение. Но в 1476 году, когда пошел уже пятый год неуплаты дани, посол хана приехал в Москву с требованием к Ивану III явиться в Орду. После отказа князя конфликт стал неизбежным. Договорившись о военном союзе с Казимиром, летом 1480 года Ахмат-хан двинулся на Москву. Но, простояв два месяца на Угре, разделявшей московские и литовские владения, Ахмат увел войско в степь. Историки спорят, когда именно произошло освобождение Москвы от ордынской власти — в 1472 году, когда перестали выплачивать дань (уже в 1474 году в договоре с Дерптским епископом великий князь был впервые назван «царем»), в 1480–1481 годах (стояние на реке Угре и гибель Ахмат-хана) или же позже (поскольку «выход» продолжал собираться, правда, не понятно, достигал ли он татар или оставался в княжеских сундуках)?
Тверской князь, видя, как вокруг его земель сжимается кольцо владений московского князя, использовал давние отношения зависимости от Литвы и обратился к ней за помощью. Тверь была тут же осаждена войсками Ивана III, который посадил на тверской престол своего сына Ивана, по материнской линии являвшегося наследником тверских князей.
Немалое место в планах московского князя занимало Казанское ханство. Еще при Василии Темном для того, чтобы следить за выплатой выкупа за князя, Касим, сын Улуг-Мухаммеда, был послан в московские владения. Но из «надзирателя» он стал защитником земель великого князя. Ему был выделен Городец Мещерский на Оке, ставший столицей компактного Касимовского ханства. В 1467–1469 годах Иван III попытался посадить Касима на казанский престол, но поход был неудачным. В 1487 году московские войска все-таки взяли Казань, там был посажен Мухаммед-Эмин — пасынок нового союзника Ивана III крымского хана Менгли-Гирея.
Обезопасив себя от угрозы с Востока и продолжая пользоваться плодами союза с Менгли-Гиреем, доминировавшим в Степи, Иван III в 1487 году начинает Пограничную войну, в ходе которой ряд князей из черниговского дома перешел на сторону Москвы вместе со своими владениями. После чего Иван III стал именоваться великим князем всея Руси, претендуя на все наследие Киевской Руси.
В 1494 году был заключен мирный договор с великим князем литовским Александром Ягеллончиком, скрепленный его браком с дочерью Ивана III. Но затем война вспыхнула вновь, и к 1503 году к Ивану III отошла еще одна часть черниговской земли и восток Смоленщины с Вязьмой и Дорогобужем.
В 1489 году к Москве была присоединена Вятская земля, позже были организованы походы в Пермь и Югру. Озабоченный тем, чтобы поставить северную, в том числе и пушную торговлю под свой контроль, Иван III в 1492 году построил крепость Ивангород напротив Нарвы и вел сложные переговоры с Ливонским орденом, чередовавшиеся военными действиями. Заручившись поддержкой Дании, он вступил в войну со Швецией и пытался сломить монополию Ганзы на балтийскую торговлю, закрыв Ганзейский двор в Новгороде (1492).
За годы правления Ивана III (1462–1505) территория Московского государства выросла в несколько раз. Рязанское княжество и Псков сохраняли свою независимость лишь номинально. В 1489 году посол императора Максимилиана I Габсбурга предложил ему королевский титул, но получил отрицательный ответ: «Мы Божиею милостью государи на своей земле изначала, а поставления как прежде ни от кого не хотели, так и теперь не хотим».
Когда Иван III договаривался о браке с Софьей Палеолог, из рода византийских императоров — сторонников унии, папа римский надеялся укрепить влияние в Московии католической церкви. Но сама невеста разочаровала свою итальянскую свиту, демонстративно перейдя в православие, как только достигла русских земель. Если выгоды от этого брака были в основном символическими, то женитьба в 1483 году сына великого князя на Елене Волошанке, дочери молдавского господаря, была сильным политическим ходом. Союз со Стефаном Великим, в то время успешно действовавшим против польско-литовских войск, оказался столь выгодным, что его не разорвало даже поражение Елены в ходе придворных интриг и заточение в монастырь (1503).
Время Ивана III характеризовалось интенсивными культурными контактами с Западом. Итальянские зодчие перестроили московский кремль и его соборы, в Россию приезжали европейские инженеры и врачи. Западные страны понимали, что Восточноевропейская равнина постепенно обретает нового гегемона.
Земли, которые удалось собрать московскому князю, были обширны, но слабо заселены и неплодородны. Они были мало приспособлены к тому, чтобы содержать много воинов, чиновников, священников. Однако сказывалась выработанная за время ордынского владычества способность власти концентрировать ресурсы для сбора «выхода» в Орду и для проведения политики, хоть как-то защищавшей от татарских набегов. Политические структуры управления отличались жесткостью. Чтобы взаимодействовать на равных и с наследниками Орды, и с Великим княжеством Литовским, более богатым, более населенным, а в симбиозе с Польшей и более сильным, чем Московское государство, последнее должно было стать максимально централизованным, способным, например, на такие меры, как быстрое, массовое переселение новгородских бояр вглубь страны и раздачи их конфискованных земель в военные держания — поместья.